Глава 7 X-17

Сергей Недоруб — Песочные Часы

Первым спустился Патрон. Здоровяк проделал путь вниз по вбитым в бетон скобам и встал обеими ногами на проржавевшую решетку. Развеять кромешную тьму впереди позволил мощный фонарь, луч которого высветил стены длинного коридора с кучей электрощитков, закрытых ящиков, свисающих проводов и различных приборов неизвестного назначения. Следом спустилась остальная команда.

– Вот мы и на месте, – сказал Борланд, оказавшийся внизу последним. – Сейчас в игру вступает наш непревзойденный Марк. Всем слушать его указания.

Марк повернулся к нему и встретил спокойный взгляд ведущего.

– Ты что имеешь в виду? – спросил он.

– Ты хотел попасть в подземелья Агропрома? Ну, вот, мы в начале подземелий Агропрома. Теперь делай то, ради чего мы сюда пришли. Чем бы это ни было. Ищи свои научные диссертации или что там у тебя. А мы тебя дружно поддержим. Правда, парни?

Технарь и Патрон дружно ответили «да», а Патрон вдобавок энергично закивал.

– Ты мне говорил, что уже был в этих подземельях, – напомнил Марк.

– Я? – изумился Борланд. – Боже меня упаси! Я только спускался через этот люк и стоял вот здесь, где мы стоим сейчас, когда нужду справлял. Патрон, не прыгай так, то давно было… Но чтобы заползать в дебри, откуда никто не возвращался, – слуга покорный, не имею желания. Было бы кого первым пустить – пошел бы, а сам… Не-е… – Борланд замотал головой.

Марк посмотрел в пустоту коридора в поисках дальнейших зацепок. Мгла неизвестности никак не отвечала на его безмолвные запросы. Он вдруг особенно остро ощутил обособленность команды от него самого, и на него нахлынуло раздражение. Борланд, Патрон и Технарь в своих костюмах наемников, со своими столь далекими от его идеалов приземленными ценностями, с откровенной издевкой нахально пялились на него, как на школьника, и молот ненависти начал бить в его мозг.

Недаром вечный проводник Кордона, Бергамот, заслужил свою репутацию. За ту неделю, что Марк ходил по Зоне, пожилой проводник оставался единственным, кто заметил у молодого сталкера склонность к расчетливой агрессии по отношению ко всему, что ставит под сомнение успех его действий, какими бы они ни были.

Сделав шаг, Марк врезал Борланду в лицо, вложив в удар всю силу. Не успели сойти ухмылки с лиц Технаря и Патрона, как Борланд стукнулся затылком о скобы, служившие лестницей в подземелье.

– Однако, – медленно произнес он после того, как приложил руку к носу и посмотрел на свои окровавленные пальцы. – Мне следовало помнить, какой у тебя удар.

Орех встревоженно взглянул на застывшего Марка.

– А тебе… – продолжил Борланд, вытираясь рукавом комбинезона, – тебе тоже нужно запомнить, что значит бить ведущего.

И он подался вперед с нехорошей темнотой в глазах.

– Сейчас ведущий я, – сказал Марк, не трогаясь с места. – Как ты сказал сам, вся группа теперь выполняет мои указания.

– Неужели? – проскрежетал Борланд, но все же остановился.

– Поэтому ты пристегиваешь нижнюю губу к верхней и не отлепляешь ее до отдельного распоряжения или же без крайней необходимости, – сказал Марк изменившимся голосом. Ореху понадобилось все самообладание, чтобы не отшатнуться при звуках этого голоса. – Если возникнут проблемы, то будут быстро найдены способы их устранения. И многим из присутствующих они могут не понравиться.

Борланд уперся руками в колени, помотал опущенной головой и усмехнулся:

– Позволю себе отлепить одну губу от другой ввиду появления той самой крайней необходимости, о который ты только что говорил. – Он сплюнул и откашлялся. – Я несколько поспешил, когда предложил сделать вид, что ты можешь быть ведущим. Ведущий может быть только один.

– В таком случае я сделаю вид, что в течение экспедиции им можешь быть ты. Так же, как притворюсь, что действительно считаю всех нас командой. И не буду вспоминать вслух, что ты включил в команду двух человек, не проверенных мною, и обговаривал с ними условия, которые также мне неизвестны. Я хочу обойти три точки Зоны и остановиться в четвертой. Если кто-то не желает идти дальше – пусть так и скажет.

Наступило тяжелое молчание.

Патрон первым прервал его:

– Никаких проблем, Марк. Если, конечно, в конце пути мы найдем хороший хабар.

– Хабар я гарантирую, – отрезал Марк и взглянул на Технаря. – Еще вопросы?

– Я за то, чтобы двигаться дальше, – ответил Технарь.

– Сенатор, Орех, есть замечания?

– Никаких замечаний, – сказал Сенатор, из-под капюшона которого была видна только волевая челюсть.

– Все в порядке, Марк, – произнес Орех.

– Твое слово? – обратился Марк к Борланду.

– Идем так идем, – ответил тот, морща нос. – Мне и самому любопытно, чем все это закончится.

– Тогда на правах ведущего на этом отрезке экспедиции я приказываю идти за мной, – сказал Марк уже спокойнее, но с прежней настойчивостью.

Он повернулся, включил свой фонарь и двинулся в глубь коридора, держа руку на стволе винтовки.

Остальные последовали за ним.

– Скажите, босс, – спросил Патрон, – а что мы ищем?

– Нам нужно любое научное оборудование, – ответил Марк. – Пока что идем вместе, при необходимости будем разделяться на группы. Кто найдет любой компьютер, любую бумагу, любой шкаф, тот зовет меня.

– Заметано, босс, – отчеканил Патрон.

– Я нашел пустой спичечный коробок, – подал голос Борланд, плетущийся в хвосте. Луч его фонаря отплясывал на полу. – С картинкой. Вид на Припять. Эй, командир! Нужно бы проверить, вдруг на нем послание невидимыми чернилами…

– Ты не слишком сильно его стукнул? – шепотом спросил Орех.

– Вреда от этого не будет, – ответил Марк. Выходку Борланда он проигнорировал.

Его фонарь выхватил из темноты раскуроченные конденсаторные катушки, лежащие на половинке железной скамьи. Вторая половинка была сплющена и вывернута вверх.

– Кто мог сделать такое? – озадаченно поинтересовался Орех.

– Любой монстр, у которого хватило бы силы, – пояснил Сенатор, глядя на покореженную скамью. – Но на практике – немногие. Кровосос бы выдрал скамью целиком. Псевдогигант расплющил бы сверху. Однако зачем это делать? И посмотрите, как странно она повреждена. По ней ударили сбоку с огромной силой, чем-то тяжелым. Сомнений нет, это сделал излом.

– Излом может быть здесь? – у Ореха побежали мурашки по спине.

– Никто не знает, где обитают изломы, – сказал Сенатор. – Вполне вероятно, что в подземельях. Его огромная конечность способна пробить стену.

– По закону физики отдача должна ударить по самому излому, – сказал Марк, медленно двигаясь вперед по коридору. – Действие равно противодействию. Исаак Ньютон, однако.

– Должна, но не ударяет, – уточнил Сенатор. – Есть мнение, что излом не бьет, а задает точку в пространстве, которая с силой притягивает к себе его тяжелую конечность. Так осуществляется удар. Управление притяжением позволяет ему сколь угодно сжимать конечность и удерживать ее на весу, чтобы прятать под одеждой и выглядеть, как обычный человек.

– А что будет, если его клешня не дотянется до цели? – спросил Орех, освещая лучом фонаря потолок и внимательно его изучая.

– Она оторвется.

– Серьезно?

– Не знаю. Это всего лишь теория.

– Зачем тогда излом бил по скамье?

– Очевидно, на ней находилась добыча, – изрек Сенатор невозмутимо.

Марк дошел до конца коридора. Слева был проход, рядом с которым валялась вырванная с петлями железная дверь. Марк остановился, посветил фонарем в проход, на винтовую лестницу, затем по сторонам и, наконец, вниз.

– Сенатор, – позвал он.

Сталкер в плаще неслышно возник рядом, взглянул под ноги и присел на корточки.

Орех тоже подошел, и на мгновение его обуял страх, когда он увидел кровавый след, начинавшийся на пороге проема и уходящий вниз по лестнице.

– Кровь свежая, – сказал Сенатор. – Человеческая.

Патрон сильнее сжал SPAS-12.

– Почему след начинается только отсюда? – спросил Орех.

– Тело волокли от скамьи. Поспешно. Видите, какой высокий порог? Сантиметров тридцать. Жертву случайно стукнули об него и разбили голову. А может, нарочно.

– А не можешь определить, когда это было? – спросил Марк.

– Совсем недавно. Несколько минут назад.

– Минут?! – переспросил Марк.

– Излом, как правило, поедает добычу на месте. Кто-то или что-то напугало его, и он решил отступить подальше, взяв тело с собой. Думаю, я не ошибусь, если скажу, что за последние полчаса единственным шумом была стрельба наверху.

– Но он уже был в безопасности тут, в коридоре, – сказал Орех, опасливо поглядывая вниз. – Никто же сюда просто так не спускается.

– Значит, его покой был нарушен не только выстрелами. Он испугался и шума здесь, внизу, – подвел итог Сенатор.

– Так ты хочешь сказать, – заговорил стоявший в стороне Борланд, – что излома напугали именно мы, когда спустились?

– Да. Сначала, когда раздались выстрелы, излом затаился. Затем, когда мы спустились, он второпях поволок добычу в укромное место. Идти ему было некуда, кроме как дальше по коридору.

Сенатор выпрямился, все еще глядя на кровь:

– Вероятно, пока вы с Марком выясняли отношения, излом находился в коридоре. Метрах в сорока от нас. Сейчас он скрылся.

После напряженной паузы Борланд выругался.

– Однако он нам помог, – заметил Сенатор. – Что у него была за добыча? Кто мог оказаться здесь, в коридоре, во время перестрелки наверху? Прошу учесть факт устроенной засады.

– Кто-то из дезертиров, – догадался Патрон.

– Да, это был дезертир. Если бы не излом, он вылез бы из дырки за вашей спиной в момент, когда вы были поглощены стрельбой. Первой жертвой стал бы Марк. Но, не сомневаюсь, Борланд быстро нашел бы способ отомстить за товарища.

– Месть в нашем деле не оплачивается, – сухо сказал Борланд.

– Помни об этом, когда Марк будет передавать тебе статус главного в команде, – парировал Сенатор. – Ну, что, друзья мои? Пойдем вниз?

– Вниз, – подтвердил Марк и решительно перешагнул через порог.

Команда начала спуск по ступенькам. Орех держал автомат обеими руками, внимательно следя за пятном от фонаря Марка. Борланд шел рядом с Сенатором, прикрепив свой фонарь к стволу «Грозы». Только его оружие было для этого приспособлено.

Кровавый след тянулся до самого конца винтовой лестницы. Внизу плескалось несколько луж – аномалия Студень. В луче фонаря булькающая масса испускала зеленоватое свечение, похожее на неоновое. Свечение осталось и после того, как Марк отвел фонарь.

– У меня плохое предчувствие, – сказал Орех.

– А у меня хорошее, – отозвался Борланд. – Уверен, в соседнем отсеке нас ждут финские бани и блюда с рахат-лукумом.

– Да, если внизу окажется контролер, – сказал Сенатор. – Он на время создаст в твоей голове любые образы, которые ты хочешь увидеть.

– У каждого свои способы влияния, – съязвил Борланд. – Женщины в этом разбираются куда лучше контролера.

Перешагнув через Студень, Марк пошел по другому коридору. Этот был выше и шире верхнего, но по-прежнему в нем не было видно ни одной двери. Пропустить излома они не могли – монстр затаился где-то вдали.

Через минуту сталкеры дошли до нового проема, дверь которого была на месте и распахнута. Вниз вели ступени. Марк заглянул туда, выставив фонарь, и сказал:

– А ну, все посветите.

Пять мощных снопов света озарили огромный отсек. Это было круглое помещение с тремя выходами. Там стояли столы, а в центре возвышалась какая-то камера с дверью, на которой был установлен штурвал – старый, но по-прежнему надежный замок.

Марк посмотрел на ступени перед собой и, сунув руку в карман комбинезона, извлек болт.

– Что-то не так? – спросил Орех.

– Сейчас узнаем, – ответил Марк и бросил болт вперед.

Помещение озарила вспышка. Аномалия с громким электрическим треском поглотила болт, выпустив в стороны десятки мигом погасших молний.

– Электра, – сказал Борланд.

– Точно, – подтвердил Марк. – Спускаемся осторожно.

Сталкеры по очереди спустились в отсек.

– Где же излом? – спросил Орех. – Мы не могли его не заметить.

Сенатор подумал.

– Посвети вверх, – сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь, но это и не понадобилось – пять фонарей послушно взметнулись к потолку. Вопреки ожиданиям, наверху не оказалось ничего странного – там был бетонный купол. Но метрах в шести над полом в стенах темнели ниши, уходящие вглубь. Ничего разглядеть там было невозможно.

– Ушел излом, – констатировал Сенатор. – Значит, больше и не увидим. Он не нападет на отряд из шести человек, если его не провоцировать.

– Как он забрался туда? – спросил Орех.

– Вполне очевидно, что взлетел.

– Изломы умеют летать?!

– Не в обычном смысле, – ответил Сенатор. – Я все больше склоняюсь к теории, что конечность излома держится отдельно от остального организма на силах притяжения и отталкивания. Если излом заставит ее подняться вверх, то она вполне может повлечь за собой его тело, отчего излом медленно взлетит, как воздушный шар.

– Почему же они тогда не передвигаются таким образом?

– Тебе было бы удобно? Вот и излому тоже не очень. Физически он устроен как человек, во всяком случае, костная система. Принцип передвижения такой же, как у людей. Думаю, полет на конечности – процесс болезненный.

Марк подошел к камере. Над штурвалом располагалось окошко, но сквозь него ничего не было видно.

Команда разбрелась по отсеку, разглядывая столы с различными приборами, устаревшими компьютерами и пультами.

– Марк, может, тут мы найдем, что тебе нужно? – спросил Патрон.

– Хорошо бы, – отозвался Марк.

Он снял с плеч рюкзак, присел у камеры и открыл его.

– Поищите документы, записки и сложите где-нибудь на столе. Я сейчас подойду.

Убедившись, что никто на него не смотрит, Марк достал из рюкзака Черный Кристалл, завернутый в ткань, и развернул его. Кристалл начал нагреваться, и в глубине его, от одного полюса к другому, побежали тусклые проблески.

Марк внутренне возликовал.

Он сжал Кристалл, и тот на мгновение полностью побелел, а потом вновь стал черным. Сталкер закутал Кристалл в ткань и спрятал в рюкзак.

– Ну, что тут у тебя? – спросил он, подходя к Технарю, который разложил на столе листки с цифрами и различной ученой абракадаброй.

– Понятия не имею, – ответил Технарь.

Патрон притащил еще целый ворох бумаг. Марк кивком показал, где их сгрузить, и полистал документы, разложенные на столе.

– Есть! – почти тут же сказал он и постучал пальцем по какой-то бумажке. – Это именно то, что нужно.

– Значит, можем сваливать отсюда? – спросил Орех.

– Да, – подтвердил Марк.

– Ты даже не заберешь эти бумаги? – поинтересовался Борланд. – Мы же за ними пришли.

– Я уже узнал все, что хотел. Сами документы мне теперь не нужны. Если кто желает, пусть берет их с собой. Может, удастся продать ученым.

Секунд пять сталкеры молча смотрели на него. Затем Борланд стащил рюкзак и принялся запихивать в него бумаги. Листок, по которому постучал пальцем Марк, он сложил вчетверо и положил отдельно, в карман.

– А чего ж не взять? Не пропадать же добру! – Он поднял голову. – Хотя мне и странно, что за столько лет никто их не забрал, раз они, по твоим словам, представляют ценность.

– Ты хочешь выйти на поверхность или нет? – спросил Марк.

Из камеры раздался глухой стук.

Сталкеры резко направили фонари в центр отсека. Стук повторился.

– Что за чертовщина? – спросил Борланд.

– Похоже на полтергейста. Хотя… – начал было Сенатор, но не договорил.

– Какой еще полтергейст? – не понял Орех.

– В Зоне полтергейстом называют вполне материальное существо, которое способно преобразовывать собственную массу в сгусток энергии и двигать предметы на расстоянии. В сущности, безобидное создание. Любит стучать и пугать людей. Но у него есть и куча других признаков, которых я не почувствовал. Вряд ли это полтергейст.

– Откроем? – спросил Патрон.

– Черта с два! – выпалил Борланд.

Сенатор и Марк медленно подошли к камере. Стук стал сильнее, затем прекратился, чтобы возобновиться спустя несколько мгновений.

– Тебе не интересно, что там? – спросил Сенатор.

– Нет! – нервно ответил Борланд.

– Я не спрашивал тебя, – сказал Сенатор, повернувшись, и Борланду показалось, что он видит гневный взгляд, хотя узреть глаза шамана из-за капюшона было нельзя.

– Стучать стали по системе, – сказал Марк.

– По какой системе? – спросил Сенатор.

– Три коротких стука, если учитывать паузы, затем три длинных и снова три коротких. Сигнал «SOS».

– Будешь открывать?

– Да.

– За каким хреном это вам нужно?! – заорал Борланд.

– Если тебе страшно, можешь нас бросить и отправляться наверх, – сурово сказал Марк.

Борланд в сердцах стукнул кулаком по стволу «Грозы», но ничего не сказал.

Сталкеры встали дугой и направили оружие на дверь камеры. Марк взялся обеими руками за штурвал и повернул его. Замок поддался с удивительной легкостью. Марк потянул штурвал на себя, отходя с линии возможного огня изнутри, и приоткрыл дверь.

В проеме показалась рука, затем голова, и из камеры выбрался человек в комбинезоне сталкера, испуганно щурясь от фонарей.

– Ну, просто красная девица, – пробурчал Борланд.

Человек действительно имел необычную для обитателей Зоны внешность. Был он стройного телосложения, на вид не более тридцати лет, с белоснежной кожей, словно он много дней не выходил на солнце, и ниспадающими чуть ниже плеч светлыми волосами. Нежными чертами озадаченного лица и тонкими руками незнакомец походил на какого-нибудь музыканта или поэта.

– Ты чей будешь? – спросил Борланд.

Человек сглотнул и уставился по очереди на каждого сталкера.

– Вы убили его? – спросил он немного визгливым голосом.

– Кого? – спросил Марк.

– Излома! Я спрятался в подземельях от военных, здесь меня нашел излом, и я забрался в эту камеру…

– Подожди, подожди, – осадил его Борланд. – Давай по порядку. Ты сталкер?

– Да.

– Как тебя зовут?

– Эльф.

Патрон расхохотался. Марк тоже не смог сдержать улыбки от столь красноречивого прозвища.

– Думаю, ты не сам так себя назвал, ну да ладно, – сказал Борланд. – Ты из какого клана?

– Я одиночка.

– Зачем тебя занесло в Агропром?

– Искал артефакты, когда меня подстерегли военные. Они начали стрелять, и вот я здесь.

– Что ты делал в камере? – спросил Марк.

– Прятался от излома, говорю же! Но он нашел меня, пытался вытащить. Я держал дверь, сколько мог, но излом стал смеяться и запер меня там. Изнутри дверь не открывается.

– Давно это было?

– Несколько часов назад. А потом почувствовал шаги и подумал, что сюда пришли военные. Попадаться к ним в руки не хотелось… Вот я сидел, раздумывал. А потом все-таки начал стучать. Не помирать же здесь!

– Похоже на правду… – в раздумье сказал Борланд.

– Что это за камера? – спросил Марк.

– Я не знаю! – горячо заверил Эльф. – Там совершенно пусто. Может, для облучения. Но вы не сказали, вы убили излома?

– Мы не нашли его.

Как Марк и ожидал, Эльф начал в отчаянии заламывать руки:

– Тогда нам нужно срочно уходить! Он может быть где-то рядом! Выведите меня отсюда, прошу вас!

– В самом деле, что-то мы подзадержались, – сказал Борланд.

– Да, идем, – согласился Марк и обратился к Эльфу: – Вижу, что оружие у тебя есть.

– Есть, есть! – торопливо закивал Эльф и вытащил из-за спины короткоствольный автомат.

– Вполне достаточно, чтобы завалить излома, – заметил Борланд, глядя на Эльфа.

Тот сразу перестал улыбаться и виновато пожал плечами:

– Я не профессионал…

– Идем, – решительно сказал Марк, и сталкеры повернулись к выходу.

Над их головами что-то зашуршало. Марк резко повел фонарем вверх и успел выхватить лучом нечто бесформенное, мгновенно метнувшееся в сторону.

– Опасность! – крикнул Марк, вскидывая винтовку.

Эльф, издав сдавленный крик, метнулся обратно в камеру, закрыв за собой дверь.

Сенатор мигом подхватил обеими руками фонари Марка и Ореха и принялся светить в разные места купола. И все же существу удалось ускользать от лучей с невероятной скоростью.

Сталкеры открыли стрельбу, и отсек заполнился неимоверным грохотом. Пули выбивали обломки бетона, посыпавшиеся вниз, рикошетили по металлическим балкам, однако поразить цель не могли. Неизвестное создание летало с одного края купола на другой, один раз попытавшись забраться в нишу, но неудачно.

Магазины у Марка и Ореха опустели одновременно. Тут же загрохотала «Гроза» Борланда, который, в отличие от коллег, прекрасно знал, что нельзя допускать перерыва в стрельбе, когда у всей команды внезапно заканчиваются патроны.

– Так не попасть! – крикнул Орех.

– Ты прав, малыш, – ответил Борланд, морщась от дыма. – Стреляем одновременно, в разные стороны! Не цельтесь, это бесполезно! Начали!

Три ствола наполнили купол свинцом, беспорядочно меняя направление выстрелов, каждый в пределах трети своего пространства. Тварь вверху тошнотворно завизжала, и Борланд моментально выпалил из подствольника точно на звук.

Отсек сотрясло. Грохот и взрывная волна бросили сталкеров на пол, устоял лишь один Сенатор. Таинственное создание опустилось ниже, и Патрон, подняв SPAS-12, выстрелил в него.

Душераздирающий вопль повторился. Технарь вскинул винтовку и выпустил отягощенную пулю в упор. И существо, наконец, со шмякающим звуком упало на металлический пол отсека.

– Черт побери, это излом! – проорал Борланд.

Излом поднялся на ноги среди сталкеров – и никто не решался выстрелить, чтобы не попасть в товарища. Фонари на миг высветили злобное человеческое лицо и грязный порванный плащ. Затем плащ распахнулся, и оттуда вылетела уродливая конечность.

– Осторожно! – крикнул Борланд, но клешня излома уже угодила точно в грудь Сенатору, отбросив его в противоположный конец отсека и выбив у него из рук оба фонаря.

Ствол «Грозы» был сбит конечностью монстра, которая внезапно сменила направление и пронеслась мимо лица Борланда. Пули опрокинули стол, разбили один из мониторов и поразили Технаря, который тут же, выдохнув, упал на спину. Бронекостюм выдержал, но от прямого попадания пуль Технарь, кажется, потерял сознание.

От удара клешни «Гроза» вылетела из рук Борланда и со стуком свалилась куда-то за столы. Положение быстро ухудшалось. Излом отскочил с линии огня Марка и Ореха и снова замахнулся, на этот раз на Патрона. Конечность не долетела всего чуть-чуть – ее остановил выстрел из помповика. Излом завизжал и снова взлетел.

– Бейте по клешне! – крикнул Марк и сделал несколько прицельных выстрелов.

Орех разрядил весь магазин в конечность излома, на которой тот поднялся, подобно Винни-Пуху на шарике, чтобы полакомиться бесплатным медом. Фонарь остался только у Патрона, и здоровяк честно светил им вверх, не имея времени перезарядить ружье. Мгновение спустя клешня ударила сверху вниз, в пол. Металлическое покрытие содрогнулось, и Марк, Орех и Борланд упали. Патрон удержался на ногах, но клешня тут же, без замаха, атаковала его. Сталкер полетел через отсек, сметая со столов компьютеры.

Борланд, перевернувшись на живот, схватил с пола фонарь и направил на излома, одновременно отползая к винтовке Технаря.

Орех вскочил на ноги, с разбега прыгнул вперед и крепко обхватил тонкую часть руки излома, ближе к телу. Излом заверещал и поднялся под самый купол вместе с Орехом, где, судя по мелькающим в воздухе ботинкам сталкера, принялся быстро крутиться в стремлении сбросить того вниз. Это, безусловно, закончилось бы для Ореха гибелью.

Марк сбросил рюкзак, пошарил в нем и тоже поднялся. Стрелять вверх было опасно, так как можно было попасть в Ореха. Но стрелять он не собирался. В его руке был зажат Черный Кристалл.

– А-а-а! – орал Орех под куполом сквозь визжание излома.

Борланд нашаривал оружие Технаря и не видел, что делает Марк. А тот изо всех сил сжал Кристалл. Пальцы его задрожали. Через мгновение из груди Марка вырвался самый настоящий ветер, который с силой подул вверх, наполнив отсек ледяным холодом. Сталкера медленно подняло над полом, но он по-прежнему, стиснув зубы, сжимал Кристалл и смотрел на излома. А затем устремился вниз. Ударился подошвами о металл, присел, но тут же выпрямился и закричал, с силой раскинув руки в стороны. Вокруг него закружилось множество синих молний. Кристалл бешено пульсировал. Волосы на голове Борланда потянулись в ту сторону, и он вцепился в винтовку Технаря, как утопающий цепляется за соломинку. Новорожденная аномалия в виде большого прозрачного шара медленно поднималась вверх, увлекая за собой Марка. Судя по всему, это был мощный гравиконцентрат.

Орех начал падать первым. Он с воплем долетел до шара и внезапно изумленно умолк, потому что его падение вдруг замедлилось. Следующий метр, сквозь аномалию, молодой сталкер пролетел не менее чем за пять секунд. Затем он упал на пол и, перекатившись на спину, остался лежать, ошарашенно глядя вверх.

Излом визжал, как тысяча свиней на бойне. С ним аномалия обошлась не так аккуратно, как с Орехом. Гигантская клешня попала в гравиконцентрат, который сжимал ее подобно прессу и бешено крутил, в то время как тело излома вращалось чуть выше и медленнее, не поспевая за конечностью. Раздался омерзительный хруст – похоже, в клешне монстра были суставы, и, судя по частоте хруста, никак не менее десятка.

Клешня наконец оторвалась. Из обрубка хлынула черная кровь, излом обрушился сверху на металлический пол и принялся дико дергаться, словно его било током.

Марка осторожно опустило вниз, чуть в стороне от монстра. Сил у сталкера хватило лишь на то, чтобы спрятать Кристалл в карман комбинезона. Поглотив клешню, гравиконцентрат сжался, хлопнул на прощание и исчез. А на грудь Ореху упал артефакт Выверт.

Борланд подошел к агонизирующему монстру и прицелился.

– А мы только хотели поговорить о девушках, – процедил он и выстрелил в упор.

Бронебойный патрон превратил голову излома в кашу, и тот перестал дергаться.

В наступившей тишине стук упавшей на пол винтовки Технаря прозвучал как последний удар в гонг в кульминации симфонической пьесы. Борланд тяжело опустился прямо на ближайший стол. Снял с пояса флягу и, выдохнув, сделал длинный глоток. Неразбавленный спирт обжег горло, но потом стало тепло и хорошо.

– Никто не хочет поговорить? – спросил он, переводя взгляд с крутящего головой Сенатора на Патрона, который и сам уже очухался, а теперь приводил в чувство Технаря. – Мы на лестнице так мило беседовали. О финских банях, о контролере… Марк, друг мой светлый! Ну, хоть кто-нибудь! Давайте поговорим… Нас так невежливо прервали. Ну, подумаешь, постреляли малость. Что же, в первый раз, что ли?

Похоже, никто серьезно не пострадал.

Орех сидел, рассматривая артефакт в руке, а другой рукой яростно потирал лоб. Марк блаженно лежал, положив голову на рюкзак и не думая совершенно ни о чем.

– Что, никто не хочет поговорить? – спросил Борланд, подняв флягу трясущейся рукой. – А выпить? Как же так, сталкеры?! Сенатор, отец мой! Давай выпьем! Что, тоже не хочешь?.. Ну и фиг с вами, мне больше достанется…

Дверь камеры открылась, и оттуда высунулся испуганный Эльф.

Категория: Сергей Недоруб - Песочные Часы | Дата: 9, Июль 2009 | Просмотров: 752