Глава 8

Дикие Земли были, пожалуй, единственной в Зоне территорией, которая получила свое название не за внешний облик, а, фигурально выражаясь, за сущность. Когда сталкеры-новички, плохо изучившие перед походом в Зону ее географию, впервые слышали о расположенных к западу от Бара краях, они представлялись новичкам голым безлюдным пространством, облюбованным аномалиями и стаями четвероногих мутантов. Каково же было удивление этих недалеких сталкеров, когда вместо зловещих пустырей их взору представала железнодорожная сортировочная станция – обширный, но плотно застроенный участок местности, изрезанный рельсовыми ветками, что до сих пор были загромождены вагонами, локомотивами, а то и целыми составами. Многочисленные депо, разгрузочные площадки и склады зарастали травой и кустарником, пробивающимися сквозь асфальт и бетон к тусклому солнышку Зоны. «Жгучий пух» длинными космами свисал с опор ЛЭП, трубопроводных магистралей, пешеходных эстакад и ржавых козловых кранов. Хватало в изобилии и прочих аномалий, подстерегающих искателя артефактов порой в совершенно неожиданных местах (один из замеченных Кальтером «Трамплинов» обосновался даже в кабине тепловоза).
Порой из глубин темных ангаров раздавались рычание и крики таившихся там мутантов, но, как сказал майору долговец Мракобес, в этом районе Диких Земель обитает не так уж много монстров. Все они предпочитают ошиваться южнее, возле ведущей на Янтарное Озеро дороги. По словам Мракобеса, там у мутантов «прикормленное место». Со стороны лаборатории Х-16 все еще продолжали тянуться на восток пораженные пси-излучением, зомбированные сталкеры – лакомая добыча для вечно голодных снорков и кровососов. Психотропный генератор в подвале лаборатории сегодня тоже был отключен, но бродящих окрест нее неприкаянных зомби (не восставших из мертвых, а скорее не умерших до конца искателей артефактов) еще оставалось столько, что вряд ли здешним хищникам в скором времени будет угрожать голод.
Как и повсеместно в Зоне, на сортировочной станции также царили разруха и запустение. Но назвать эту территорию дикой лишь по одному этому признаку язык не поворачивался. По сравнению с тем же «Агропромом» станция пребывала в гораздо лучшем состоянии. И если в отношении первого можно было подумать, что он заброшен явно не одно десятилетие, то вторая выглядела так, словно жизнь здесь замерла максимум года три назад. Видимо, причиной этого следовало считать стоящие на рельсах вагоны и локомотивы. Именно из-за их обилия казалось, будто станция еще функционирует, просто в данный момент все работы на ней до поры до времени приостановлены. Так что, на первый взгляд, Дикие Земли звались таковыми явно незаслуженно.
Впрочем, опытные сталкеры знали, за что на самом деле железнодорожный узел между Баром и Янтарным Озером получил свое грозное название. Уже давно в Диких Землях бессменно хозяйничали мелкие и крупные кланы наемников, выбравших эту непривлекательную для других группировок территорию в качестве своей вольницы. Пройти по ней беспрепятственно могли разве что армейские патрули, однако не факт, что и они не угодили бы в какую-нибудь наемничью ловушку. По представителям прочих сталкерских кланов, что осмеливались забредать на Дикие Земли, здешние хозяева всегда открывали огонь без предупреждения. Исключение составляли лишь те визитеры, кому была назначена на станции деловая встреча, – насчет званых гостей наемники предупреждали друг друга накануне.
После того как практически все наемники ринулись на штурм Саркофага, назад из них вернулась от силы четверть, поэтому сегодня в Диких Землях стало намного спокойнее. Или, иначе говоря, риск путешествия по ним сравнялся с риском хождения по другим территориям Зоны. Наемники теперь нападали лишь на сталкеров-одиночек, да и то не всегда, потому что ныне было сложно застать на станции ее хозяев. Сократившееся количество наймитов не уменьшило спрос на их услуги, и пока он заметно превышал предложение, сидеть без дела вольным стрелкам не приходилось. Они беспрерывно мотались по Зоне, а в вольницу заглядывали, чтобы позволить себе короткую передышку перед следующим заданием. Оттого и предпочитали не ввязываться в невыгодные для них стычки.
Сменив форменные красно-черные комбинезоны «Долга» на обычные, без опознавательных знаков, долговцы Корсар, Мракобес и Бульба прибыли в Дикие Земли, выдавая себя за группу сводников, коим посчастливилось изловить нужного «Монолиту» сталкера. Кальтеру приходилось играть самого себя, но он был разоружен и взят под конвой уже на месте встречи с сектантами.
Получив известие об имеющейся у неких наемников достоверной информации касательно «серого» сталкера, монолитовцы затребовали переслать им обязательное в таких случаях подтверждение – несколько фотографий «товара». Интрудер фотографировать себя, естественно, запретил, тем более что сектанты все равно не рассмотрели его как следует в «Агропроме». Роль пленника на снимках пришлось сыграть похожему на Кальтера телосложением смуглолицему долговцу. Майор передал ему для фотосессии свой комбинезон, после чего дублер встал на колени со связанными руками, и Корсар запечатлел его на цифровую фотокамеру. А затем отправил снимки по указанному сектантами электронному адресу. Туда же ушли координаты другого адреса – на сей раз не виртуального, а реального. Сводники извещали секту, что если захваченный ими человек действительно нужен покупателю, то «товар» будет ждать его завтра, в шесть часов утра, на верхнем этаже недостроенной многоэтажки – самой высотной точке в Диких Землях.
Ничего подозрительного в условиях продавца не было. Наемники всегда предпочитали осуществлять подобные обмены на своей территории, чтобы в случае возможных эксцессов заручиться поддержкой находящихся поблизости собратьев. Получив фотографии, недоверчивые сектанты спросили, где именно был пойман пленник, и потребовали прислать вдобавок снимок его оружия. Под диктовку майора Корсар отписал, что «серый» сталкер был схвачен неподалеку от «Агропрома» и что клиент сильно хромает из-за ушиба ноги. Поразмыслив насчет второго дополнительного условия, Кальтер решил, что фокус с подменой «ВМК» на австрийский «АУГ», который лишь отдаленно напоминал винтовку «мизантропа», не удастся. Сектанты не зря запросили фото его оружия в качестве гарантии, так как успели определить, что беглец вел по ним огонь из уникального ствола. Пришлось подчиниться требованию покупателя и отправить им нужный снимок. С припиской, что если «Монолит» имеет какие-то виды на эту «модерновую пушку», то сектантам придется раскошелиться еще на энную кругленькую сумму либо равноценное ей количество артефактов. Сектанты ответили, что пушка клиента им даром не нужна, но теперь подлинность товара не подлежит сомнению, и потому их делегация прибудет завтра в условленное время на оговоренное место встречи. Не забыв, разумеется, прихватить с собой обещанную премию.
Долговцы намеренно выбрали время сделки с таким расчетом, чтобы успеть на нее в срок могла лишь та группа сектантов, которая находилась ближе всего к Диким Землям. Добираться до них от Военных Складов было всего на пару часов дольше, чем от Бара. «Монолит» не настоял на отсрочке встречи, а значит, покупатель отправится за «товаром» с южного форпоста монолитовцев. Конечно, не было твердой гарантии, что за пленником явится именно Гурон. Но по всем предпосылкам, этой работой должен был заняться именно тот сектант, который упустил беглеца в «Агропроме» и затем дал объявление о его поимке.
Место предстоящего обмена также выбиралось не случайным образом. Проводить запланированное мероприятие на открытой местности было рискованно: враг не устоял бы перед искушением разместить снайперов на крышах ближайших ангаров. Встреча с сектантами внутри какого-нибудь депо тоже не давала должной уверенности, что все пройдет гладко. В заставленных техникой гигантских цехах могла незаметно рассредоточиться хоть целая рота головорезов – опять-таки заманчивый соблазн для покупателя. А вот находясь на последнем этаже недостроенной многоэтажки, можно держаться вне досягаемости снайперского огня – все потенциальные позиции снайперов в таком случае располагались намного ниже их целей, – и вести с высоты наблюдение за округой. И при малейшем подозрении скрыться еще до того, как крупные силы противника подступят к зданию и окружат его.
Неизвестно, на сколько этажей хотели замахнуться строители станционной высотки, не вмешайся в их планы чернобыльский катаклизм. Все, что успели сотворить здесь зодчие будущих Диких Земель, – это возвести каркас из свай, перекрыть его двумя ярусами плит, соединить их лестницами и полностью закрыть два из трех готовых этажей внешними стенными панелями. Верхний этаж был огорожен ими лишь с одной стороны – южной. Остальные три направления оставались открытыми. Лишь торчащие по периметру площадки концы свай и натянутая между ними толстая проволока ограждали недостроенный этаж взамен отсутствующих стен.
Это обстоятельство позволило Кальтеру созерцать панораму северного участка Диких Земель, озаряемых бледными лучами безрадостного рассвета Зоны. Уследить за всей раскинувшейся перед майором территорией он, понятное дело, был не в состоянии. Поэтому сразу предупредил напарников, что, дабы не сидеть без толку, он берет на себя контроль за северо-восточным сектором обозримого пространства. Правда, делать это приходилось без бинокля, поскольку руки интрудера были скованы за спиной наручниками, ноги связаны веревкой, а сам он был усажен возле единственной на этаже стены в неудобной позе. В общем, вживался в роль ожидающего своей участи пленника, что, однако, не мешало ему вносить посильный вклад в наблюдение за округой.
Вместе с майором на площадке находились два его «конвоира» – Мракобес и Бульба. Третий участник операции – Корсар – занял скрытую позицию в соседней кирпичной двухэтажке. Из окон ее верхнего этажа не было видно, что творится на площадке для переговоров, зато отлично простреливались все подступы к недостроенной высотке. У Корсара имелся при себе одноразовый гранатомет «Муха» и ПКМ, с помощью которых долговец собирался расчистить товарищам путь к отходу, когда начнется заваруха. А в какой именно момент переговоров это произойдет, предстояло решать Кальтеру (конечно, в том случае, если сектанты не нападут первыми). Ведь если кто из явившихся по душу Гурона убийц и мог подобраться вплотную к жертве, так только сам «живой товар», с которым покупатель непременно захочет познакомиться поближе.
Не стихающий на верхотуре ветер вынудил всех надеть респираторные полумаски. Еще в Баре Кальтер поинтересовался, а не стоит ли кому-нибудь из «сводников» засветить майору в морду для пущей конспирации. Дескать, пара-тройка кровоподтеков могла бы добавить легенде правдоподобия. Но знакомые с правилами этого наемничьего бизнеса долговцы ответили, что у сводников не принято кантовать хрупкий товар при транспортировке, поскольку в случае даже малейшей его некондиции покупатель может сбить цену. Уж лучше раскрыть перед Гуроном карты до того, как сектант заметит подмену, чем вгонять его в сомнения набитой физиономией клиента. Защитная полумаска в данной ситуации будет смотреться гораздо естественнее, тем более что ветер на высотной площадке для переговоров и впрямь дул ощутимый.
На часах было без десяти шесть, когда Бульба заметил приближающуюся с севера делегацию сектантов. Они шагали в колонну по одному между заставленными вагонами железнодорожными путями и расположенными вдоль них длинными разгрузочными платформами. По каждой из платформ двигалась пара дозорных, ведущих наблюдение за правым и левым флангами.
– Шестнадцать человек. Шесть автоматчиков, шесть броненосцев и четыре «гаусса», – не отрываясь от бинокля, сообщил Бульба сидящему у стены майору. Кальтеру была не видна идущая сюда вражеская группа, но встать и произвести оценку лично он не мог. За сводниками наверняка тоже велось наблюдение, и «товару» не следовало расхаживать по площадке, вызывая тем самым подозрения покупателей.
– «Броненосцев»? – переспросил Кальтер, не успевший как следует ознакомиться со сленгом напарников.
– Уроды в боевых экзоскелетах, – уточнил вместо Бульбы Мракобес, который, как и товарищ, тоже лежал у края площадки и следил за монолитовцами в бинокль. – Ходячие мини-танки, мать их! В таком форсированном костюмчике можно и стену кулаком пробить, и джипу колесо без домкрата поменять.
– Ясно, – кивнул Кальтер, получив представление, о каких броненосцах толкует Бульба. Ручные пушки Гаусса, экзоскелеты, «Пурга-Д»… Да, эта секта – не Свидетели Иеговы, или Адвентисты Седьмого Дня. Создается впечатление, что военные не осознают, какой монстр наращивает мускулы у них под боком. Скоро, глядишь, «Монолит» дозреет до того, что объявит Зону суверенной республикой и потребует вывести ее из состава государства. И ведь ничем этих сепаратистов не урезонишь: ни армией, ни экономической блокадой. «Выжигатель мозгов» и плодящиеся, как грибы, артефакты обеспечат независимость и стабильное пополнение бюджета маленькой аномальной республики, которой участь Косово уж точно не грозит. Как бы ни чесались у военных руки подвергнуть Зону бомбардировкам, швырять бомбы на ЧАЭС не рискнет даже самый ортодоксальный миротворец…
Покупатели шли, не таясь и без спешки, давая понять продавцам, что беспокоиться не о чем. Покинув разгрузочную платформу, сектанты проследовали мимо ряда дощатых, обитых жестью складов и ступили на двор стройплощадки, в центре которой возвышалась многоэтажка. Корсар сообщил товарищам по закрытому каналу ПДА, что отлично видит всю группу и готов по первому же приказу открыть по ней огонь из пулемета. Что можно было и впрямь сделать, сумей долговцы определить, кто из сектантов является Гуроном. Прицельная очередь, и все – можно разбегаться. Но, увы, пока что псевдосводники видели перед собой шестнадцать врагов, облаченных в одинаковые, асфальтового цвета комбинезоны и стальные шлемы с забралами из поляризованного стекла, что служили одновременно и защитными масками. Рассмотреть под ними лица было совершенно невозможно.
У шестерых монолитовцев комбинезоны действительно были усилены экзоскелетами: стальными накладками-бандажами; соединяющими их подвижными механическими тягами; поясом с аккумуляторами, питавшими все это оборудование, и кабелями, покрытыми высокопрочной изоляцией. Один из ходячих мини-танков держал в руке большой и, судя по виду, тяжелый контейнер с обещанными сводникам артефактами. Хотя с тем же успехом там могли оказаться и обычные кирпичи. Долговцы понятия не имели, как принято у сектантов расплачиваться с наемниками, чьими услугами «Монолит» изредка пользовался. Не исключено, что для многих сталкеров, подписывавшихся работать на секту, эта работа становилась последней в их жизни.
Потупив взор, втянув голову в плечи и прижавшись к стене, Кальтер окончательно вошел в образ подавленного своей участью пленника. Подтянувшиеся к подножию высотки монолитовцы были ему все так же не видны, поэтому он поглядывал на правую руку Мракобеса – опознав главную цель, тот должен был незаметно для гостей оттопырить большой палец. Вражеская делегация прибыла, но долговец мешкал с подачей условного сигнала. Кальтер понял, что рассчитывать на быстрое устранение Гурона уже не стоит. Он не желал выделяться из своих бойцов, а стало быть, интрудеру придется действовать по наитию, выясняя на ходу, кому из сектантов подчиняются остальные пятнадцать.
– Стойте, не двигайтесь! – потребовал Мракобес, взирая на покупателей с высоты и предупреждающе подняв ладонь. Монолитовцы подчинились, и долговцу не пришлось повторять команду. – Эй, ты, а ну открой ящик! Только аккуратно, без дерганья!.. Та-а-ак! А теперь отойди от него! Отойди, кому говорю, – не видно же, блин, ничего! Давай-ка посмотрим на ваше богатство… Вернее, наше!
Мракобес снова поднес к глазам бинокль и вперился вниз, на услужливо открытый ему контейнер. Его содержимое наверняка интересовало и Бульбу. Но он не поддался искушению взглянуть на драгоценные артефакты, продолжая удерживать гостей на прицеле автомата. Кальтер скосил глаза на соседнее здание и с удовлетворением отметил, что Корсар выбрал себе надежное укрытие, незаметное даже с верхней площадки многоэтажки. Жаль, Воронин не выделил на эту операцию больше людей. Рассадить бы по позициям еще трех-четырех стрелков, и тогда никаких спектаклей не нужно: обложили Гурона и компанию со всех сторон да расстреляли, как стаю бешеных собак…
– Ну-ка достань и покажи мне вон ту хреновину!.. Нет, не эта, а которая рядом… Ага, она! Вынимай! – Мракобес был вынужден изображать из себя мнительного наймита, поскольку доверчивый сводник являл собой такой же нонсенс, как и кровосос-вегетарианец. – Это что, «Ночная Звезда»?
– Так и есть, – отозвался со стройплощадки сектант, демонстрирующий своднику, что называется, хабар лицом.
– Что-то слишком мелковата она для «Ночной Звезды», – усомнился долговец. – На какой помойке ты подобрал этот огрызок?
– Да ты вообще хоть раз в жизни видел наяву «Ночную Звезду»? – оскорбился покупатель.
– А как же! – с вызовом заявил Мракобес. – Стал бы я тогда тебя о ней спрашивать? Думаешь, мы что, те первогодки, которым можно спихнуть вместо смачного хабара всякую туфту? Не на тех напали, джентльмены! В договоре было сказано, что в оплату, помимо всего прочего, входит одна «Ночная Звезда»! «Все прочее» я прекрасно вижу даже отсюда, а вот «Звезду» почему-то не замечаю! А у меня, да будет вам известно, на нее уже покупатель выгодный найден! Я ему, между прочим, дал слово, что завтра нужный артефакт будет у него! И что я, по-вашему, ему принесу? Этот скукожившийся сухофрукт, который вы решили мне сбагрить вместо полноценной «Ночной Звезды»? Короче, тема такая: или вы сейчас же кладете в ящик то, что нам нужно, или ваш хромоногий сталкер получает пулю в башку, и через полминуты здесь собирается моя братва, а вы с потрохами переходите в нашу собственность! Ишь, блин, чего удумали: Петьку Воробья на хабаре провести!..
– Успокойся, сводник! – раздался снизу другой голос, гораздо более уверенный и властный. – Ты за свой товар отвечаешь, и мы – тоже! Клянусь тебе, что это и есть самая настоящая «Ночная Звезда»! Надеюсь, ты слышал о том, что до нее не может долететь ни одна пуля? Если сомневаешься, можешь проверить.
– Хочешь сказать, что, если сейчас ты положишь эту типа «Звезду» вон на тот камень, а мой кореш выпустит в нее полрожка патронов, все пули просто возьмут и повиснут перед ней в воздухе? – издал нервный смешок Мракобес. В действительности нервы у него были не хуже, чем у Кальтера и голова варила отменно. Майор только сейчас понял, зачем на самом деле долговец завел препирательства с покупателем. При угрозе срыва переговоров выступающая от секты «шестерка» не осмелится самостоятельно принять ответственное решение. Это сможет сделать лишь командир группы, которому так или иначе придется раскрыть свое инкогнито. Что сейчас, по всей видимости, и произошло. Мракобес тоже смекнул, что его хитрость возымела успех. Как только в разговор вступил третий участник, большой палец на прижатой к бедру ладони долговца оттопырился в сторону, и майор получил свой долгожданный условный знак. Осталось лишь узнать, кому именно из шестнадцати монолитовцев принадлежит этот авторитетный голос.
– Можешь быть уверен – все произойдет именно так, как ты сказал, – ответил на вопрос сводника монолитовец, а затем отдал приказ демонстрирующему артефакты бойцу: – Сделай, как парень просит!
– Ладно, мужик, не суетись – все пучком! – капитулирующе поднял ладони вмиг подобревший Мракобес. – Так и быть, убедил! А теперь слушайте сюда, бродяги! Сейчас один из ваших «трансформеров» принесет нам наверх эту коробку и заберет отсюда клиента. А пока он ходит, вы можете перекурить, перемотать портянки, справить нужду или стекла на противогазах протереть. Короче, занимайтесь чем угодно, но если хотя бы один из вас сунется в здание, случится то, о чем я уже предупреждал. Это еще не все. Потом, когда «трансформер» уведет клиента, вы все дружно и с песней маршируете назад той же дорогой, откуда пришли. Задержитесь хоть на полминуты – я свищу на всю округу и навожу глобальный шухер. Задача ясна? Тогда давай, скажем, во-о-он ты… или нет, лучше ты… – Долговец поочередно ткнул пальцем в стоящих внизу «броненосцев», – хватай ящик и дуй к нам. И поторопись… у клиента уже ноги затекли!
– Не так шустро, сводник! – Старшему группы такой вариант обмена явно не приглянулся. Собственно говоря, на это хитрый Мракобес и рассчитывал. Он знал, что конкретно в его затее придется покупателям не по нраву и какое контрпредложение они выдвинут в ответ. – Откуда нам знать, сколько там вашей братвы залегло на вершине и что у вас на уме? А вдруг клиент этой ночью дал от вас деру и вы пришли пустыми? Наш боец поднимется, вы его прикончите, заберете у него экзоскелет и контейнер, потом займете круговую оборону и вызовете подмогу, а нам придется уходить ни с чем. Предлагаю произвести обмен на втором этаже этого здания. Трое ваших и клиент против троих наших и контейнера. Меняемся и расходимся восвояси.
– Нет уж, обломись! – не согласился в свою очередь долговец. – Сейчас между нами и вашими «гауссовками» несколько толстых слоев бетона, и нас это здорово утешает! А на втором этаже мы будем чувствовать себя уже не так спокойно. Поэтому, пока вы не уберетесь с Диких Земель, мы отсюда не сойдем, и не мечтайте!
– И что же ты предлагаешь? – спросил командир монолитовцев. – Потоптаться друг напротив друга и разойтись?
– Я уже сказал, какой вариант нас устроит, – упорно стоял на своем Мракобес. – Придется вам или согласиться со мной, или проваливать к чертовой матери. Уж извини, но то, что вы сдержали слово и притащили настоящие артефакты, еще не значит, что Петька Воробей проникся к вашей банде доверием!
В переговорах возникла непродолжительная пауза. Кальтер навострил уши, но не расслышал со стройплощадки ни единого звука. Очевидно, Гурон – хотелось верить, что это был все-таки он, – не привык совещаться со своими людьми и все решения принимал исключительно единолично.
– Покажите клиента! – спустя полминуты потребовал командир монолитовцев.
Бульба подошел к Кальтеру, подмигнул ему украдкой – мол, заранее извиняюсь, но раз уж назвался «товаром», будь добр, терпи, – после чего ухватил майора за шиворот, проволок его, будто куль, через всю площадку и подтащил к краю. Потом, направив на Кальтера автомат, грубо помог скованному по рукам и ногам пленнику принять вертикальное положение. Крепко вцепившись в комбинезон связанному клиенту, Бульба продолжал заботливо опекать его и удерживать от вероятных попыток суицида, какие он мог предпринять, очутившись на краю пропасти.
Майор сразу догадался, кто из стоящей на стройплощадке толпы ему нужен. Из всех шестнадцати противников лишь один отреагировал на его появление конкретным действием. Этот сектант поднес руку к виску и нажал на своем высокотехнологичном шлеме какой-то сенсор. Судя по всему, в забрало шлема была встроена функция цифрового «зума». Она позволяла интерактивному стеклу увеличивать масштаб наблюдаемых сектантом объектов, тем самым полностью заменяя ему бинокль. Еще несколько монолитовцев задрали голову, а остальные продолжали неотрывно следить за округой, демонстрируя, что в Зоне не только «Долг» может похвастаться дисциплинированными солдатами.
– Ну что, убедился?! – крикнул Мракобес Гурону и толчком в грудь уронил клиента на пол. Кальтер едва успел сгруппироваться, чтобы не стукнуться затылком о бетон. Зато сводники убрали пленника с вражеских глаз до того, как сектант успел присмотреться к его лицу. Точнее, к той его половине, что не была скрыта под полумаской. – Но ты почти угадал: этот тип даром что хромой, а ведь и впрямь раза три порывался удрать, пока мы его сюда тащили. А полчаса назад так и вовсе хотел с верхотуры вниз сигануть. Попортил нам нервы, короче говоря. Так что смотри с ним поаккуратней. Лучше сразу узнай все, чего тебе от него надо, да прикончи этого шустрика от греха подальше!.. Ну так что, вы поднимаетесь или будете дальше мяться, как школьницы перед гинекологом?
– Контейнер доставят наверх четыре моих человека! – выдвинул Гурон новое условие. – И еще двое в экзоскелетах будут прикрывать их на втором этаже! Все пушки Гаусса останутся внизу. По-моему, это вполне справедливо!
– Мы согласны, если одним из этих четверых будешь ты! – внес дополнение Мракобес, переглянувшись с Бульбой. Вражеская диспозиция выстраивалась не самым выгодным образом для долговцев, но вряд ли у них оставался шанс перетасовать в этой игре колоду более удачно. – Иди и на личном примере докажи, что нам ничего не угрожает, а иначе первый ответишь за гнилые обещания! А остальным десяти скажи, чтобы все время стояли там, где стоят. Сойдут с места – пеняй на себя!
– Готовьте клиента – мы поднимаемся, – отозвался Гурон и на том завершил переговоры. После чего взялся отбирать команду для проведения товарно-артефактного обмена, молча указав по очереди пальцем на нужных бойцов.
Мракобес и Бульба проследили, как прикрываемая парой «броненосцев» четверка сектантов взялась за ручки контейнера и потащила его ко входу в здание, будто маленький гроб. Затем долговцы отошли от края площадки, доверив наблюдение за оставшимися внизу монолитовцами Корсару, подхватили Кальтера под руки и подняли его с пола. А пока Бульба развязывал майору ноги, Мракобес успел шепотом дать ему краткую наводку на цель:
– Автоматчик с новой «немкой». С левого боку на шлеме приклеен кусочек синей изоленты, видимо, знак отличия. Цель идет второй справа. Впереди – «броненосцы» с пулеметами.
– Как подам знак, первым делом бросай им под ноги гранату, – приказал интрудер. – Затем бейте остальных. Постарайтесь открыть огонь, когда они отвлекутся на меня. Не проспите – у вас будет на это не больше двух секунд. И не стреляйте по ногам – только в грудь или голову. Иначе зацепите меня… Пошли!..
– А ну стой! – прикрикнул Мракобес на поднимающихся по лестнице покупателей. – Назад! Мы так не договаривались!
Долговцам было с чего поднять шум. Обязанный занести контейнер на третий этаж квартет сектантов вдруг остановился на втором, а вверх по лестнице вместо них двинули «броненосцы» с пулеметами.
– Не дрейфь, сводник! – откликнулся у них из-за спин Гурон. – Это всего лишь проверка! Мои ребята просто глянут, что все чисто, и вернутся туда, где им положено быть!
– Ладно, только быстро! – дал добро Мракобес. – И пусть пушки опустят!
Командир сектантов отдал соответствующий приказ, и ходячие мини-танки направили стволы пулеметов в пол. Затем парочка топающих тяжеловесов поднялась по лестнице настолько, чтобы лишь выглянуть на площадку и осмотреться. Оба остались довольны обстановкой и, не дожидаясь, когда хозяева выкажут очередное раздражение, направились обратно.
Кальтер и его напарники расположились неподалеку от лестницы таким образом, чтобы их не было видно с нижнего этажа. Слева и справа от них торчали из пола два бетонных столба, предназначенные для поддержания отсутствующего здесь потолка. Помимо столбов на площадке имелись еще две колонны, расположенные с противоположной стороны от выхода. Будь у долговцев больше людей, они засели бы там. Однако в связи с дефицитом личного состава диверсионная команда предпочла занять наиболее оптимальные огневые позиции. Оставшиеся пришлось уступать врагу, но тут уже ничего не поделать.
Ноги майора были распутаны, но руки оставались сцепленными за спиной наручниками. Целясь клиенту в спину из автоматов, Мракобес и Бульба стояли в двух шагах позади интрудера, и каждый – в шаге от своей колонны. Вполне естественная сцена: наемники красноречиво демонстрировали, кто первый получит пулю, надумай покупатели забрать «товар» у продавца силой. Винтовка и прочий арсенал интрудера были спрятаны за тем столбом, что облюбовал себе в качестве укрытия Бульба. Сам Кальтер служил, образно говоря, наконечником нацеленного в Гурона карающего копья «Долга». Единственное преимущество майора заключалось в том, что сектанты не рассматривали его в качестве приоритетного противника.
Квартет монолитовцев преодолел последний лестничный пролет, втащил груз на площадку и остановился. Каждому из носильщиков приходилось держать оружие в одной руке, но это отнюдь не означало, что они не были готовы открыть огонь в случае угрозы. Майор быстро отыскал по ориентировке человека с новенькой винтовкой «Хеклер-Кох» и маленьким, в два ногтя, кусочком синей изоленты на шлеме. Между интрудером и его целью сейчас находился один из сектантов, и бросаться на жертву, едва та появится в зоне досягаемости, было бы неразумно.
Первые мгновения очной встречи участников сделки были самыми взрывоопасными. Майору следовало выждать, когда покупатели сориентируются в обстановке и поймут, что на площадке больше нет никого, кроме уже известных им сводников. После чего монолитовцы слегка успокоятся и почувствуют себя увереннее. Вот тогда и настанет время преподнести им неприятный сюрприз.
– Поставьте ящик! – скомандовал Мракобес. Когда сектанты подчинились, он ткнул Кальтера стволом автомата между лопаток и добавил: – Пошел! Резче!
Майор неуверенной хромой походкой выдвинулся к противнику. Долговцы, наоборот, отступили назад, под прикрытие колонн. Трое сектантов взяли автоматы на изготовку, а четвертый – тот самый, что носил увиденную Мракобесом метку, – вышел навстречу Кальтеру, тоже при этом не опуская оружия. Непроницаемое поляризованное стекло скрывало лицо командира монолитовцев, и интрудер до сих пор не знал, кто находится перед ним: Гурон или кто-то другой. Но время терзаться сомнениями ушло. Судьба приближающегося к интрудеру сектанта была предрешена.
Пульс набатом застучал майору в висок, отсчитывая последние мгновения повисшего над Дикими Землями утреннего затишья. Еще несколько ударов сердца, и все здесь перевернется с ног на голову. Четыре… Три… Два…
Гурон перекладывает «Хеклер-Кох» в правую руку, а левую вытягивает вперед, намереваясь сорвать с Кальтера защитную полумаску и проверить подлинность «товара». Как и положено пленнику со сбитой спесью, тот не противится, а покорно ждет, когда покупатель убедится, что не приобрел кота в мешке. Сектант этим весьма доволен – сводники свое дело знают и умеют научить клиента покладистости, не попортив ему товарный вид. Гурон не замечает сейчас лишь две мелкие детали: разорванную цепочку на наручниках майора (заблаговременно перепиленная, она была связана воедино лишь тоненькой алюминиевой проволокой) и рукоять кинжала, выскользнувшую из расстегнутого обшлага комбинезона интрудера.
Пальцы монолитовца цепляют полумаску пленника и срывают ее у него с лица. В это время выброшенная из-за спины левая рука майора хватает ствол вражеской винтовки и отводит его в сторону. Другая рука интрудера с зажатым в ней обратным хватом кинжалом устремляется к левому плечу противника. А затем предельно коротким, без замаха, движением вонзает клинок Гурону в шею, аккурат под кромку шлема, и резким реверсивным движением рассекает ее до тех пор, пока лезвие не упирается в край маски. Нанесенный интрудером разрез имеет в длину всего три сантиметра, но благодаря ювелирной точности и глубине в мгновение ока рассекает сонную артерию. Ярко-красные струи крови толчками хлынули из пронзенной шеи сектанта. Сам же он продолжает стискивать в пальцах содранную с Кальтера полумаску и пялиться на него сквозь мутное забрало шлема…
Миг, и от запуганного, едва перебирающего ногами пленника не осталось и следа. Преображение майора произошло настолько молниеносно, что, когда он нырком бросился вперед, заодно роняя жертву вместе с собой на пол, трое сектантов еще даже не спустили курки – лишь подсели от неожиданности и уставились на происходящее. Зато ожидавшие этого момента долговцы среагировали практически без задержки. Когда уронивший Гурона навзничь Кальтер нанес ему повторный удар кинжалом – между плечевыми щитками, точно в ключичную впадину, – над головой майора пронеслась и упала на лестницу брошенная Бульбой граната. А Мракобес выпустил короткую прицельную очередь в голову ближайшего к нему монолитовца, который в эту секунду смотрел в другую сторону и только-только собрался стрелять в того, кто напал на его командира. Пули долговца сорвали с головы врага шлем, разбили маску и снесли половину черепа. Приконченный сектант грохнулся на бетон рядом с добивающим жертву Кальтером, будто попытавшись дотянуться до него и не допрыгнув какие-то считаные сантиметры.
Второй очередью Мракобес намеревался уложить монолитовца, что находился у майора за спиной. Однако враг уже смекнул, кого ему следует опасаться прежде всего. Метнувшись вбок, он увернулся от предназначенных ему пуль, кроме одной, вскользь ударившей сектанта по нагрудной бронепластине комбинезона. Касательный удар швырнул монолитовца на контейнер, перелетев через который он волею случая оказался недосягаем для прикрывающих Кальтера стрелков. Долговцам некогда было выяснять, что стало с этим противником, поскольку оба они уже с упоением поливали свинцом последнего оставшегося на этаже боеспособного врага. А он, уходя из-под огня автоматчиков, не придумал ничего лучше, как броситься за бетонные колонны, что торчали по другую сторону лестничного выхода.
Вернувшиеся на второй этаж «броненосцы» торчали у подножия лестницы, когда им под ноги прикатилась брошенная Бульбой граната. Облаченный в экзоскелет боец обретает неимоверную мощь, но при этом изрядно теряет в подвижности. Вдобавок вражеская группа прикрытия поздно заметила прилетевший сверху яйцеобразный предмет. Ходячие мини-танки рванули врассыпную несколько запоздало, и только один из них – в правильном направлении. Счастливчик сделал всего три грузных шага и очутился под защитой бетонного лестничного пролета. В то время как его напарник решил, судя по всему, достичь стоящей неподалеку бетономешалки и схорониться за ее толстостенным металлическим резервуаром.
Взрыв грянул, когда монолитовец находился всего в шаге от спасительного пуленепробиваемого агрегата. Ударная волна и осколки настигли нерасторопного «броненосца», отчего он словно угодил под несущийся грузовик. Сбитый с ног сектант пролетел разделявшее его и бетономешалку расстояние, а затем врезался в нее головой, да так крепко, что отбил от стенок резервуара корку давно засохшего раствора. Даже если осколки и не убили пулеметчика, этот удар гарантированно свернул ему шею.
В отличие от него, второй носитель экзоскелета не получил ни единой царапины – наклонный лестничный пролет оградил его от осколков и контузии. И едва разбросанные взрывом обломки бетона разлетелись по этажу, выживший «броненосец» вновь схватил пулемет и бросился на выручку оставшимся наверху собратьям.
С момента первого взрыва миновала всего пара секунд, как здание содрогнулось от второго, аналогичного по мощности. Только этот взрыв шарахнул уже этажом выше. Устроили его опять-таки долговцы, но на сей раз метать гранату им не пришлось. Противник сам вырвал чеку и подорвался, даже не успев сообразить, что он натворил.
Осуществить это злодейство удалось посредством элементарной растяжки, установленной час назад между второй парой торчащих на площадке колонн. Долговцы заранее облюбовали себе наиболее выгодные позиции, не оставив сектантам права выбора. По этой причине предсказать поведение угодившего под обстрел врага было легко. За неимением на площадке других укрытий противник неизменно должен был очутиться за теми колоннами, где его уже поджидал неприятный сюрприз.
Бросившись к колоннам, монолитовец проморгал в суматохе натянутую над полом проволоку, зацепил ее и активировал ловушку. Судя по тому, что сектант даже не попытался убежать, он так и не заметил, что произошло. Граната взорвалась прямо у него под ногами, подбросив бедолагу в воздух и вышвырнув за ограждение площадки, к основанию здания.
Перепачканный вражеской кровью майор вскочил с бьющегося в агонии тела именно тогда, когда с другой стороны контейнера высунулся недостреленный сектант – тот самый, что отлетел туда после касательного попадания в бронежилет. Высунулся он, понятное дело, не для рекогносцировки, а с намерением пристрелить первого же попавшегося ему на глаза противника. Оказавшийся поблизости от монолитовца вооруженный одним ножом Кальтер являлся просто превосходной мишенью.
Интрудер едва успел снова юркнуть за контейнер, как над головой у него пронесся град пуль. «Зиг-Зауэр» монолитовца пролаял длинной очередью, прежде чем стрелок понял, что цель успела скрыться. Однако куда именно она подевалась, загадки не составляло. Сектанту нужно было лишь высунуться получше, чтобы увидеть залегшего на полу Кальтера и расстрелять его практически в упор. Главное, успеть это сделать, пока опустошившие по первому магазину сводники не перезарядили «калаши» и снова не открыли по монолитовцу огонь.
Держа «Зиг-Зауэр» наготове, монолитовец привстал над контейнером и, будучи уверенным, что через секунду увидит цель, собрался открыть огонь на опережение. Но вместо врага стрелок узрел винтовочное дуло. Оно смотрело прямо на сектанта, и если бы эти своеобразные гляделки продлились еще чуть-чуть, тот непременно узнал бы нацеленное на него оружие командира. Но опознать знакомый «Хеклер-Кох» монолитовец не успел. В следующую секунду высунутое из-за контейнера дуло выплюнуло в него ответную, не менее щедрую порцию свинца.
Завладевший трофейным оружием Кальтер стрелял наугад, но близкое расстояние до противника не позволило ему промахнуться. Теперь бронепластины не спасли монолитовца, чей комбинезон мгновенно превратился в решето, а сам сектант отлетел назад и покатился по лестнице, прямо под ноги спешащему наверх «броненосцу». Его грузный топот отчетливо долетал до Кальтера, несмотря на то что внизу, у подножия высотки, уже грохотал жаркий бой.
А вот долговцы не сумели расслышать тяжелую поступь ходячего мини-танка. Очевидно, войдя в раж, Бульба опрометчиво решил, что брошенная им граната вывела из строя обоих «броненосцев» – все ж таки спастись от упавшей под ноги «РГД-5» в помещении гораздо труднее, нежели на открытом пространстве. Однако, несмотря на этот вроде бы неоспоримый факт, вражеский пулеметчик выжил и не помышлял об отступлении.
Выбросив трофейный «Хеклер-Кох» – майор не рассчитал высокий темп стрельбы малознакомого оружия и выпустил зараз весь магазин, – Кальтер метнулся прочь от опасного лестничного выхода. И весьма своевременно – замешкайся интрудер хотя бы ненадолго, точно напоролся бы на плотный пулеметный огонь. В руках у «броненосца» был довольно свирепый пулемет «МГ-3» – слишком тяжелый и скорострельный, чтобы стрелять из него с рук, но при наличии экзоскелета проделывать такой трюк можно было без особых затруднений. При этом точность стрельбы из «МГ-3» оставалась ничуть не хуже, чем при ведении огня с использованием жесткого упора.
Завидев, как майор расправился с последним противником на этаже, Мракобес и Бульба выбежали из-за колонн и бросились к телу вражеского командира, желая убедиться, что порученное им задание выполнено. Но добежать до распластавшегося в луже крови Гурона долговцы не успели. Возникший на лестнице «броненосец» с ходу обрушил на союзников Кальтера поток 7,62-миллиметровых пуль, паля из скорострельного оружия не хуже легендарного киношного терминатора. От немедленной смерти Мракобеса и Бульбу спасло то, что в последний момент они дружно бросились врассыпную. Первая пулеметная очередь вспорола бетон точно между долговцами и лишь по счастливой случайности никого не зацепила.
Но на этом фортуна посчитала свою миссию выполненной и отвернулась от бойцов Воронина, к которым она до сей поры проявляла снисхождение. Изрыгающий свинец пулемет в руках «броненосца» качнулся и повел стволом вслед убегающему Бульбе. Стремительная череда фонтанов бетонного крошева рванула в том же направлении, будто дрессированное животное, которое получило от хозяина команду атаковать врага. «Зверь» этот был на порядок проворнее человека и настиг его, не успел тот сделать и пяти шагов. После чего полоснул по жертве свинцовыми когтями и исчез, чтобы через секунду возникнуть в другом месте, вблизи от следующей жертвы. А ощутивший на себе гнев этой твари Бульба споткнулся, выронил автомат и, прокатившись по полу, остался лежать у края площадки.
Мракобес понял, что случилось с Бульбой, лишь тогда, когда достиг своего укрытия и вновь спрятался за ним. Однако долговец не мог ни броситься на помощь товарищу, ни даже высунуться из-за колонны, чтобы отстреливаться. Пулеметчик сосредоточил на ней огонь, намереваясь попросту срезать бетонный столб и добраться таким образом до спрятавшегося за ним противника. При немереной мощи «МГ-3» осуществление этой затеи должно было занять считаные секунды. Куски бетона и перебитая арматура разлетались вокруг, словно тот свирепый хищник, что расправился с Бульбой, теперь в ярости драл когтями и клыками колонну, стремясь быстрее добраться до жертвы.
Колонна рухнула еще до того, как пули полностью «перегрызли» ее. Уцелевшая арматурная перемычка не могла удержать на себе такой вес, и она согнулась, позволив тяжелой бетонной махине грохнуться на пол. Мракобес едва успел откатиться в сторону, а иначе раскуроченный столб расплющил бы его, как таракана. Неизвестно, была ли такая смерть лучше, чем гибель под градом пуль, но в любом случае умирать раньше времени долговец не собирался. Пусть даже время это могло наступить для него уже в следующее мгновение.
Но оно не наступило, хотя пулемет «броненосца» продолжал свой непрекращающийся оглушительный лай. Правда, теперь вражеские пули летели в небо, поскольку сокрушившему колонну сектанту вдруг стало не до укрывшегося за ней противника. Впрочем, до неба монолитовцу тоже не было никакого дела, хотя напавший на него враг свалился именно сверху. Пристрелить его сейчас не представлялось возможным, а на спусковой крючок сектант давил по вине спазма, который парализовал ему пальцы. А спазм, в свою очередь, был вызван вонзившимся «броненосцу» в шею кинжалом.
Увернувшийся в последний момент из-под огня Кальтер выскочил из поля зрения пулеметчика, занятого расстрелом долговцев. И пока тот двигался по лестнице и вел огонь, майор успел забежать выходящему на площадку противнику в тыл и прыгнуть ему на спину. «Броненосец» еще шагал по ступенькам, поэтому интрудер сиганул на него с края лестничного выхода так, чтобы уронить врага лицом вперед, а не наоборот. Грохнись он назад под весом запрыгнувшего на него Кальтера, и майору пришлось бы несладко.
Но благодаря экзоскелету монолитовец выдержал свалившуюся на него нагрузку, даже стоя на наклонной лестнице. Это позволило майору успеть нанести удар кинжалом в уязвимое место закованного в броню противника. Туда, где располагалось одно из гибких сочленений сталкерских комбинезонов, предохраняющее шею от порезов, но не от сильного кинжального удара.
Пулемет «броненосца» расстрелял остаток ленты и замолк еще до того, как Кальтер рассек сектанту сонную артерию. Майор трижды вонзил клинок ему в шею, а затем соскочил со спины ходячего мини-танка, прежде чем монолитовец успел изловить интрудера за руку своей форсированной дланью и переломать ему кости.
От падения облаченного в экзоскелет агонизирующего тела лестничный пролет едва не переломился пополам. Оставляя за собой тянущийся багровый след, «броненосец» с грохотом скатился вниз, на второй этаж, и остался лежать у подножия залитой кровью лестницы. Последний поднявшийся на верхний этаж сектант был мертв, как и остальные пятеро его сопровождающих…
Между тем на прилегающей к высотке стройплощадке разыгрались не менее драматичные события. Десять оставшихся внизу сектантов лишь делали вид, что замерли в ожидании ушедших наверх собратьев. В действительности каждый монолитовец из группы прикрытия подбирал для себя огневую позицию на случай внезапного обострения обстановки. И когда она таки обострилась, враги быстро рассредоточились по укрытиям. А их вокруг недостроенного здания было вполне достаточно для организации обороны и более крупного подразделения.
Едва наверху прогремел первый выстрел, как из окна соседней двухэтажки по находившимся на стройплощадке монолитовцам ударил пулемет Корсара. Вмиг маски были сброшены – в переносном смысле, естественно, – и у участников бутафорской сделки отпала всякая нужда соблюдать взаимные договоренности. Сектанты ответили Корсару плотным огнем и ринулись занимать присмотренные укрытия, дабы не представлять собой легкую групповую цель. Но долговец все же использовал фактор внезапности и успел уложить первыми прицельными выстрелами двух противников: автоматчика и «гаусса».
Восемь увернувшихся от очереди ПКМ монолитовцев, самыми опасными из которых являлись три стрелка с «гауссовками» и оставшийся внизу «броненосец»-пулеметчик (трое остальных его тяжеловесных собрата были вооружены обычными штурмовыми винтовками), попрятались за стопами железобетонных блоков и кучами щебня, слежавшегося от времени и слипшегося от наметенной ветром грязи. Корсар не упустил из виду ни одного противника и, перебегая от окна к окну (с этой стороны здания вдоль всего этажа тянулся сплошной коридор), начал методично долбить короткими очередями по укрытиям сектантов. Четверо автоматчиков и пулеметчик принялись незамедлительно огрызаться. Но поскольку Корсар практически не давал им поднять головы, врагам приходилось вести беспорядочную неприцельную стрельбу. Что, разумеется, не могло продолжаться долго. Как только вражеская восьмерка оценит ситуацию и соотношение сил, монолитовцы наверняка перейдут к более решительным мерам и попытаются погасить возникший поблизости очаг сопротивления.
В отличие от высотки, двухэтажка была построена сразу после Второй мировой войны. Об этом свидетельствовала дата, выложенная красными кирпичами в белой кирпичной кладке на торцевой стене здания: «1947». Его толстые стены будто нарочно сооружались на случай новой войны и, не исключено, с расчетом, чтобы выстоять даже при взрыве поблизости авиабомбы. Межоконные простенки, за которыми прятался Корсар, давали ему надежную защиту от пуль. Но долговец не забывал, что делегаты «Монолита» располагают и более мощным оружием, нежели автоматы и пулеметы. Разрушительная сила «гауссовок» варьировалась в широком диапазоне. Все зависело лишь от веса выстреливаемых ими снарядов и мощности установленных на пушках индукционных контуров.
Враг быстро сообразил, сколько наемников засело в здании напротив, после чего не мешкая приступил к контрдействиям. Перегруппировавшись, перебежками, во время которых Корсару, увы, не удалось подстрелить ни одного сектанта, противники разделились на две неравные группы. Первая из них выстроилась в штурмовой порядок, намереваясь прорваться ко входной двери в двухэтажку. Вторая команда состояла из трех «гауссов» и была обязана прикрывать первую. А для пущей безопасности штурмовики решили использовать в качестве щита массивный грейдерный нож, найденный неподалеку. Его поручили нести перед атакующей командой «броненосцу» в самом мощном экзоскелете.
Перед тем как пятерка штурмовиков ринулась в атаку, их группа прикрытия произвела по укреплению Корсара залп из «гауссовок». Полдюжины молниеносных снарядов с хлестким свистом пронеслись по воздуху и ударили в окна второго этажа, проделав во внутренней, некапитальной стене коридора дыры размером с футбольный мяч. Один из снарядов зацепил простенок, чем изрядно расширил оконный проем, за долю секунды развалив кирпичную кладку так, как рабочий с отбойным молотком не справился бы с этим и за четверть часа. По коридору пронесся вихрь из осколков штукатурки, кирпичей и едкой пыли. Вырванный из ближайшего косяка обломок деревянного бруса шибанул Корсара по спине не хуже бейсбольной биты. Если бы не бронепластины комбинезона, долговец не скоро оклемался бы от пережитого удара.
Застонав от боли, Корсар тем не менее нашел в себе силы вернуться на боевую позицию, поскольку не мог упустить благоприятный момент для контратаки. Долговец заметил подготовительные маневры противника и понял, как тот собирается идти на прорыв. Пробить из ПКМ грейдерный нож было проблематично – он был сделан из стали толщиной в два пальца. Но при наличии гранатомета с кумулятивным снарядом Корсар мог поразить не только несущего щит «броненосца», но и сжечь всю идущую за ним группу. Шанс прикончить одним выстрелом пятерых врагов был настолько реален, что боец Воронина без колебаний отложил пулемет, привел «Муху» в боевое положение и, завидев спешащую к зданию штурмовую команду, высунулся из окна, чтобы осуществить задуманное. Расстояние позволяло поразить противника, даже не целясь. Но долговец решил, что заполонившие этаж плотные клубы пыли скроют его от вражеского взора и дадут время прицелиться как положено.
В этом и заключалась фатальная ошибка Корсара. Пока он ловил на мушку грейдерный нож, зоркий глаз одного из «гауссов» поймал долговца в прицел электромагнитной пушки. К несчастью, пыль недостаточно хорошо скрыла гранатометчика, и едва его позиция была раскрыта, по ней сразу же ударила вражеская «гауссовка».
Голова Корсара исчезла вместе с изрядным куском стены у него за спиной, однако тело бедолаги осталось стоять на ногах, удерживая на плече наведенную на штурмующих «Муху». Сектант опередил долговца на выстреле, но даже молниеносный снаряд «гауссовки» не смог обогнать нервный импульс, что пробежал-таки от мозга Корсара к его пальцу, лежащему на пусковой кнопке гранатомета. И потому, когда источник этого импульса обратился в кровавые брызги, отданный им мысленный приказ тем не менее добрался до адресата и сократил на руке обезглавленного стрелка нужную мышцу. «Муха» исправно выплюнула из себя снаряд и лишь после этого выпала из обмякших рук мертвого долговца, чему также поспособствовала реактивная струя стартовавшей гранаты, ударившая в коридорную стену. А тело Корсара перевалилось через подоконник и мешком рухнуло на рассыпанную под окнами груду битого кирпича.
Но прежде чем оно шмякнулось оземь, кумулятивная граната достигла своей цели и, пробив толстенную сталь, разорвалась ослепительной вспышкой, сжигающей вокруг себя все живое и неживое. Жаль, нанесенный ею ущерб оказался гораздо скромнее того, на какой рассчитывал Корсар. Но так или иначе, за свою смерть он поквитался.
Завидев выпущенную по ним гранату, лидер штурмовой группы бросил щит и заорал идущим следом бойцам, чтобы те разбегались. Дважды повторять не пришлось. Четверо сектантов шарахнулись кто куда, словно наскипидаренные. По злой иронии судьбы, не повезло скрыться лишь тому, кто предупредил остальных об опасности. Снаряд долговца врезался в грейдерный нож и взорвался прямо перед «броненосцем», который не успел отскочить на безопасное расстояние и угодил аккурат под высокотемпературную кумулятивную струю. Вспышка мгновенно обратила монолитовца в обугленный труп, сплавив сектанта с его же экзоскелетом в единое целое. А напоследок, словно этого было еще недостаточно, на мертвого «броненосца» рухнул прожженный «Мухой» его огромный щит.
Прочим участникам сорвавшегося штурма посчастливилось избежать рукотворной, а вовсе не аномальной «Жарки». Бросившись за укрытия, сектанты приготовились к тому, что сейчас из окон двухэтажки по ним откроет огонь еще какой-нибудь наемник. Но помимо приконченного гранатометчика, других противников на тех позициях больше не появилось. Впрочем, радоваться скорой победе было рановато. Неизвестно, как обстояли дела у отправившейся за «товаром» делегации. Доносившаяся сверху шквальная канонада прекратилась столь же резко, как и началась. А вот в чью пользу завершилась та короткая стычка, семерке монолитовцев еще только предстояло выяснить…

Категория: Роман Глушков - Холодная кровь | Дата: 15, Октябрь 2009 | Просмотров: 517