Глава шестая — Хозяева проклятой топи

Всё, что можно было разглядеть в бинокль, так это окно на втором этаже.

В глубине комнаты стояла бочка из-под бензина, в которой колыхалось яркое пламя. Судя по всему, в комнате никого не было.

— Идём? — Прошептал Принц, глядя, как Спрут, затаив дыхание, глядит в бинокль на кирпичное здание блокпоста.

Когда-то это действительно был блокпост. Здесь служило человек сорок, не меньше. Большая казарма на пятьдесят человек, основной корпус, две кирпичные башни по обе стороны, гараж, двухэтажное здание непонятного назначения — всё это теперь смотрелось забытым, потерянным. Крыша казармы обрушилась, проломленная упавшим деревом, на перилах смотровой площадки башни повисли космы жгучего пуха.

— Пошли. — Наконец произнёс Спрут, и, схватив два «тэтэшника», поднялся из-за холма.

Принц поднялся вслед за ним. Они миновали приоткрытые ворота, и оказались в дворике блокпоста.

— Бочка. — Проговорил Спрут и указал на двухэтажное здание.

— Понял, проверю.

Принц скрылся за дверью, а Спрут неспешно направился к главному корпусу. Там горел свет. Ничего необычного — в зоне без подзарядки работают почти все электроприборы. Спрут осторожно приоткрыл дверь, и тут же увидел труп. Мародёр висел в разбитом оконце стеклянной межкомнатной двери. В руке его был зажат старенький браунинг.

Спрут толкнул дверь стволом пистолета, и тут же отпрыгнул в сторону, уворачиваясь от автоматной очереди. Ему повезло, что стрелял не профессионал — явно новичок. Пули врезались в стену, откалывая куски штукатурки.

Тут же с улицы раздался одиночный выстрел, и дважды рявкнул обрез.

— Спрут, меня зажали, — Закричал Принц, но его голос заглушил автомат.

Засевший в комнате сталкер расстрелял весь рожок, чем Спрут и воспользовался. Он на мгновение возник в дверном проёме, выпуская в противника несколько пуль. Стрелявшего отбросило к стене.

Выстрелив ещё дважды, Спрут выбежал из дома, и чуть не налетел на сталкера в чёрной куртке. Тот сидел на корточках посреди дворика, держа в правой руке короткоствольный пистолет-пулемёт.

— Обходи его, Склеп, прохрипел сталкер, и прицелился.

Внутри двухэтажного сооружения вновь рявкнул обрез, после чего дважды отозвался пистолет Принца. Воцарилась тишина.

Сталкер в чёрной куртке поднялся, и направился к зданию. Отреагировав на это, во двор шагнул Спрут. Две вспышки озарили ночной блокпост, и тело незнакомца осело на асфальт.

— Круто мы их уработали? — Принц вышел из здания, и теперь с неподдельным интересом разглядывал лежащее во дворике тело.

— Идём. — Мрачно сказал Спрут, и указал в сторону корпуса.

Перед дверью с висящим на ней трупом Спрут остановился.

— Свежий?

— Ещё тёплый.

— Странно. Я выстрелов не слышал, когда мы в засаде сидели.

— А никто и не стрелял. Его просто грамотно толкнули в дверь, и бедолага распорол себе горло об осколки стекла.

— Значит, Монгол жив.

— Возможно. Сейчас мы это выясним. Принц, давай-ка наверх.

…Всё началось несколько дней назад, когда Монгол в очередной раз отправился на старый Шведский блокпост, чтобы оттуда позвонить жене. Тут-то группа и натолкнулась на сталкеров, считающих этот телефонный аппарат своим. Они работали на Перса. После объяснений с Иракцем, всё уладилось, но внезапно беседу прервал взрыв…

Очнулись Спрут и Принц в лесу под прицелами трёх мародёров, которые и рассказали, что их шефу заказали некоего Перса. И заказали, по-видимому, Монолитовцы. Расправившись с конвоирами, двое сталкеров пришли сюда. Именно здесь, на седьмой отметке, где недавно полег весь гарнизон, по словам охранника, его друзья и держат Перса и Монгола.

Второй этаж был тускло освещён тлеющей в одной из комнат бочкой. Где-то справа работал телевизор, и то и дело раздавались пояснительные реплики ведущего какого-то ток-шоу.

— Проверь. — Спрут указал Принцу на дверь, а сам скрылся в одной из оставшихся непроверенными комнат.

— Спрут. — Раздался из темного угла голос монгола.

— Шеф, ты живой?

— Жив. Слушай внимательно: собирай всех сюда. Чёрный нашел осколок, который был у Перса. Теперь у него почти все осколки, и камень Спама последний. Теперь точно последний.

Принц набрал на ПДА нехитрую комбинацию, и тихий, спокойный голос ответил:

— Да, слушаю.

— Медведь, это Принц, давай сюда…

Значит, за мной кто-то охотился, и хотел убить. Спам. Почему же это имя вертится у меня в голове? Спам. Кто же такой, этот Спам? — Пациент вновь попытался вспомнить всё, что связано с этим именем

Роща была со всех сторон обложена бетонными блоками, оставленными здесь после первой аварии. Около костра в центре рощи расположились шестеро сталкеров.

— Добрый вечер. — Монгол сел на траву около костра.

— Приветствую. — Седовласый сталкер лет сорока расплылся в улыбке. — Какими судьбами?

Монгол несколько секунд сохранял невозмутимое выражение лица, после чего рассмеялся:

— Хроник, ты ли это?

— Я. Не бойся, Монгол, я настоящий. Так что привело вас сюда?

Он поглядел на подошедших к костру сталкеров Монгола.

— Ходили на Росток за артефактами. Там в гараже напротив вышки всегда что-нибудь есть. Там ведь аномалий полно. — Соврал Монгол.

— И как успехи?

— Нашли «Слюду».

— Это ж всего пять тысяч деревянных.

— А кто сказал, что одну слюду. Четыре. Плюс капель насобирали полтора десятка.

Сталкер махнул рукой:

— Мелочёвка. Мы с ребятами собираемся через Милитари рвануть. Ходят слухи, что в восточных тоннелях есть чем поживиться.

— Дело твоё. — Монгол аккуратно снял со спины винтовку Гаусса. — Но я бы не советовал.

— Почему?

— Потому что там не может быть ничего ценного, так как аномалий в том крыле катакомб не бывает. — Проговорил Шприц.

— А, ну да, конечно. — Сталкер насупился.

Все замолчали. Внезапно абсолютную тишину прорезал тихий звон. Сидящие у костра вскочили на ноги.

— Принц, что это было? — Монгол посмотрел на стоящего рядом ходока.

— Контролёр. Километров шесть отсюда. Идёт к нашим.

Монгол указал в сторону АТП и проговорил:

— Тогда быстро за ним.

Через мгновение сталкер скрылся в темноте.

— Контролёр? Здесь? — Хроник подозрительно смотрел в темноту.

— Я сам в шоке. — Монгол придвинул к костру ржавое ведро, и, усевшись на него, достал из рюкзака спецпаёк. — А чего ты нервничаешь?

— Нервничаю? — Хроник с изумлением посмотрел на Монгола. — Там контролёр, вот почему я нервничаю.

— Не кипятись, чайник. — Утюг похлопал Хроника по плечу, и хотел было сесть у костра, но Долговец, явно недовольный, что его сравнили с кипящим чайником, вскочил, и одним ударом опрокинул Утюга на траву.

— Я тебе морду разобью, шутник!

Он отвёл кулак назад, но ударить не успел — подбежавшие сталкеры оттащили его от лежащего на траве Утюга.

— Больной, блин! — Утюг поднялся на ноги, и, сев рядом со Спрутом, добавил. — Нервные все стали.

— Ладно, успокойся, Утюг. — Монгол доел спецпаёк, и копался в рюкзаке в поисках минералки. — Не видишь парень не в себе.

— Вижу. — Буркнул в ответ Утюг, и, достав из кармана губную гармошку, принялся наигрывать какую-то старую мелодию.

— Ты ещё кровью умоешься, паскуда. — Хроник ткнул пальцем в сторону Утюга, и зашагал прочь.

Шприц и Феникс переглянулись.

— Я думал, в Долге не держат таких дёрганых. — Наконец прокомментировал произошедшее Спрут.

— Он не дёрганый. Просто такое пережил, после чего у любого крыша съедет.

— Что именно? — Феникс наклонился поближе к костру.

— Он с Семецким к монолиту ходил. Семецкого, надеюсь, знаешь?

— Само собой. Вечный сталкер.

— Вот. Говорят, Хроник тоже загадал…желание…

— Какое? — Тут заинтересовался и Утюг. Он убрал губную гармошку в карман, и прислушался.

— Узнать тайну зоны.

— И что?

Монгол пожал плечами:

— Не знаю, но он после этого похода к центру весь седой стал.

Все вновь замолчали.

— Слышали? — Утюг поднял голову и посмотрел в сторону АТП.

— Ничего. Тихо. — Спрут махнул рукой.

— И это ты называешь тихо? Спрут, да тебе не просто медведь на ухо наступил. Он там недели две топтался. Не слышно разве, что стреляют?

И действительно, издалека слышались выстрелы, после чего всё смолкло.

— Наши? — Феникс прислушался.

— Вроде бы, да.

— Ладно. Хватит паниковать, — Монгол поставил рюкзак рядом с собой. — Утюг, расскажи нам какой-нибудь прикол.

— Внимание, прикол. — Проговорил Утюг.

— Только чтобы эти пятеро. — Спрут указал на сидящих поодаль сталкеров Хроника. — Тебя бить не полезли.

— Само собой. Итак, начали:

Говорят что в зоне

Нету долга круче.

Я бы в сталкеры пошел-

Пусть меня научат.

Меня приняли бы в долг,

Стал бы генералом,

Приобрёл экзоскелет

С откидным забралом,

Со свободой бился б я,

Их кроша элиту,

А потом, набравшись сил,

Двинул к монолиту.

Загадал ему желаний

Несколько отличных

Про конец войны и зоны,

И штук восемь «личных».

Только делать это всё

Я пока не в праве,

Потому что я служу

На седьмой заставе…

Все вновь замолчали.

— Что, не прикольно?

— Да не в этом дело. — Шприц посмотрел на часы. Просто слишком тихо там, у АТП.

В ответ на эти слова вдалеке раздался пистолетный выстрел, а спустя несколько секунд рявкнул дробовик.

— Это Принц. — Монгол спокойно смотрел на пламя костра.

— Значит теперь порядок?

— Конечно.

* * *

— Ладно, посидели и хватит. — Израненный капитан поднялся на ноги, и направился в соседнюю комнату.

— Что ты хочешь сделать? — Шпрот проследовал за ним.

— Найти рацию и вызвать помощь. Если я прав, то эта группа была лишь разведотрядом, и следом за ним придёт основной отряд с хищниками.

— Хищниками?

— Да. Мы так прозвали солдат-невидимок, обвешанных артефактами.

— Невидимок?

— Слушай, не надо задавать вопросы, лучше помоги найти рацию. — Капитан обыскивал стоящие вдоль стен стеллажи.

— Эти парни не разведчики. — Наконец проговорил Шпрот. — Они шли за моей группой.

— Тогда разведгруппа где-то рядом. Тем хуже для нас. — Лапин присел на корточки около поваленного взрывом стеллажа, и извлёк из-под груды спецпайков небольшой передатчик:

— Есть. Теперь можно вызвать помощь. Надо лишь вставить в рацию модуль питания. У тебя в ПДА есть батарея?

— Да. Вроде бы есть. — Шпрот открыл заднюю крышку ПДА, найденного им на поле, и ловким движением отсоединил батарею.

Экран миникомпьютера потух.

— Как раз то, что надо. Для полного счастья не хватает…

Лапин упал на пол, увлекая за собой Шпрота.

— Разведотряд. — Прошептал он, и, выглянув из-за стеллажа, увидел троих.

Они стояли в той самой комнате, где несколькими минутами ранее грохотали автоматы. По стёклам окна скользнул луч фонаря — четвёртый.

— Да нет здесь никого. — Просипел один из сталкеров, опершись о стеллаж, за которым спрятались Шпрот и Лапин. — Ведь ничьих ПДА мы не засекли.

Капитан облегчённо вздохнул. Вовремя они вытащили батарею.

— Откуда ты знаешь? Может, они в погреб спрятались.

— А если и так? Ты учти, Гроб, я туда соваться не стану.

— Цыц, Дохлый. Инвалид, проверь погреб.

— Уже иду. — Буркнул третий и открыл крышку лаза.

Пахнуло плесенью и серой.

— Серой воняет, Гроб. Там по любому какая-то аномалия.

— Главное, мускусом не пахнет. Давай полезай вниз.

Любой сталкер в зоне знает историю о том, что от кровососа, вопреки его внешнему виду, исходит именно мускусный запах. Значит, боятся кровососа в подполе встретить. Заскрипела лестница, и из подпола раздался приглушенный голос:

— Во, блин, удачно зашел.

— Что там? — Гроб склонился над тёмным квадратом лаза, сжимая в руках фонарь.

— Оружие. — Ответил Инвалид. — Много оружия. Калаши, сиги, винторезы. Слышь, Гроб, здесь даже «ЭфЭн-2000» есть. Во, повезло, да.

— Повезло. — Согласился наёмник, и, отложив в сторону автомат, тоже полез в подпол. — Дохлый, не спи тут. Если кто объявится, зови Скруджа. Он на улице трётся.

— Да понял я, понял. — Наёмник со злостью пнул стеллаж.

— Наш выход. — Прошептал Лапин, и поднялся из-за стеллажа в полный рост.

Его рука метнулась к висящему на поясе ножу. Мгновение спустя, нож вонзился в наёмника — сзади слева, на уровне сердца. Дохлый вскинул руки, и обмяк.

— Люк закрой. — Лапин указал Шпроту на открытый лаз, а сам, схватив автомат Дохлого, выбежал на крыльцо.

Мгновенно отреагировав, Шпрот кинул в рюкзак рацию и пистолет наёмника, сорвал с ремня убитого гранату, и зашвырнул в люк.

Шесть секунд. Именно столько потребовалось гранате, чтобы коснутся бетонного пола погреба. За это время Шпрот успел закрыть люк и выбежать на улицу. Внизу громко ухнуло, принялись стрекотать взрывающиеся патроны.

— Круто сработано. — Лапин стоял на крыльце, держа под прицелом раненого наёмника.

— У тебя, я вижу, тоже неплохие результаты.

— Конечно. — Капитан протянул Шпроту рацию. — Набери код «три восемь семь».

Шпрот взял в руки рацию, и набрал нужную комбинацию.

— Говорит генерал Заречный. Что у вас, Лапин?

Передав Шпроту автомат, капитан взял рацию:

— Константин Сергеевич, это капитан лапин. Вверенная мне группа погибла в неравном бою с отрядом Чёрного сталкера. Со мной сталкер по кличке Шпрот. Только что мы отбили атаку разведгруппы, но долго не продержимся. Сведенья, на которые вы рассчитывали, я добыл. Помогите. Мы будем отступать к малому лагерю. Ждём вас.

— Жди, капитан, жди. Через двенадцать,… нет, через десять часов мы будем там.

— Конец связи. — Проговорил Лапин.

— И что теперь? — Шпрот указал на полупустой рожок автомата.

— Теперь у нас одна задача — выжить. Я возьму автомат, который один из них бросил у погреба, а ты бери оружие этого, и готовься выступать.

— Нет, так дело не пойдёт. — Шпрот отрицательно покачал головой. — Скоро лекарство перестанет действовать, и я не то, что стрелять — идти не смогу.

— У нас выбора нет.

Лапин скрылся в доме.

— Кто ты такой? — Прошептал Шпрот, обращаясь к наёмнику.

— Меня называют Скрудж.

— Ты из группы Чёрного сталкера?

— Догадливый. — Наёмник улыбнулся. — Вас всё равно скоро пристрелят. Хозяева зоны не оставят вас в покое, пока не прикончат.

— Кто такие эти хозяева?

— Хозяева есть хозяева. Они тоже внемлют священному монолиту. Он зовёт их, как зовёт меня. Он говорит «иди, Скрудж, убей во имя моё». Он велик. И я исполню его волю.

С этими словами наёмник бросился на Шпрота, но выскочивший из дома Лапин выстрелил как раз вовремя.

— Я же говорил, не наёмники это. Монолитовцы, чтоб им пусто было. Обкуренные дебилы. Верят, что монолит живой, представляешь?

— Да уж, действительно идиоты. — Шпрот повесил на плечо рюкзак Скруджа, и проговорил:

— Так мы идём?

* * *

— Руки подняли и в угол. Живо. — Наёмник смотрел на нас, как хищник, оказавшийся в своей стихии.

— Ладно, Рекрут, не психуй.

Спам кивнул, и мы, положив оружие, отошли от двери.

— Вот и чудно. Теперь поговорим.

* * *

— А вот и мы. — Принц положил дробовик около костра и подошел к Монголу.

— Что случилось?

— Тут такое дело, командир. — Принц замялся, глядя на сидящих поодаль чужаков, но успокаивающий жест Монгола прервал затянувшуюся паузу. — Кактус мёртв. Осколок у Чёрного.

— Это плохо — Спокойно проговорил Монгол.

— Да уж. — Принц сел у костра и указал на стоящего рядом новичка. — Это Спам, мы его на Агропроме подобрали. Говорит, что знал Артура.

Монгол с ног до головы оглядел молодого сталкера.

Сопливый юнец, каких в зоне сотни. Лезут толпами на аномалии. Такие вот одиночки обычно гибнут в первые часы нахождения в зоне. Сын Монгола тоже сгинул таким — же двадцатилетним парнем.

— Лена, успокойся. — Говорил он жене. — Ну что он, маленький. Справится.

Зря говорил. Монгол так и попал в зону — отправился искать сына.

Зона вообще его редко выпускала. Она приняла его как своего, и Азат Хусаинов превратился в Монгола — бесстрашного авантюриста — сталкера, проще говоря.

С тех пор он лишь пару раз приезжал в Казань к жене, а потом возвращался и искал. Зато звонил каждую неделю — из разрушенного блокпоста возле пятьдесят первой отметки, где остался работающий телефон.

— Они шли к Монолиту. — Эти слова Проводника зажгли в душе Монгола огонёк надежды, затухший было за полтора года. — Их было пятеро — твой сын, мастер из Свободы по кличке Балбес и трое новичков. Я слышал, они дошли…

А потом дошел и Монгол. Он знал, что исполнитель желаний лишь миф, но входя под своды четвёртого энергоблока твердил как молитву «найти сына, найти сына…».

Желание так и не сбылось. Позже монгол узнал, что Шухов с группой сталкеров вновь ходил к центру зоны, и желания всех их исполнились.

Он почти сразу же решился на повторный рывок, но дошел лишь до мёртвого города, когда в списке контактов увидел имя сына. Значит, желание всё же сбылось.

— Верю. Видел его на похоронах. — Проговорил он, и добавил, обращаясь к вновь прибывшему:

— Я Монгол — главный в этом беспределе. Это наш доктор — Шприц. Этот весельчак — Утюг. Это — Феникс — единственный, выживший после встречи с жаркой. Это-Спрут. Стреляет с двух рук так, будто у него их восемь. Поэтому и Спрут. Остальных не представлю — они здесь до нас кантовались.

— Вроде он всё уяснил. — Прошептал Утюг.

— Тогда этот этап мы благополучно пропустим. Медведь, рассказывай, как дело было.

Не спеша, Медведь поведал Монголу произошедшую историю. Сталкер внимательно выслушал сказанное, после чего проговорил:

— Принц, останешься потом, есть разговор. А сейчас спать, ребята, завтра трудный день. Спрут, ты в карауле. А с тобой, Спам, у нас намечается долгая беседа.

Сталкеры принялись готовится ко сну. Посидев ещё немного, пятеро незнакомых Монголу ходоков, пришедших с Хроником, ушли.

Так вот значит кто такой этот Спам. Новичок, которого я встретил здесь несколько лет назад. Всё начинает проясняться.

Пациент наконец добрался до места. Под старым дубом он нашел небольшой рюкзак с экипировкой, оставшийся, наверное, от его прошлой жизни. Автомат Гроза, такой же, как у наёмника в больнице, он повесил на плечо, и направился вглубь зоны, не переставая перебирать в голове всё, что сегодня вспомнил. Начался дождь…

Почему же я так не люблю дождь? — Пациент напряг память…

Не переставая, лил дождь. Холодные струи воды врезались в землю, а над холмами сильный ветер гнал их в разные стороны, кидая на аномалии.

— Холодно, как в гробу. — Пожаловался Лич, и, закурив, встал у дверного проёма рядом с Монголом. Они стояли возле пролома в стене. Когда-то здесь начиналась площадка балкона, но теперь бетонная плита обрывалась в пустоту.

— Так говоришь, будто побывал там. — Отозвался Монгол и, потушив сигарету, поднял бинокль. — Ни черта не видно.

Он взглянул вниз, где посреди улицы стоял БТР с развороченным бортом и лежали бетонные плиты балконов.

— Предчувствие? — Спросил Лич, проследив взгляд командира.

— Вроде того. — Монгол опустил бинокль, и ветер метнул ему в лицо холодную воду.

— Когда же он закончится? Всё льёт и льёт. — Лич посмотрел на мокрые улицы Припяти, и вдруг одёрнул Монгола:

— Глянь, там вроде зомби.

Сталкер прищурился, пытаясь разглядеть сквозь серую пелену дождя человеческий силуэт, но только с досадой плюнул.

— Они что, дурные, под дождь лезть? — Он сел у разведённого Спрутом костра.

— Может, он уже умер? — Спросил, наконец, Лич, нарушив всеобщее молчание.

— А может и не может. — Отозвался Медведь, и все вновь уставились на мерцающее пламя.

— Ну не мог он выйти. — Вновь заговорил Лич, но Монгол прервал его и сказал:

— Он ждал меня тогда, на блокпосту, хотя многие решили, что я мёртв, и теперь мы ждём его. Ясно?

— Ясно. Лич сел около костра.

Неделю назад, когда они решили исследовать катакомбы Милитари, вход завалило, и группа Монгола шесть дней блуждала по подземелью, прежде чем найти выход. Катакомбы оказались позади, и оставалось лишь пройти несколько сот метров по бетонному желобу, но тут показались Снорки. Принц остался прикрывать отход группы. Это случилось два часа назад.

— Шприц, Утюг, спуститесь к лазу, проверьте. — Проговорил монгол и взглянул на ПДА.

— А это что такое? — Он указал на мерцающий символ на экране.

— Что там? — Спрут с интересом уставился на ПДА. Его лицо озарило изумление:

— Не может быть. — Он схватил бинокль и выглянул в окно.

По улице Припяти шли пятеро бойцов Монолита.

— А я думал зомби. — Прошептал Лич, разглядывая идущих.

Все собрались у пролома в стене.

— Шприц, Утюг, бегом к лазу. — Вновь проговорил Монгол, и, взяв у Спрута бинокль, присвистнул:

— Кто же их так?

— В смысле? — Не понял Спрут, и, переняв бинокль, в недоумении проговорил:

— Не знаю.

Потоки дождевой воды несли по улице кровавый ручеёк, а метрах в ста от кинотеатра лежали пять тел, разорванных на части. А ведь секунду назад они были живы…

— Что с ними? — Поинтересовался Медведь, прищуриваясь.

— Мертвы. — Голос Монгола звучал глухо, будто из могилы.

— Все?

Спрут молча протянул сталкеру бинокль.

— Все. — Наконец проговорил Монгол, и вновь взглянул на ПДА:

— Ничего не понимаю. Они мертвы, а сигнал всё ещё идёт.

Лич отдёрнул рукав куртки. ПДА на запястье был куда более новый, чем у Монгола.

— Так же. — Наконец проговорил он.

— У кого есть идеи, относительно этого? — Монгол указал на пульсирующее изображение полумесяца на экране ПДА.

— Какой-то особый маячок. — Предположил Спрут.

— Может быть. — Монгол взглянул на улицу. — Может быть…

— Может быть, я просто не всё вспомнил? — Пациент напряг память, и перед его глазами вновь замелькали тонкие струйки дождя…

— Утюг, Спрут. — Кричал Монгол, но его слова заглушал грохот автоматов. — Прикрывайте.

— Понял. — Спрут покачал головой, и, толкнув Принца в плече, указал ему жестом на баррикады из мусора.

Автоматы Лича и Шприца смолкли, и Медведь, заняв их место за баррикадой, принялся поливать свинцом бегущих к нему снорков.

— Уходите. — Крикнул Принц, когда последний автомат смолк. — Я прикрою.

— Полчаса, не больше.

— Продержусь, Монгол, вы только меня подождите.

— Ладно. — Монгол протянул Принцу две гранаты. — Удачи.

Мгновение, и сталкеры скрылись за поворотом.

— Подходите, гады! — Принц выглянул из-за наспех сооруженной баррикады, и выпустил в снорков длинную очередь.

Волну мутантов это не сдержало. Особо проворные Снорки уже бежали по стенам, уворачиваясь от летящих пуль.

Первую гранату Принц использовал как только патроны в «Абакане» закончились, а вторую — когда из-за баррикады показались уродливые мутанты. Двадцать пять, а может и больше, тел снорков уже лежало на бруствере, когда пистолет выстрелил в последний раз. Выхватив из-за ремня подаренный барменом нож, Принц принялся ждать.

Сколько же я продержался? Минут десять, не больше.

Он медленно отступал, оглядывая расходящиеся во все стороны коридоры. И, наконец, увидел то, что в этой ситуации могло его спасти. За поворотом правого коридора лежало полуистлевшее тело Долговца, а у него за спиной висел старый дробовик. Схватив его, Принц прицелился в бегущего на него Снорка и нажал на курок. Ствол дробовика дёрнулся верх, и Снорк вылетел в основной коридор, получив в грудь заряд дроби.

Принц выбежал вслед за ним. Он успел выстрелить ещё один раз, прежде чем Снорк, облачённый в противогаз, сбил его с ног. Десятки мутантов кинулись к обезоруженному сталкеру.

Принц выхватил нож, но Снорк оказался проворнее. Он ударил сталкера по руке. Нож отлетел в сторону, и, звякнув о бетонный пол, пропал в ответвлении коридора.

— Я тебе глотку перегрызу! — Принц схватил Снорка за горло, но лапа мутанта взметнулась верх, обрушивая на голову сталкера сильнейший удар. Принц потерял сознание.

Он не знал, бредит, или очнулся. В голове гудело, будто где-то внутри играл симфонический оркестр.

Принц приподнялся, схватился за исцарапанный Снорками приклад дробовика.

— Этот дробовик выстрелил трижды, прежде чем замолчать навсегда. — Раздался из тьмы коридора хриплый голос.

Принц вскинул оружие.

— Этот Долговец не хотел служить мне. Он сказал, что лучше погибнет. Принципиальный был сталкер. Его звали Хроник. Слышал про такого?

— А ты кто такой? — Принц сжал приклад дробовика, и сделал шаг навстречу говорившему незнакомцу. — Покажись.

— Меня называют по-разному. Я наместник зоны — слуга Адепта.

Из темноты показался высокий сталкер в тёмном плаще.

— Видишь? — Он указал за спину Принца, откуда раздалось рычание. — Это Снорки. Они хотят есть. Если ты готов служить мне, они тебя не тронут, а если нет — ты отправишься вслед за Хроником.

— А если я сейчас выстрелю?

— Сколько раз? Если дробовик был заряжен Хроником полностью, перед спуском в катакомбы, то сейчас в нём три патрона. Но что-то мне подсказывает, что тебе не хватит трёх патронов.

Принц ещё крепче сжал ствол ружья.

— Что от меня требуется?

— Вот это уже дельный разговор. Брось оружие и подойди ко мне.

Принц медленно положил дробовик на пол и сделал шаг, по направлению к незнакомцу.

— Отлично. Теперь слушай. Я расскажу тебе правду о зоне…

— Может быть, я просто не всё вспомнил? — Пациент напряг память, и перед его глазами вновь замелькали тонкие струйки дождя…

— Может быть. — Монгол вскинул энерговинтовку. — Во всяком случае, будьте наготове.

Рома, неужто, ты. — Мелькнуло в голове у сталкера. Он взглянул на часы. Ждать было нельзя. Как только дождь закончится, из подвалов домов повалят толпы живых мертвецов. Нужно убраться отсюда пока дождь ещё идёт.

— Помогите мне положить его. — Раздался с лестничной клетки голос Шприца.

Они с утюгом волокли на своих плечах раненого Принца.

— Живой. Ну, слава богу. — Выдохнул Монгол.

— Он ранен. Тяжело ранен. — Отозвался Шприц.

— Серп есть? — Монгол с невозмутимым видом глядел на Медведя.

— Есть.

— Ну, так доставай. И побыстрее — не нравится мне здесь.

Он выглянул в окно: дождь стал ещё сильнее, и искрящееся от аномалий колесо обозрения скрылось за стеной холодной воды.

— Ну, как?

— Льёт. — Монгол вновь поглядел через прицел энерговинтовки и добавил:

— Жду вас внизу.

— Ладно, мы скоро. — Лич кивнул, и проговорил, глядя на Принца:

— Задержи дыхание…

На первом этаже раньше располагался какой-то магазин: окна от пола до потолка, стёкол в которых нет вот уже десятки лет, сломанные прилавки, перевёрнутые столики, и кипы старых газет и книг.

Монгол остановился у затушенного костра. Наверное, когда-то здесь сидели сталкеры — грелись и рассказывали анекдоты, сжигая одну за другой подшивки газет. И сидели они здесь явно недавно. Сталкер поднял с пола недоеденную банку тушенки. Надпись гласила: «Le soldat copieux» — сытый солдат, значит.

Значит, сидели, а потом пропали. От такой мысли ему стало не по себе.

Очередной порыв ветра донёс приглушенные голоса спускающихся по лестнице сталкеров.

— Всё в порядке, Монгол, можно идти. — Принц перескочил через несколько ступеней и оказался рядом с командиром.

— Ты тушенку любишь? — Монгол прищурился.

— Тушенку? Нашу терпеть не могу, но ем, а натовскую обожаю, но взять негде.

— Вот и я о том. Не могли они оставить недоеденную тушенку, тем более натовскую.

— Это ты о чём?

— Да так, не о чём. Поосторожней будь, предчувствие у меня нехорошее.

Монгол повесил на плечо энергоружьё, и, взяв в правую руку ПМ, вышел под дождь.

Улица была пуста. Лишь кое-где из домов выходили одинокие зомби, но тут же прятались вновь, попадая под ливень.

— Что же здесь произошло? — Монгол оглядел улицу.

Тела монолитовцев лежали в ряд, будто кто-то убил их одним ударом. Аномалия? Навряд-ли, хотя проверить стоит.

Монгол спрятал пистолет в кобуру, и, достав из кармана штормовки болт, зашвырнул его в сторону тел. Болт приземлился благополучно. Тогда что же их убило? Сталкер поднял глаза, и встретился взглядом, не много нимало, с Химерой.

Зачем же я вышел на улицу? Зачем подверг себя опасности? Пациент попытался сосредоточиться… Ну конечно, этот сигнал шел от ПДА его сына — Романа.

Где-то в конце улицы часто застучал калаш, и Монгол понял — маячок удаляется. А химера не торопилась. Она с любопытством разглядывала сталкера, а Монгол думал, но не о том, что вот-вот погибнет, а о том, почему его сын, а что это его ПДА Монгол не сомневался, шел через Припять вместе с группой монолитовцев?

Химера зарычала, обнажая два ряда длинных, белоснежных клыков. Как у акулы. — Мелькнуло в голове у Монгола. — А когти как у льва.

— Здорово, меня зовут Азат, но ты можешь звать меня Монгол. — Сталкер попытался отступить, но его нога скользнула по сырой траве, и он покатился в грязь, видя, как приближается свирепый мутант. Вскочив на ноги, Монгол выхватил из-за пояса армейский нож и бросился на мутанта.

Опрокинув химеру на лопатки, Монгол вонзил нож в горло монстра, потом несколько раз ударил в живот, и вновь в горло. Не ожидая от добычи такой прыти, химера в ужасе глядела на сверкающий нож, не предпринимая попыток освободиться…

Так. Понятно. У меня была своя группа. А где они сейчас? Неужто, они погибли? А когда?…

Чёрт возьми, я вспомнил — они погибли там, на блокпосту, где обосновались напавшие на Перса Монолитовцы…

Он не заметил, как позади оказался кирпичный забор, как пересёк заросший бурьяном двор. Он просто знал, что здесь найдёт ответы на все интересующие его вопросы. Просто знал. ПДА, взятый Монголом в тайнике, запиликал, когда он стоял посреди полигона, окруженного панельными пятиэтажками.

Монгол поднял ПДА. На экране значилось: «Контакты: Смерч. Друг»

Монгол нажал на клавишу обзора карты, и увидел до боли знакомое пульсирующее изображение. Это был сигнал ПДА Романа Хусаинова — сына Монгола.

Перемахнув через заборчик, отделяющий пятиэтажки от бетонного здания, сталкер побежал туда. Он увидел серую громаду бетонного сооружения, чёрные провалы окон и дверей, и кости — много костей.

ПДА Романа пробивался откуда-то из центра заваленного трупами зала. Монгол сделал несколько шагов и в ужасе отпрянул — в нескольких шагах от него лежал Тесак — боец Долга. Он погиб совсем недавно, наверное, не больше пяти часов назад.

— Рома. — Крикнул Монгол, снимая с плеча «грозу». Он будто надеялся услышать в ответ голос сына, но ничто не потревожило покой логова мутанта. Где же ПДА? Монгол огляделся…

На камнях, недалеко от лестницы, ведущей на второй этаж, лежало полуистлевшее тело. Правая рука мертвеца сжимала короткоствольный Израильский пистолет, прозванный сталкерами «ванночкой». На запястье левой руки мигал индикатор ПДА. Монгол подошел к телу, обходя груды костей. На экране ПДА виднелась надпись: «Контакты: Монгол. Друг; Ворон. Друг; Смертник. Друг…».

— Интересно. — Монгол прищурился и ещё раз посмотрел на список контактов. — Значит я тут не один.

Он нажал на кнопку идентификатора, и тихий голос проговорил:

— Это Хор — Роман Хусаинов. Я шел с группой монолита через Припять, когда на нас напала химера. Мне удалось уйти. Возвращаясь, я прошел через какую-то лабораторию, и оказался здесь. Меня схватили. Сейчас я лежу в склепе кровососа. Он уже рядом. Если вы слушаете это сообщение, я мёртв. Прощайте…

— Нет. Этого не может быть. Он не мог погибнуть. — Монгол упал на колени. — Не мог!

* * *

— Поговорим?

— Ну да, побеседуем. — Рекрут сел на перевёрнутую тумбу, держа нас под прицелом.

— Не шевелись. — Услышал он из-за спины, и тут же хриплый голос повторил:

— Живо в угол. — Монгол указал стволом автомата на шкафы с бумагами.

Рекрут, казалось, не реагировал.

— Мне повторить?

Рекрут резко развернулся, и ловким движением обезоружил сталкера.

— Да кто ты вообще такой? — Монгол изумлённо посмотрел на наёмника.

Рекрут закатал рукав куртки, и ходоки увидели аббревиатуру «S.T.A.L.K.E.R»

— Ты из О-сознания? — Спам с удивлением смотрел на наёмника.

— Молодец, Упырь, догадался. — Рекрут улыбнулся. — Я думаю, ты знаешь и то, почему произошло всё это?

— Предполагаю. — Спам кивнул: Идущие вдоль болот сталкеры подпитывали ваши ряды и поддерживали легенду исполнителя желаний. Верно?

Рекрут кивнул.

— И тут вдруг появились те, кто начал уничтожать потенциальных рабов монолита?

— Да. — Рекрут повесил автомат на плечо. — Группировка Монолит вышла из-под контроля, и всё из-за ставленника «хозяев». А ведь он был в системе.

— Снова сбой?

— Почти. Мне не говорят всего, но после неудачи со Стрелком, многие отвернулись от нас.

— И Монолитовцы в том числе?

— Конечно. Представь, каково узнать, что ты лишь орудие в руках палача. Они взбунтовались, и тут появился этот сталкер. Кедр, кажется. Старик решил взять его в систему, и просчитался. Те, кого называют хозяевами зоны, его хорошо натаскали. Половина бойцов в программе погибли. Нужны были новые, сильные сталкеры, которые прошли сквозь весь этот ад и дошли до монолита…

— И тебя послали устранить тех, кто убивает «новобранцев»?

— Да. Старик сказал, что готовится покушение на Лукаша, и когда люди Чёрного схватят зачинщиков, надо проследить за ними, а там дело техники.

— Старик? Что за старик, и откуда он узнал о покушении?

— Старик возглавляет О-Сознание, и вы все его прекрасно знаете.

Мы со Смертником переглянулись. Никаких идей по поводу того, кто же этот загадочный Старик, у нас не возникло.

Увидев, что мы не понимаем, о ком идёт речь, Рекрут проговорил:

— Его зовут Пророк.

— Вот гнида. — Монгол сжал кулаки.

— Понимаю. «Уничтожить зону», и всё такое. — Наёмник вновь улыбнулся.

— Этого не может быть! — Смертник шагнул к Рекруту.

— Может. Я думаю, вы понимаете, что сейчас вам придётся сделать выбор.

— Выбор?

— Меньшее из двух зол. Либо вы поддержите О-Сознание, и Старик вас щедро отблагодарит, либо Чёрного сталкера. Решайте.

— Поможем тебе. — Ответил Спам. — А там видно будет.

— Отлично. Тогда приготовьтесь.

Покинув здание, он шагнул в сторону Янтаря, и внезапно отпрянул.

— В чём дело? — Монгол насторожился.

— Аномалии. Они опять закрыли проход. — Наёмник указал на дорогу, ведущую к лагерям учёных.

— И что нам теперь делать? — Я с вызовом глядел на сталкера.

— Пойдём через лабиринт. Думаю, он ещё не обвалился.

— Хочешь зайти в катакомбы, и выйти под носом у Чёрного?

— Да.

— Не получится. — Монгол покачал головой. — Там Снорки.

— Уж лучше Снорки, чем аномалии. — Рекрут развернулся и зашагал мимо административного комплекса.

— Стой, подожди. — Я нагнал его. — Подожди. Может сначала артефактами обвешаться?

— Это идея — Наёмник указал на главный комплекс и проговорил:

— Нам сюда. Пора вооружаться.

* * *

Чёрный сталкер не спешил. Ему некуда было спешить.

Он знал, что те, кто уничтожил его отряд в Проклятой топи, далеко уйти не успел. Он гнал впереди себя волну мутантов, как это было в день боя у бара «Сто рентген».

— Вепрь, Белый, — Голос Чёрного заглушил порывы ветра, — Пройдите по правой стороне и закрепитесь у комплекса. Кратер, Маньяк, вы поведёте свои бойцов по обе стороны от нас, и если что — прикроете с тыла.

* * *

В кабинете Султана мы нашли сейф, в котором лежал Абакан с подствольным гранатомётом. В комнате, которую я мысленно окрестил казармой — обрез двустволки.

— Не густо, но хоть что-то.

— Знаешь, Упырь, прав был Кольт, когда «сделал всех равными». Как бы я с вами справился, если бы не оружие. Сила убеждения? Вряд ли. Зато с оружием я хозяин положения. — Рекрут с интересом разглядывал изогнутый кинжал, длиной около полуметра, который он извлёк из приоткрытого сейфа. — Вот это ножичек.

— Ты лучше сюда взгляни. — Монгол стоял перед дверью в небольшую коморку, в которой располагались десятки полупрозрачных контейнеров с артефактами.

— И что?

— Как что? Ты ещё не понял, что с помощью этих артефактов мы можем пройти через аномалии, будто их нет?

— И как же мы это сделаем? — Рекрут с ироничной улыбкой смотрел на Монгола.

Сталкер, не говоря ни слова, извлёк из контейнера сине-красный артефакт, напоминающий хоккейную шайбу, и, положив в рюкзак, проговорил:

— Вот так и пойдём…по аномалиям…

— Тогда идём. — Рекрут взял со стола, стоящего в углу казармы небольшой радиоприёмник, и покрутил колесо настройки сигнала

«… — Это генерал Заречный. — Раздалось в динамике.

— А, Костя, привет. — Добродушно поприветствовал генерала собеседник.

— Мой человек сейчас находится на территории малого лагеря учёных, около озера Янтарь. Мне дан приказ, Валера, любой ценой доставить информацию, которой владеет этот человек в генштаб.

— Чем я могу помочь?

— Встретишь колонну с моими бойцами.

— Колонну? Там что, могут возникнуть проблемы?

— Надеюсь, что нет.

— Костя, я тебя знаю. Не обманывай меня. Там кто-то есть?

— Бойцы Чёрного сталкера. Слышал про такого?

— Да, что-то припоминаю.

— У меня есть кое-что, чтобы выманить этого гада на себя — осколок монолита… В общем, обсудим всё на месте…»

— Осколок? — Монгол с изумлением взглянул на Спама. Он будто вдруг вспомнил всё, что случилось с ним за многие годы.

Спам побледнел, как полотно.

— Всё. — Его голос дрожал. — Всё пропало. Я ведь отдал Заречному осколок, чтобы тот не попал в руки чёрного. А теперь всё, конец…

— А кто такой этот Заречный? Сталкер? — Монгол пытался сохранять самообладание.

— Нет. Просто военный.

— А чего ты ему тогда осколок отдал? — Монгол поглядел на Спама.

— Он с инспекцией на седьмой отметке был. Ну, вы знаете, какие там бои после выбросов идут. Вот и тогда там шестеро солдат и лейтенант погибли. Они, значит, трупы осматривают, и тут я к ним навстречу бегу, а за мной бойцы Влада Апостола. Солдаты их тут же положили, а меня Заречный велел напоить, накормить, и доставить в его палатку для беседы. Вот я ему и рассказал про осколок и бойню у бара «Сто рентген», а он предложил мне оставить артефакт ему, ведь он постоянно находится в Москве, под охраной, и никакие сталкеры осколок не украдут при всём желании.

— И ты, значит, согласился? — Монгол повысил голос.

— А у меня выбора не было…

— Ладно, проехали. — Я подошел к Спаму.

— Значит тот самый осколок? — Рекрут будто не слышал нашего разговора.

— Тот самый.

— Тогда у нас есть работёнка. — Наёмник повесил на плечо Абакан, и зашагал к выходу. — Спасти мир…

Категория: Александр Тихонов - Пленник монолита | Дата: 7, Июль 2009 | Просмотров: 958