ЧАСТЬ ПЕРВАЯ НАЕМНИКИ — ГЛАВА ТРЕТЬЯ БОЛОТО

…сообщение в закрытой сталкерской сети, подсеть «Долг-2.0», ветка «Запросы, информация (модерация; обязательная регистрация; доступ членам группировки и сочувствующим) ».

запрос:

от: нестер, следящий по южному району

по нашим сведениям, в направлении агропрома движется хорошо организованная и вооруженная группа (наемники? военные сталкеры?), с меня полковник петренко требует информацию, все, кто может что-то сообщить, — сообщайте.

сообщение:

от: кирза

не, это не военсталы. их на вертолете куда надо забросят, чего им от самих дитяток переться?

сообщение:

от: пушкарь

на вертолете не везде можно, на чаэс, к примеру, не пролетишь.

сообщение:

от: кирза

и то верно, я, короче, разузнал тут кое-что. в той группе парней мирового видели, наемники это.

сообщение:

от: нестер

проверенные сведения? мы решили, что это члены последнего рубежа.

сообщение:

от: кирза

ага, проверенные, нет, не порубежники это, наемники. у меня новая инфа, свежая: они чего-то с гоблинами одними не поделили на краю южных болот. те по своим делам шли, увидели эту группу, ну и решили наскочить, покрошить их, себе снарягу забрать и стволы. вот их самих и покрошили, один только раненый остался, глава их семка бык, я его знал когда-то. случайно натолкнулся на него в осоке, он мне все и рассказал. в общем, это мировой и трое его парней, и еще какие-то люди с ними, человек 6–7, семка толком не разглядел. вроде снаряга будь здоров у них и стволы. гранатометы есть. в дальнее путешествие собрались.

сообщение:

от: нестер

семен бык допрошен? доставлен на ближайшую базу долга? если нет — выполнять немедленно.

сообщение:

от: кирза

чё-то я недопонял, нестер, ты мне кто? ты мне батя командовать, чё мне куда делать? я не в долге, между прочим, а свободный бродяга, хрен тебе на рыло, больше слова с тобой не скажу.

сообщение:

от: нестер

прошу прощения. решил, ты из наших. от лица полковника петренко благодарю за информацию и содействие.

сообщение:

от: кирза

не за что. а семка тогда копыта откинул у меня на руках.

Покачав «Печенегом», Хохолок сказал:

— Он же Болотник. Болотник, э? — Здоровяк пошевелил бровями, что у него обычно означало либо напряженную работу мысли, либо желание тонко пошутить. — Болотник — значит, в болотах разбирается. А мы на болотах. От пусть и ведет нас, че мы на месте торчим? Жрать хочу!

Они стояли посреди заросшею кустами топкого ландшафта. До лагеря сталкеров оставалось около километра, в тумане его видно не было.

— Болотник, веди, — сказал Мировой.

Он, Нешик, Кирилл и Брюква были одеты в одинаковые блеклые комбезы и короткие куртки. На плечах объемистые рюкзаки, в руках «М-4» с подствольииками.

Следопыт выступил вперед, осмотрелся и пошел между зарослями в северо-западном направлении. Брезентовый капюшон был откинут на спину, полы расстегнутого плаща качались при каждом шаге, утренний ветерок приподнимал их, они едва слышно хлопали по ногам. Болотник не сказал ни слова — Катя вообще не привыкла слышать его голос, он больше молчал, как и синхроны.

Зато Нешик болтал за троих.

— Впереди лагерь, когда-то давно там одна группировка базировалась, — говорил он, широко шагая рядом с Кириллом. — Чистым небом называлась, но их давно уже нет, теперь там свободные бродяги обитают. Я троих знаю: Коржика, Люпена, Суслова. В том лагере лавка, так Суслов в ней до сих пор торгует. Уже много лет ее держит, ветеран, можно сказать. Оружие у него есть, припасы, ну и мелочевка всякая. Зайдем к ним…

Шагающий сзади Хохолок прогудел:

— Пожрать надо нормально, у костерка сесть, надоело на ходу жрать!

Идущий рядом с девушкой Анчар был в той же полувоенной форме, в которой приходил на первую встречу. Колоритнее всех выглядел Хохолок, и дело даже не в огромном бритом черепе с длинной прядью на макушке. Вместо ярко-красных штанов он нацепил другие, такие же широченные, но травянисто-зеленые, надел черную майку, а поверх меховую жилетку. Широкую грудь стянули крест-накрест ленты патронташа, на спине висел рюкзак и «М-4», в руках пулемет с широким ремнем.

К рюкзаку Кати сбоку был прикреплен запакованный в непрозрачный целлофан контейнер с выпуклой крышкой. <Mark-16» — на плече, на поясе нож и «ТТ».

Аслан с Каримом легко шагали впереди, по сторонам от Болотника, проскальзывали между кустами, почти не задевая их. Синхроны оделись одинаково: узкие штаны, заправленные в высокие черные ботинки на шнуровке, теплые шерстяные рубахи и жилеты, на узких спинах небольшие рюкзаки. Каждый член отряда тащил боеприпасы, всякую походную снарягу и еду, но у братьев всего этого было меньше. А вот у Хохолка наоборот. Катя кинула на него взгляд через плечо. Он навьючил на себя рюкзак, который она бы, наверное, и приподнять не смогла. И это не считая десятикилограммового пулемета в руках и штурмовой винтовки на плече. Как нормальный человек, пусть даже здоровый, может волочить столько, Катя не понимала. Она слышала, как общительный Нешик пытался расспросить Хохолка о его прошлом, но тот лишь отмахивался и бормотал что-то невразумительное. Карл тогда сказал, что здоровяк пришел в Зону с Карпатских гор. Может, соврал? Катя все больше склонялась к мысли, что Хохолок из этих мест, что он родился в Зоне, ну или где-то неподалеку от Периметра. Не обошлось тут без аномального излучения, нормальные люди не бывают такими огромными…

Ее взгляд обратился к синхронам. Эти двое не лучше, хотя и в своем стиле. Радиации не боятся — когда пару раз отряд приближался к загрязненным участкам и счетчики начинали трещать, все шли в обход, а синхроны — напрямик. И еды с собой почти не взяли, едят непонятно что, охотятся, корешки какие-то собирают… ну натуральные дети Зоны.

Они миновали чешуйчатого болотного бюрера, плавающего в ряске кверху раздутым пузом — уродливого мутанта, похожего разом на ящерицу и лилипута, — и Катя увидела, как насторожились Мировой с Кириллом.

— Что? — тихо спросила она.

— Где бюреры — там и болотные ведьмы, — пояснил Кирилл.

Катя слышала про них, но мало, эти твари появились относительно недавно, хотя и до катастрофы. Ластоногие ведьмы быстро стали хозяевами болот и почти вытеснили оттуда исконных обитателей этих районов Зоны — выдр и кабанов. Да и чешуйчатые бюреры не подарок, но все же не так опасны, как обычные, — они не владеют телекинезом.

— Не обязательно где-то в округе ведьма, — возразил Анчар. — Бюреры иногда убегают далеко от гнезда.

Воздух на болотах был влажный, полон испарений и будто заплесневелый. Этот район находился возле Кордона, дальше на север — Агропром, а к востоку — Свалка, Темная долина и река. На Агропроме, по словам Командора, с недавних пор обосновались ученые, исследовали там что-то, а военсталы из ОКа их охраняли. Ну и патрулировали заодно окрестности, поэтому туда лучше не соваться. Анчар решил обогнуть Агропром с запада, потом взять немного правее, пройти между Янтарем и Дикой территорией, пересечь Лиманск и за ним свернуть на восток, чтобы обогнуть Рыжий лес.

Впрочем, в Зоне трудно надолго планировать. Территория тут подвержена всяким странным изменениям, самые мощные выбросы могут перекроить ее так, что любые карты начинают врать. Взять тот же Лиманск — его вообще называли блуждающим городом, потому что за десятилетия разные люди видели его в разных местах. Во всяком случае, если верить слухам.

Анчар и Мировой шли по сторонам от Кати. За первым давно закрепилось прозвище Командор, второго называли просто «командиром». Роли между ними распределились сами собой: Анчар занимался обшей стратегией продвижения, Мировой — непосредственной тактикой, планированием боевых действий. А этих самых «действий» было уже несколько, и лишь благодаря умелому руководству Мирового отряд вышел из них без потерь. Хотя Кирилла гоблины Семки Быка легко ранили в левое плечо, а Брюква прихрамывал после удара прикладом.

Кусты расступились, отряд вышел к длинному извилистому озерцу с плоскими островами, поросшими зарослями. Тихо затрещали счетчики радиации. Стоячая вода была зелено-серой, мутной, в ней плавала гниющая трава, ветки, сплющенные консервные банки. Через озерцо вел мосток на низких сваях. Болотник шагнул к нему, но Мировой сказал:

— Нет, подожди.

Берег второго острова порос густыми камышами, лишь прямо за мостком была узкая просека. В зарослях на противоположной стороне мог спрятаться кто угодно, и Мировой приказал негромко:

— Карим, Аслан, проверьте, что там.

Братья, стоящие на краю пологого берега, одновременно ступили в воду с двух сторон от мостка. Катя невольно поморщилась — она радиоактивная, а этим хоть бы что. Нет, они и вправду дети Зоны, мутанты какие-то, а не нормальные люди.

Синхроны сделали несколько шагов. Если бы не волосы цвета снега у Аслана, а у Карима — смолисто-черные, девушка бы вообще не различала братьев. Глубина была немного ниже пояса, но оба вдруг нырнули, с головой ушли под воду. Нешик тихо присвистнул и поежился, должно быть, представил, как сам ныряет в эту зеленую муть.

Пошли мелкие волны, закачался плавающий у мостка дырявый башмак, стукнула о сваю ржавая банка. Волны исчезли, и все застыло. Прошло несколько секунд — на другой стороне шевельнулись камыши, что-то скользнуло в них, раздался тихий плеск, шелест, в глубине зарослей мелькнула фигура… опять тишина.

Катя опустила оружие. Молчаливый Брюква, как всегда, жевал жвачку, мерно двигая челюстью и часто сплевывая. Кирилл, присев на корточки, достал головоломку — дощечка под прозрачной крышкой, внутри какие-то деления и квадратные костяшки с иероглифами, которые надо сдвигать, выстраивая их определенным образом, — и занялся ею, иногда поглядывая на другой берег. Мировой стоял рядом с Анчаром, оба молча смотрели вслед синхронам. Механический глаз Анчара едва слышно прожужжал, на нем провернулось серебристое колечко.

— Да че мы пялимся? — не выдержал Хохолок, качнув «Печенегом». — Давайте я с пулеметика по тем кущам чесану — и нормально!

Ему никто не ответил. Катя не знала, как Хохолка воспринимает Анчар, но Мировой здоровяка невзлюбил, это стало понятно, еще когда на отряд напали гоблины Семки Быка. Хохолок тогда впервые не подчинился прямому приказу, хотя в конечном счете это привело к тому, что он скосил длинной очередью троих мародеров и тем спас попавшего под перекрестный огонь и прячущегося за пнем Кирилла. И все равно — при работе в группе нужно уметь подчиняться, поэтому Мировой после сделал ему выговор. Хохолок это воспринял равнодушно, лишь проворчал что-то и пожал плечами. И продолжал своевольничать.

Вновь шевельнулся камыш, на другом берегу появились синхроны. Карим поднял руку, Аслан сказал шепчущим голосом: «Тут чисто» — и тут же рука Карима опустилась. Впечатление было такое, будто это один человек одновременно сделал короткий жест и произнес слова.

Кирилл пружинисто вскочил, сунув головоломку в карман, глянул на командира. Мировой уже собрался отдать приказ, когда заговорил Нешик:

— Слушайте, а ведь что-то тут не так. А? Оглянитесь. Блин, не могу понять, что именно, но не то что-то!

Катя мысленно согласилась с ним — что-то не в порядке на этих болотах, но она никак не могла понять, в чем дело.

По узкому мостку можно было идти только гуськом. Мировой приказал:

— Нешик — первый, потом Кирилл, Катя, Анчар, я. Хохолок — замыкаешь.

Нешик тут же бодро шагнул на мосток, а здоровяк проворчал:

— Чешите грудь! Обратно замыкаю. А чё я всю дорогу замыкаю, чего…

Мировой глянул на него, но ответить не успел — Анчар отрезал, будто ножом рубанул:

— Молчать! Выполнять приказ!

Он по-военному четко развернулся к Хохолку, встал перед ним, подняв голову. В сравнении с гигантом низкорослый Командор казался чуть ли не карликом, но Катя заметила растерянность, мелькнувшую в маленьких глазках Хохолка. Она сменилась злостью, которая тут же исчезла.

— А, ладно… сзади так сзади, — пробурчал здоровяк.

Нешик с середины моста оглянулся на них и заспешил дальше. Синхроны, отступив обратно в заросли, пропали из виду.

За камышами показался остов сгоревшего дома, за которым виднелись еше два островка, мостки через стоячую зеленую воду. В ней плавала дохлая псевдоплоть. Нешик сказал:

— А все же что-то тут не так. Прям я мучаюсь из-за этого душевно. Вы мне скажите: что с этим болотом не в порядке, чего не хватает?

— Впереди большой лагерь, — откликнулся Кирилл, проводя ладонью по светлой шевелюре и стряхивая с нее теплые капли. — Там передохнём, тогда и подумаешь, что не так.

— Долго отдыхать нет времени, — сказала Катя. Висящий на рюкзаке контейнер с выпуклой крышкой будто подталкивал ее в спину, гнал дальше — в глубь Зоны, быстрее, быстрее! Дважды с тех пор, как они пересекли Периметр, ей становилось дурно, она ощущала брата, его ужас и боль. Прошлым вечером во время привала, убедившись, что никто не смотрит в ее сторону, девушка украдкой приоткрыла контейнер — и тут же пожалела об этом. Пришедший из глубины Зоны ВЗГЛЯД вдавил ее в землю. Она ощутила чье-то присутствие, в голове поднялся рой шепчущих голосов… Катя сразу захлопнула крышку, но успела заметить, что клубень немного вырос и к тому же мелко подрагивает, будто живой.

Они вышли на небольшую поляну, посреди которой торчал скелет псевдогиганта. Ноги его почти целиком ушли в мягкую землю.

— Ух, ё! — сказал Нешик, с удивлением разглядывая толстый хребет, состоящий из позвонков шириной с ладонь, белесые дуги ребер и венчающий их могучий череп. — Такого здорового я еще не видел…

— А ты вообще их много видел? — буркнул Брюква, сплевывая и вытирая рот ладонью.

— Да уж побольше, чем ты! — запальчиво ответил Нешик.

Брюква недоверчиво хмыкнул в ответ. Эти двое были полными противоположностями, но, к удивлению Кати, дружили. К тому же им хорошо удавалось работать в паре, Мировой часто посылал их на разведку. Впрочем, только поначалу, когда группа начала удаляться от Периметра, — а потом быстро выяснилось, что лучшими разведчиками в отряде являются синхроны, и командир стал отряжать их.

Скелет будто светлая решетчатая башня возвышался над землей. Нешик шагнул было к нему, но Аслан, скользнув к наемнику, положил узкую смуглую ладонь на его плечо. Это было неожиданно, на памяти Кати синхроны никогда ни к кому не прикасались, держались в стороне и старались, чтобы и к ним никто не притрагивался. Нешик удивленно оглянулся.

— Тебе чего?

Аслан прошептал: «Аномалия», — и пошел в обход полянки.

— О, блин, — произнес молодой наемник растерянно. — А ведь точно, смотрите!

Катя уже и сама увидела: между дугами ребер, торчаших из позвоночного столба, поблескивали зеленоватые молнии аномалии.

Брюква брюзгливо сказал:

— Отойди, а то разъест всего.

Вслед за синхронами и Болотником они двинулись по самому краю поляны. Молнии накрытой скелетом аномалии потрескивали, облизывали ребра. Почему они не растворяют кости? — подумала Катя. Это ведь так называемая кислотная вдова — гибрид холодца и электры. Ее молнии не жалят электричеством, но действуют наподобие соляной кислоты…

Впрочем, мысли об аномалии недолго занимали ее. Когда полянка со скелетом осталась позади, Болотник вдруг сказал:

— Никого нет.

Некоторое время все молча обдумывали эту реплику, а потом Нешик звонко хлопнул себя по лбу.

— Да тихо ты! — сказал Кирилл, морщась.

— А ведь точно! — воскликнул Нешик. — Пусто, понимаете? Ни животных, ни птиц каких, ни даже ворон… И не свиристит никто в траве. Почему, а?

Катя раньше никогда не бывала в этих местах, но и ей стало понятно, что даже в Зоне болото не может быть таким тихим.

— Макс, какие мутанты здесь водятся? — спросила она у Болотника.

— Ведьмы. Чешуйчатые бюреры. Кабаны, выдры, псевдособаки, — негромко ответил он.

Катя глянула на часы — половина восьмого утра. Было уже светло, но туман не рассеивался, наоборот, казалось, он только густеет.

— И почему никто из них не появляется? — спросила она.

Болотник, не оборачиваясь, ответил:

— Не это главное.

И надолго замолчал. Впереди из земли торчала бетонная панель, рядом лежал клубок спутанной арматуры, между ними вращалась воронка. В стороне валялись строительные блоки, серые ноздреватые кубы и параллелепипеды. Аслан с Каримом плавно повернули в стороны, обходя аномалию, Болотник приостановился на секунду и повел остальных вдоль блоков. Он так ничего и не сказал. Катя раздраженно глядела ему в спину — отрешенная молчаливость этого человека начала выводить ее из себя, еще когда они только пересекли Периметр. Он не был враждебным, не был странным, как синхроны, не казался угрюмым, как Брюква, или вздорно-непослушным, как Хохолок, — но Кате почему-то казалось, что у Болотника за душой какая-то тайна. Она не знала, как реагировать на этого человека, чего от него ждать.

— Ну так что, по-твоему, главное? — спросила она наконец.

Переступив через ржавую трубу, следопыт сказал:

— На болотах людей много. Здесь Рыбацкий хутор, бывшая насосная станция, другие места. Всегда бродяг хватало. А теперь никого нет. Совсем.

— Да, правда, — подтвердил Нешик. — Ни зверей, ни людей — почему? Я вот…

Он замолчал, вглядываясь в туман, и сказал:

— О, до церкви дошли. Я как-то здесь бывал.

Возле полуразрушенной деревянной церквушки было небольшое кладбище с рядками могил. По приказу Мирового отряд направился к зданию, но тут идущие впереди синхроны одновременно зашипели. Болотник отшатнулся, вскинув перед собой нож. Крякнул Нешик, и через мгновение Катя ощутила, как что-то невидимое с неслышным хлопком расступилось перед ней — она будто нырнула в мыльный пузырь — и вновь сомкнулось позади. На мгновение заложило уши, возник и пропал тончайший, на грани слышимости, звон.

— Ё… — протянул Нешик. — Мы будто в поле какое вошли.

Кирилл возразил:

— Радиации нет, током нас тоже ничего не бьет, кислотой не жалит.

Все остановились, Кирилл с Брюквой и Нешиком разошлись в стороны, подняв оружие. Хохолок, громко сопя встал возле Кати, покосился на нее и сказал:

— Слышь, рыжая… я теперя охранять тебя буду.

— Чего? — не поняла она. — Вы все меня охраняете, для того и наняты.

— Не, ну то понятно… но я дальше всю дорогу возле тебя держаться буду, глядеть, чтоб не обидел никто. — Он поскреб пятерней волосатую грудь под расстегнутым жилетом и добавил, ухмыльнувшись: — Ты мне нравишься. И денег ты мне должна.

— Все получишь, когда вернемся к Кордону, — отрезала она.

— Ну от потому мне и надо, штоб ты живая была, — согласился он.

Мировой вновь отправил синхронов на разведку. Братья перемахнули через приземистую ограду, пробежали между могил и нырнули в пролом, зиявший в стене церкви.

Нешик пробормотал: «А ну-ка, а ну-ка…», приблизился к ограде, нагнулся, заглядывая между прутьями. Обернувшись, сказал Мировому:

— Командир, нычка там.

Мировой в это время разговаривал с Анчаром. Они посмотрели на молодого наемника, и тот пояснил:

— Схрон, говорю. Вон, между могил, отсюда вижу. Второпях кто-то делал, плохо присыпал. Так я гляну?

Мировой посмотрел на церковь. В проломе показался Аслан, сделал короткий жест и ушел обратно.

— Смотри, — разрешил командир. — Но осторожно, там где-то пятно, у меня счетчик щелкает. Остальные — за мной.

Нешик полез через ограду, а они направились к калитке. Молодой наемник присел у крайней могилы и стал копать землю широким армейским ножом. Хотя синхроны находились внутри и никаких звуков оттуда не доносилось, Мировой все равно сделал знак Брюкве с Кириллом, и те разбежались, подняв штурмовые винтовки. Пока остальные шли к пролому в стене церкви, эти двое быстро обогнули здание с двух сторон и заглянули в окна, выставив перед собой стволы.

— Чисто, — сказал Кирилл. Брюква молча кивнул. Анчар первым шагнул внутрь, за ним вошел Болотник.

Раздался голос Нешика:

— Во, есть!

Стукнул нож о камень, что-то звякнуло, и Нешик побежал к ним, потрясая свертком, с которого сыпалась земля.

— Нюх у меня на эти вещи! — гордо объявил он, останавливаясь между Хохолком и Катей. — Как запах их ощущаю, схронов всяких, постоянно нахожу, Мишка, скажи?

Брюква в ответ что-то неопределенно промычал. Катя впервые услышала его имя, она понятия не имела, как зовут четверых наемников, знала только клички. Хотя неясно, Кирилл — тоже прозвище или все же имя? Не разберешь этих сталкеров…

Анчар с Болотником скрылись в церквушке, Мировой приостановился в дверях, оглядываясь. Брюква так и остался у окна, а Кирилл подошел ближе. Нешик развернул грязную промасленную ткань — под ней оказалась жестянка с патронами, граната, бинт в целой упаковке и небольшой целлофановый пакет. Рассовав остальное по карманам, наемник разодрал целлофан. Внутри лежали два шприца, полных бурой жидкости, с одинаковой красной маркировкой. Короткие иглы были скрыты под прозрачными колпачками.

— О! — Нешик показал находку остальным.

— А вот это я бы тебе не советовал, — сказал Кирилл. — Это не обычный стимулятор, видишь, змея нарисована? Печень посадишь на раз.

— Правильно! — громыхнул Хохолок и сграбастал шприцы с ладони Нешика. — Давай мне, мелкий, пригодятся.

— Э! — возмутился наемник, — Ты чего? Отдай!

Хохолок, не обращая на него внимания, сунул шприцы в свободные ячейки патронташа. Нешик потянулся к ним.

— Чеши грудь! — Здоровяк отвел его руку и шагнул к пролому.

— Мировой, скажи ему! — крикнул Нешик. Он стал похож на обиженного ребенка, у которого во дворе старший пацан отобрал только что купленный родителями пластмассовый автомат.

Командир глянул на Хохолка, но тут из церкви донесся голос Анчара:

— Взгляните на это.

Вслед за остальными Катя вошла внутрь. Церковь была двухэтажная, наверх вела лестница, в потолке зияли проломы, и сквозь самый большой виднелся квадратный колодец — башенка, увенчанная куполом с облетевшей позолотой. Внутри короткими зигзагами тянулась узкая лесенка, на нижних ступенях стояли Аслан с Каримом.

Свет падал сквозь дыры и щели между досками, деревянный пол частью прогорел, частью сгнил. На черной земле под стеной лицом вверх лежал труп, над ним стояли Мировой с Анчаром. К ним подошел Нешик, склонившись, присвистнул. Кирилл исчез из окна, вскоре появился в дверях и тоже направился в ту сторону, а Брюква все еще маячил в проеме, оперевшись локтями на подоконник, заглядывал внутрь.

Услышав сопение над ухом, девушка оглянулась — Хохолок топтался рядом, наверное, охранял ее. Это выглядело глупо, но она решила: ну и правильно, пусть. Катя теперь смерти очень боялась — не смерти вообще, она-то как раз не страшила, но преждевременной смерти. Нельзя было умереть раньше, чем она доберется до него . Вот после этого — запросто, наплевать. Но не раньше. А раз так — пусть здоровяк охраняет ее даже сейчас, когда все спокойно.

Решив больше не обращать на Хохолка внимания, она встала между Нешиком и Кириллом.

И поняла, что человек на полу жив. Он мелко дрожал, лицо искажено ужасом. Заглянув в эту бледную восковую маску, Катя и сама ужаснулась. Глаза были как две дыры — сталкер будто заглянул в бездну, и та выжгла его мозг.

— Что с ним?

— Что-то его напугало, — ответил Мировой. — Сильно напугало.

— До дрожи, — добавил Кирилл без улыбки. — Кстати, я его знаю.

— Ему можно помочь? — спросила Катя и тут же одернула саму себя: зачем? Какое тебе дело до этого сталкера? Не мели чушь, вам надо идти быстрее, а не заботиться о каких-то бродягах.

Шагнув назад, она добавила:

— Ладно, черт с ним, идемте.

Кирилл с легким удивлением глянул на нее.

— Это Гриб, — сказал он. — Один из ренегатов. То есть бывший честный сталкер, ставший бандитом…

— Честных сталкеров не бывает, — отрезала она. — Идем!

Сверху донесся странный звук — низкое протяжное «ува-ува». Воздух будто плеснулся, и у Кати на мгновение возникло то же чувство, которое появилось, когда они подходили к церкви: словно она прошла сквозь стенку мыльного пузыря.

Сквозь большой пролом в потолке спиной вылетел Аслан. Взметнулись белые волосы, и он упал, проломив остатки гнилых досок на полу. Раздался треск, по лестнице с приглушенным воплем слетел Карим, бросился к брату.

Он схватил Аслана за плечи, но тот уже пришел в себя и попытался сесть. Карим поддержал его, остальные, кроме Брюквы, сгрудились вокруг синхронов.

— В чем дело? — спросил Мировой. Оружие в руках всех наемников было направлено в сторону пролома. — Кто там наверху?

— Аномалия, — шепнул Аслан. — Когда подошел ближе, ударила.

— Какая аномалия? Трамплин?

— Нет. Другая. Новая. Не видел такой раньше.

Мировой глянул вверх, приказал: «Брюква, на месте. Нешик — к другому окну, наблюдай», — и направился к лестнице.

— Осторожно, — сказал Анчар. — Все вместе не идите, может обвалиться.

Мировой стал подниматься; Кирилл, подождав, пока командир преодолеет две трети лестницы, осторожно зашагал следом. Из другого конца церкви появился Болотник и двинулся за ними. Катя сказала топчущемуся рядом Хохолку:

— Здесь останься.

— Не, ты чё, — пробубнил он. — Я ж тебя охраняю, я с тобой…

— Вот и охраняй снизу! — отрезала она.

На втором этаже они увидели плавающий в воздухе над полом возле дальней стены клубок полупрозрачных нитей. Будто паутину собрали комком… только очень уж большую паутину — эта штука была больше человеческой головы. По прозрачно-белым толстым нитям иногда пробегали темные пятнышки.

— Напоминает воздушную паутину, — сказал Кирилл.

Катя никогда о такой не слышала и спросила:

— Что это?

Светловолосый наемник пожал плечами.

— Мы не видели, у Кордона ее нет. Но сталкеры знакомые рассказывали, в глубине Зоны появилась такая штука. Вроде аномалии, но непривычная очень. По описанию похоже, только воздушная паутина обычно висит между стен или в кронах деревьев. Ну, как обычная паутина. И еще, говорят, по ней какие-то черные шары перекатываются.

Они осторожно подошли ближе. Белесый ком, помигивающий темными пятнышками, неподвижно висел в полуметре над полом. Катя присела, заглядывая под него.

— Болотник, видел раньше такое? — спросил Мировой, Следопыт покачал головой и добавил:

— От него излучение идет.

Ошутив дуновение теплого воздуха, Катя спросила:

— Какое излучение? Я вроде сквозняка чувствую… Ладно, не важно. Рассмотрели? Все, идем.

Снаружи хрустнула ветка, все разом оглянулись на лестницу. Мировой первым заспешил вниз, за ним Анчар, потом Катя и Болотник.

Спина Брюквы маячила в окне, Нешик выглядывал в другое.

— Идет кто-то, — доложил он через плечо. — В зарослях плохо видно… А, вон!

Мировой и Анчар, подняв оружие, направились к нему.

Болотник пошел к окну, за которым стоял Брюква. Катя присела, заглянула в щель между досками.

И увидела прямо перед собой зомби.

Вернее, это лишь в первую секунду ей показалось, что там идет зомби — очень уж характерно он двигался, переставлял негнущиеся ноги, будто ходули, — но потом она подумала, что как-то все же не похож. Слишком опрятный, что ли? Чистый…

Но секунды этой оказалось достаточно, чтобы девушка, присев на корточки, вскинула «Мark-16». Она приставила ствол к щели и вдавила спусковой крючок.

Раздалось клацанье, оружие не выстрелило.

И почти одновременно из окна донесся голос Брюквы:

— Командир, автомат отказал!

Раздался приглушенный шелест кустов, потом — сухое клацанье.

— И у меня! — крикнул Нешик.

Болотник, выхватив маузер, прицелился в темную фигуру, возникшую в проломе стены, но выстрелить не смог.

Катя снова глянула в щель. Из зарослей шли уже трое, и за ними брели еще несколько, один — с черенком от лопаты в руках, другой с ржавыми граблями, третий с топором, четвертый с палкой — движения их были удивительно одинаковыми, слаженными.

— Это что, синхроны?! — выкрикнула она, вскакивая. — Мировой, там синхроны! Но их слишком много…

Мировой, сдвинув штурмовую винтовку на спину, скомандовал:

— Достать ножи!

Очень немногие контролеры способны на такое — лишь самые старые и опытные, живущие в норах далеко на севере. Простые контролеры могут забавляться с людьми, заставляя их видеть то, чего нет, могут управлять ими. Самые сильные иногда вытворяют кое-что похлеше: сращивают, слепляют сознания, превращая людей в синхронов. Вот только обычные синхроны вроде Аслана и Карима рождаются такими, с детства обучаются жить одной на двоих жизнью. Взрослая личность не способна выдержать, когда ее сознание срастается с другим, когда чужие привычки, опыт, воспоминания, чувства и пристрастия становятся чьими-то еще, а ее собственные разделяет другой человек или двое, трое, четверо… Такое искусственное создание быстро сходит с ума, объединенный разум, управляющий несколькими телами, превращается в безумный хаос, состоящий из противоречивых желаний и устремлений. Заканчивается это смертью либо агрессивным безумием.

Церковь окружили около полутора десятков синхронов. Катя была уверена: ни один контролер не способен на такое, тут поработала какая-то другая сила.

— Что там? — рыкнул Хохолок, выглядывая сквозь щели в досках. — А, ренегаты! Это банда Бритвы!

— Кого? — переспросила она.

— Вон Динамит, здоровый тот, — стала перечислять он. — А того Гангреной кличут. А этот мелкий — Битый, а Бритву не вижу пока…

Карим с Асланом, взбежав по лестнице, присели на краю пролома. Бесполезные «НК» висели на спине, братья держали крюки, Аслан сматывал с ремня веревку.

В щель Катя увидела, как один из зомбированных ренегатов вонзил в стену церкви ржавый топорик. Полетели, щепки. Зомби выдернул оружие, бездумно оглядел его и зашагал к ближайшему окну.

— У них должен быть главарь, — сказал Болотник, стоящий ближе к лестнице. — «Контейнер», так называют. Тот, в котором спрятано ядро коллективного разума. Надо убить его.

Забравшийся через окно Брюква схватил с пола камень, размахнулся и швырнул наружу. В шель Катя увидела, как булыжник попал в голову ренегата, огибаюшего здание со стороны кладбища. Тот упал навзничь, приподнялся, приложил ладонь к окровавленному лбу. Взял выроненный черенок лопаты, встал и пошел дальше.

Мировой, Кирилл и Анчар встали посреди помещения с ножами в руках, Нешик мелкими шажками приближался к противоположному от Брюквы окну. Хохолок ударом кулака высадил доску, вставил в прореху ствол пулемета и попытался открыть огонь.

— Да не стреляет же оно! — крикнула девушка. — Тупой, ты что, не понял?!

— Как это не стреляет? — удивился наемник, бессмысленно вдавливая спусковой крючок. — Ты што? Не бывает такого, штоб не стреляло!

Болотник распахнул плащ. На ремне висело несколько мешочков из необычной зеленоватой ткани, следопыт стал развязывать один. Катя опять выглянула в щель. Ренегаты, окружив церковь, замерли — все разом.

— Они остановились, — сказала она Мировому. — Сейчас нападут, наверное.

— Ножи к бою, — повторил тот. — Нешик, Брюква — контролируете окна. Кидайте в них камнями хотя бы; Болотник…

— А я гранатой! — вдруг вскричал Нешик, выхватывая ее из подсумка. — Она, может, сработает…

Сорвав чеку, он швырнул гранату в окно, но взрыва не последовало, и он нагнулся за камнем.

— Болотник, так что с этим «контейнером»? — спросил Мировой. — Кого из них надо убить?

— Да всех убьем! — рыкнул Хохолок, скалясь.

Следопыт достал из-под плаща высушенный до желтизны толстый прутик, сунул руку в раскрытый мешочек на поясе. Мировой и Кирилл медленно приближались к пролому, в стене. Анчар снял с ремня штык-нож и пошел за ними.

Перевесив «Мark» за спину, Катя взяла из ножен длинный нож, другой рукой подцепила пластиковый «коготь» в ремне, вытащила его. Хохолок с сожалением оглядел пулемет, положил на пол и достал из ножен на боку здоровенный тесак, больше похожий на меч.

Сквозь щели и окна было видно, что ренегаты все еще стоят на месте. Длинный тощий Гангрена, ударивший в доски топором, замер у самой стены.

— Как определить, кто из них «контейнер»? — повторил Анчар вопрос Мирового, но Болотник вновь не ответил. Он достал что-то из мешочка на ремне, стал развязывать другой.

Получив неслышную команду, ренегаты зашагали к зданию.

Третий камень, брошенный Брюквой, ударил в грудь Битого. Катя обернулась. В проеме возник коренастый зомби с вилами наперевес.

Прямо позади Кати раздался треск. Несколько досок обвалились, зомби полез в пролом, сильные руки ухватили за шею, сдавили. Она рванулась, лягнула его ногой, начала извиваться, пытаясь освободиться от рюкзака. Зомби одной рукой душил ее, а другой зачем-то тянул рюкзак. Катя захрипела.

Хохолок подбежал к ней. Почти вплотную подступив к девушке, сунул тесак в зубы, широко развел руки и хлопнул зомби по ушам. После такого обычно лопаются барабанные перепонки — и скорее всего они действительно лопнули, но на противника это не произвело особого впечатления, он лишь сильнее сжал шею. Одна рука Хохолка легла на плечо девушки, второй он сгреб в пятерню ухо, по которому только что ударил, и рванул — Катю к себе, а зомби от себя.

Она как раз смогла избавиться от рюкзака, и тот полетел на пол, когда зомби выпустил его. Присев, Катя скользнула в сторону, упала, перекатившись, опять вскочила. Хохолок обхватил зомби за поясницу, поднял и швырнул — прямо под ноги Анчара. Механический глаз того зажужжал. Широко разведя колени, Анчар присел и аккуратно, выверенными короткими движениями несколько раз резанул ножом по шее ренегата.

Теперь зомби лезли со всех сторон. Они оттеснили Брюкву с Нешиком от окон, заставили Кирилла и Мирового отступить на середину помещения. Кирилл схватил валявшуюся под ногами длинную палку, ударил несколько раз, потом она сломалась, наемник отбросил ее и вонзил нож в глаз подступившего совсем близко зомби. Мировой и Анчар приняли одинаковые позы, которые Катя видела в видеоруководстве по ножевому бою. Они наносили удары, двигаясь почти в такт, будто танцуя.

— Наверх! — крикнул Мировой, отшвыривая от себя низкорослого ренегата.

Катя бросилась к лестнице, Хохолок тяжело затопал следом, но на него набросились сразу трое. Здоровенный ренегат с гаечным ключом преградил дорогу девушке. Катя ударила первой, выдернула нож из-под ребер, отскочила. Хохолок сзади ревел и матерился на всю церковь. Зомби шагнул к ней, и вдруг из пролома со второго этажа прилетел крюк — зазубренное кривое острие вонзилось в шею. К рукояти была привязана веревка, другой конец которой сжимал стоящий вверху Аслан. Он рванул — крюк, почти до половины прорезав шею, выскочил из раны. Пустив веревку волнами, синхрон подбросил его, крюк взлетел обратно в пролом. Аслан поймал его и тут же снова метнул вниз.

Теперь крюк попал в грудь одного из зомби, набросившихся на Хохолка. Отшвырнув двух других, наемник рванулся вслед за Катей. Нешик с Кириллом были уже наверху, Анчар — на середине лестницы, Мировой внизу. Он побежал на второй этаж, Катя с Хохолком устремились за ним.

Лестница глухо затрещала, зашаталась — и провалилась. Запрыгнув на пол второго этажа, Катя оглянулась: Хохолок висел, ревя вовсю глотку, вцепившись в крайнюю доску. Присев, девушка сжала толстое, как бревно, запястье. Да он же, наверно, тонну весит, как его удержать?! Доска затрещала, проламываясь. Катя крикнула:

— Помогите!

Хохолок что-то орал, обратив к ней широкое красное лицо, дергал ногами. Катя сидела на корточках, широко разведя колени, опустив обе руки, сжимала запястье и тянула, тянула изо всех сил.

Под ними сбоку выбежал долговязый Гангрена, взмахнул топориком — ржавое лезвие ударило по подошвам наемника.

Доска сломалась, и Катя завалилась лицом вперед. Толкнув ее в плечо, рядом на колени упал Мировой, вцепился в руку здоровяка, и тут же Хохолка за длинную прядь растущих из макушки волос схватил Нешик. Они рванули одновременно, Катя увидела еще две пары рук — не то Анчара, не то Кирилла, — ухватившие наемника за плечи…

Через миг они совместными усилиями втащили его на второй этаж.

Девушка уселась, вытянув ноги, потрясла ноющими руками. Наемники побежали куда-то, лежащий на спине Хохолок сел.

— Что с ногой? — хрипло спросила Катя, потирая запястье.

Он привстал, показывая надрубленную сбоку толстую подошву.

— Да ничё. Не пробил. — Здоровяк схватился за растрепавшиеся волосы. — Чуть волосся не выдрал мне!

Уловив краем глаза движение внизу, Катя заорала: «Ложись!» — и пнула его ногой в грудь.

Хохолок опрокинулся навзничь, брошенный Гангреной топор пролетел низко над ними и вонзился в потолок.

Гангрена и еще двое ренегатов полезли на второй этаж по стенам, просовывая пальцы в проломы между досками. Катя вскочила. Аслан с Каримом поднимались по шаткой лестнице внутри башенки с куполом.

— Сюда! — услышала она и оглянулась. Нешик, потом Кирилл и Мировой пролезли на крышу сквозь слуховое окно.

— За мной давай! — крикнула девушка Хохолку и побежала туда.

Она выбралась на круто наклоненный скат, расставив руки, сделала несколько шагов. Хохолок протискивался следом. Наемники полезли вверх по стене башенки, стоящей примерно на середине крыши. Там и здесь зияли проломы. Катя приподнялась на цыпочках, осматриваясь. Церковь была окружена ренегатами, они приближались…

Но двое, наоборот, ковыляли прочь от здания, сжимая рюкзак, на боку которого был пристегнут контейнер с выпуклой крышкой.

Не задумываясь, она оттолкнулась от ската, боком упав на мягкую землю, вскочила на колени. Прямо перед ней были две пары ног, и Катя рубанула по ним.

Ренегаты не издали ни звука, хотя одному она чуть не перерубила лодыжку, а второму пластиковый «коготь» прорезал артерию под коленом. Раненые зашатались, девушка подхватила выпавший из их рук рюкзак. Вскочила, увидела

прямо перед собой Гангрену с занесенным над головой ржавым топориком, отпрянула — и, зацепившись за подоконник, спиной влетела в окно церкви.

Со всех сторон в скрипящих завалах досок и бревен бродили фигуры. Набросив на плечо лямку рюкзака, Катя вскочила, вонзила нож в щель между досками, подтянулась, вонзила второй выше, потом еще раз… Через несколько секунд она была на втором этаже, куда уже забрались несколько ренегатов. Перепрыгнув через пролом за их спинами, она пролезла в слуховое окошко. Правую ногу сильно кольнуло, девушка едва не свалилась обратно, но выпрыгнувший сбоку Аслан поддержал ее, помог выбраться на скат.

Катя тяжело дышала, волосы разметались по плечам. А синхрон выглядел по-прежнему спокойным и слегка отрешенным.

— Ты ранена, — сказала он, отворачиваясь.

Она опустила взгляд: из правого ботинка торчал обломок клинка. Вошел он неглубоко; выдернув его, Катя вслед за Асланом поспешила к башне, из окна которой выглядывали лица наемников.

По другому скату бежал, низко пригнувшись, Карим. Крюками он за шею подцепил зомби и теперь волочил его, негромко шипя. Зомби дергался и сучил ногами, пытаясь высвободиться.

Когда синхрон был уже возле самой башни, сверху, из пролома в ее стене, спрыгнул Хохолок с занесенным тесаком. Скат содрогнулся, мгновение казалось, что наемник провалится, но крыша лишь просела. Услышав грохот, Карим обернулся и сразу бросился ничком, выдернув крюки из шеи своей жертвы. Зомби попытался встать. Тесак тускло блеснул, описав широкую дугу, будто лопасть мощного винта, врезался ему в плечо.

Еще один ренегат возник на скате слева, и Катя развернулась, взмахнув ножом, распорола ему брюхо над пупком. Живот бандита раскрылся, как чемодан, зелено-синяя влажно поблескивающая гроздь вывалилась из него. Вспрыгнув на конек. Катя ударила зомби ногой в грудь, и тот отлетел на край крыши. Позвоночник отчетливо хрустнул, тело, сломавшись в поясе, упало дальше.

— Хохолок, давай на башню… — начала она, и тут четверо забравшихся на второй этаж зомби, подчиняясь приказу коллективного разума, метнули то, что было у них руках.

Вилы, топор, тяжелый булыжник и длинный гаечный ключ вылетели из пролома. Кожей лица Катя ощутила порыв ветра и отпрянула, свалилась на спину. Вращающийся топор зацепил обухом нос Хохолка, тот охнул, присев, схватился за лицо. Сзади донесся грохот и гулкий звон. Катя перевернулась на живот, задрала голову. Все, что метнули зомби, ударилось в башню, пробив дощатую стену, а вилы попали в колокол под куполом. Башенка покосилась, и внезапно из нее выпал Брюква. Сунувшийся следом Мировой попытался схватить его, но не успел.

Брюква рухнул на торчащие из крыши сколы проломленных досок, во все стороны брызнуло красное. Тело заскользило вниз, оставляя на черепице потек, перевалившись через край, упало на землю.

— Мишка!!! — заорал сверху Нешик.

Башня сильно накренилась, теперь она каждое мгновение могла обвалиться. Анчар, Мировой и Болотник с Нешиком полезли вниз, с другой стороны крыши показался Аслан и перебежал по краю на ту половину, где находилась Катя. Следом проскользнул Карим.

— Макс, кто из них «контейнер»?! — крикнул Мировой.

Болотник держал короткий толстый прутик, на конец которого был нанизан незнакомый Кате артефакт. Следопыт сжимал прут двумя пальцами, тот вращался из стороны в сторону, артефакт то наливался светом, то почти гас.

Прут замер, и он разгорелся ярко-белым.

— Должен вспыхнуть, когда найдет «контейнер», — сказал Болотник и вдруг опустился на одно колено, выхватив костяной нож.

Следопыт метнул его куда-то за спину Кати. Она повернулась. На край пролома забрался зомби, но клинок ударил его в лицо и сбросил обратно.

Загрохотали разбитые доски, мимо пронеслись Карим с Асланом, прыгнули вниз и тут же возникли опять — крюками они волочили бандита, подцепив его за грудь и плечо.

— Хэ! — Вперед выскочил Хохолок. Братья отпрыгнули, выдернув крюки.

— Хохолок, нет! — крикнул Мировой. — Упадет…

Но огромный тесак уже опустился, чуть не перерубив тело напополам. Крыша содрогнулась — и башня наконец рухнула.

Хорошо, что все находились по одну сторону от нее. Башня опрокинулась в противоположном направлении, проломила оба ската, превратив треть здания в пологую гору обломков.

— Хохолок, идиот! — взвыл Нешик. — Теперь они все залезут…

Вооруженный ржавым топориком Гангрена первым выбрался на крышу, следом шли другие. Прут в пальцах Болотника провернулся сам собой, загнутый конец указал на Гангрену, артефакт вспыхнул.

— Это он! — Следопыт показал направление. — «Контейнер» там!

— Пригнитесь! — прошипел Аслан.

Стоя на коньке, он крутанулся, гибкая серая змея рванулась над крышей. Крюк на конце веревки впился в шею Гангрены, и Аслан дернул.

Зомби крутануло, топорик отлетел в сторону. Крюк метнулся обратно к синхрону. Гангрена упал, голова перекатилась по скату, повиснув на лоскуте кожи — все остальное было перерублено.

— Есть! — выдохнул Нешик.

Ренегаты один за другим взбирались на крышу, ступали тяжело и уверенно, хрустя досками.

— В чем дело? — спросила Катя у Болотника, пятясь вместе с остальными, к дальнему краю. — Макс! Почему они не…

Тот хмурился, оглядываясь.

— Не знаю. «Контейнер», должно быть, там…

Она посмотрела между ренегатами в сторону обрушившейся части крыши и наконец увидела.

— Вон! Дальше, на кладбище, твой прут туда показал! Кто это там сидит?

— Бритва, — прогудел Хохолок.

— Ага, он! — заорал Нешик.

Главарь банды сидел у одной из могил в полусотне шагов от здания, вытянув ноги, пустыми глазами наблюдая за происходящим.

Первым сообразил, что к чему, Анчар.

— Карим, Аслан, убейте его! — приказал он, махнув ножом. — Того человека, у могилы. Хохолок, расчисти им путь!

Хохолок бросился на толпу бандитов, молотя тесаком, следом побежали братья. Они одновременно метнули крюки, те пролетели по бокам от здоровяка, вонзились в двух ренегатов, сбили с ног. В плечо Хохолка ударила дубинка с торчащими во все стороны гвоздями, сзади на него прыгнул зомби. Здоровяк хрипло взревел, Катя с остальными кинулась на помощь. Прорвавшись сквозь толпу зомби, Аслан и Карим соскользнули с крыши, низко пригнувшись, побежали к Бритве.

Человек-«контейнер» заволновался, увидев их, привстал, но братья уже добежали до него. Взметнулись и опустились заточенные крюки — еще раз, еще, еще. Тело на могиле стало напоминать освежеванную свиную тушу. Несколько секунд главарь дергался, слепо шаря по земле руками, потом замер. Толпа ренегатов навалилась на наемников. Катю ударили обломком доски по голове, она упала на колени, вонзила нож в бок зомби. Он отшатнулся, кто-то схватился за ее рюкзак, пытаясь содрать с плеч, ренегаты сомкнулись вокруг… и свалились, как подрубленные деревья.

Она вскочила на ноги, не сразу сообразив, что произошло. Вокруг валялись тела. Сплюнув кровью, девушка шагнула к краю, выглянула: зомби внизу тоже лежали неподвижно.

— «Контейнер», — сказал Болотник, подходя к ней. — Это был Бритва.

Следопыт казался по-прежнему спокойным, даже волосы не растрепались. Катя побрела по крыше в сторону рухнувшей башни.

— Мишка… — потерянно сказал Нешик и на заду полез вниз. Мировой с Кириллом стали спускаться за ним, оба были с ног до головы забрызганы кровью ренегатов.

— Ха! — выдохнул Хохолок и потряс тесаком, ухмыляясь во весь рот. Грудь его под патронташем тяжело вздымалась, из носа текла кровь.

Мировой спрыгнул на землю, встал над Нешиком, который молча сидел возле неподвижного Брюквы. Подняв голову, командир глянул на Анчара с Катей и сказал:

— Какой контролер мог сделать синхронами целую банду? Никто в Зоне не способен на такое…

— Никто, про кого мы знаем, — возразил Анчар и бросил на Катю косой взгляд. — Неподалеку находится постоянный лагерь местных сталкеров. Идем туда.

Категория: Андрей Левицкий - Сага смерти: Мгла | Дата: 1, Январь 2010 | Просмотров: 747