Глава двенадцатая — Везунчик Спам

–Это каких? Которые в лесу, или которые в ангаре?
–В ангаре. — Спокойно ответил я.
–Видишь ли, те ребята в ангаре. — Стекольщик огляделся. — Они мне ничего не делали. Они были отличными ребятами, знали меня только с хорошей стороны, но к ним не вовремя зашел один Долговец.
–Тот, который знал, что тебя разыскивают?
Стекольщик кивнул.
–Ты первый нажал на курок? — Спросил я, но это был даже не вопрос, а утверждение — «ты первый нажал на курок!»
–Возможно.
–Знаешь в чём твоя проблема?! — Со злостью проговорил я. — У тебя она одна, но очень уж большая — я осмотрел трупы…
Стекольщик огляделся, и приложил указательный палец к губам.
–Тихо. Жмуров разбудишь.
–Я осмотрел трупы. — Я покорно перешел на шепот. — Сначала ты расстрелял ребят Серого.
–Не верь всему, что видишь парень. Он заметил меня. Он сидел у бочки, прямо перед входом, и когда я вошел, заголосил: «его разыскивают Долговцы, он крысятничал. Стреляйте в него». Заорал, и рванулся вглубь ангара.
–А ты убил тех ребят. — Прошептал я. — Что-то подобное я предполагал. А Шива?
Стекольщик улыбнулся.
–Ты знаешь Шиву?
–Успел познакомиться. — Спокойно сказал я. — Успели поцапаться.
–Шива. Мы работаем с ним. Мы напарники.
–Готовите нападение на военную колонну?
–А вот это, парень, не твоё дело! — Стекольщик сверкнул глазами, но, тут же, вновь перешел на спокойный тон. — Ты ведь всё равно меня сдашь. Зачем тебе все эти вопросы?
–Если ты знаешь, что я тебя сдам, зачем все эти ответы?
–Просто было интересно поболтать. — Сказал сталкер, и обхватил рукоять ножа.
Но сделал он это так мастерски, что я даже не успел ничего заметить. В тот момент, когда он предлагал мне откупные в виде артефактов, он уже продумал следующее движение, и теперь сидел гораздо ближе костру, чем во время начала нашей беседы. Нож же, воткнутый им в дёрн, теперь был за его спиной, и он, непринуждённо отклонившись назад, схватил костяную рукоять. Теперь оружие было у него, но я всё ещё этого не замечал. Я не знал, что реши он сейчас бросить в меня нож, ничто — ни автомат, ни клинок, ни пистолет, меня не спасёт. А лёгкая куртка для непродолжительной погони наоборот сыграет в его пользу.
–Знаешь, мне нравится болтать с людьми. — Продолжил он заговаривать мне зубы, расстёгивая тем временем манжет на левой руке, и пряча нож под ткань рукава костюма. — Противник раскрывается в болтовне, а не в бою. Поговорив с человеком, я могу узнать о нём почти всё, мне необходимое. Я могу по интонации понять, сможет ли противник выстрелить, по его реакции на вопрос понять, насколько он быстр, чтобы выхватить пистолет. Может ли он предать друга… Одна лишь фраза «привет, друг» может рассказать мне о человеке больше, чем вся информация о нём в системе жизнеобеспечения. Это тонкая психология, парень.
–Этому тебя в спецназе научили? — Спросил я.
–В спецназе. — Немного растерянно подтвердил Стекольщик. — Вижу, ты наводил обо мне справки. Ну да это ничего. Я ведь тоже навёл о тебе справки.
–И ты про меня многое знаешь?
–Да. — Протянул стекольщик. — Многое. Всё, что известно тебе о самом себе, и даже больше. А самое интересное, что в своё время я знал сталкера по фамилии Павлов. А кличка у этого сталкера была Артур. Хороший был человек. Выручал меня пару раз. А потом я узнал, что он нашел себе ученика по кличке Спам…
–Так ты в зоне дольше меня? — Изумлённо спросил я.
–На много дольше, парень. Я помню ещё те времена, когда главным в Долге был генерал Воронин, а Меченого все звали Стрелком. Я помню даже Призрака. В общем, я уже здешний старожил. Я даже помню, когда впервые открыли радар, и повалили сталкеры туда, а мутанты оттуда. Но тогда я был совсем юнцом, да и друг твой Монгол был помоложе. Тогда он только набирал свою команду. Феникс даже предлагал мне к ним присоединиться… Так вот, я про Артура…
–Что ты хочешь о нём рассказать. — Указательный палец лёг на курок, а сам я напрягся, готовясь в любой момент вышибить сталкеру мозги.
–Только то, что знаю, парень. Я ведь неплохо его знал. Мы даже в несколько рейдов ходили вместе. Он выручал меня, я выручал его… А потом я узнал, что его ученик по кличке Спам проигрался в карты двум крысятникам.
–Шерифу и Валуну. — Спокойно сказал я.
–Именно. Тогда пол зоны знало, что они работают то на Долг, то на Свободу, а то и вообще на мифических Хозяев зоны. Но Артур не знал. Что там они потребовали? Спираль? И Артур погиб. Но, знаешь, парень, я был в том рейде.
Меня словно жаром обдало.
–Как был? Ты знаешь, как он погиб?
–Знаю. Я даже знаю, где его могила, потому что сам его хоронил.
Вот это меня окончательно добило.
–Где? — Спросил я, но вовремя взял себя в руки. — А может ты и не знаешь, где его могила, а говоришь это только потому, что хочешь откупится от меня. Хочешь выпутаться.
–А это на то похоже? — Спросил он. — Я не хочу выпутаться, парень. Мне абсолютно безразлично, что со мной будет. Представь себе, я в любом случае не окажусь на виселице, на костре инквизиции или у стенки напротив роты солдат. Меня никому не сдадут, не убьют, не ранят. Эх, парень. Соловей ведь не вечен, а в Долге очень много моих людей. В смысле, моих хороших знакомых, которые за друга глотку перегрызут даже Соловью.
–Хочешь устроит переворот.
–Может и переворот. — Стекольщик кивнул. — Ты только пойми — пока они не вернули старика Воронина из его временного, гм, склепа…
–Ты знаешь, что Воронин жив? — Спросил я.
–Воронин? Конечно, знаю. — Стекольщик улыбнулся, отчего я подумал, что любой мой вопрос он воспринимает с большой долей иронии. — Это ж я минировал.
–Что ты минировал? — Я перекинул ремень автомата через плечо. — Что ты минировал?!
–Я минировал его временную усыпальницу.
–Автоклавы? — Спросил я.
–Так они называются по-научному. Но мы зовём их просто «бочками».
–Так это ты его предал! — Я сжал приклад грозы так крепко, что побелели костяшки пальцев.
–Кто говорит предал, а кто говорит спас сталкеров от его ярости. Ты ведь не знаешь, что это был за человек…
–Это был прекрасный человек! Настоящий офицер.
–Опять же слова юнца. — Стекольщик тяжело вздохнул. — Обычно матёрые сталкеры вроде тебя, пожив какое-то время в зоне начинают лучше понимать мир. Им открывается, что даже самые хорошее люди порой лживы и жестоки. Мир обязывает их быть такими, иначе, как говорил дедушка Дарвин, если не ты съешь, то тебя съедят. Он ведь хотел расстрелять после одного из бунтов половину клана. Твой «хороший офицер» хотел кровью залить всё недовольство. И ты называешь его хорошим, когда молодых сталкеров, совсем ещё юнцов он лично наказывал, отправляя в рейды по чёрной территории Припяти, на встречу с мастерами из Монолита и Свободы, а парни возвращались оттуда седыми, и мочились потом в кровати до конца жизни. Но я спас многих от такой участи, когда помог Пророку занять место у руля.
–Вот поэтому я тебе и не доверяю. — Проговорил я. — Потому что ты сражаешься лишь на стороне победителей, и если победитель начинает терпеть поражения, стремишься переметнуться к более удачливому покровителю.
–Такова жизнь. — Спокойно сказал Стекольщик. — Надо крутиться как болт, иначе тебя насильно вобьют по самую шляпку как гвоздь.
Я закивал.
–Вот поэтому и не верю, что ты знаешь, где находится могила Артура. Потому что ради спасения своей шкуры ты и не так извернёшься, в любую щель пролезешь, лишь бы тебя не тронули.
–А откуда, по-твоему, я знаю, что он шел за спиралью? Химера на хвосте принесла? — Чуть ли не с обидой спросил сталкер. — Знаешь, он ведь успел мне душу излить перед тем, как погибнуть.
Стекольщик пристально посмотрел на меня.
–Ты уговор знаешь. — Сказал он. — Ты меня отпускаешь, а я говорю тебе, где его могила, и рассказываю всё, что тебя интересует.
–Но ведь тебе же всё равно? — Проговорил я, и мои губы тронула улыбка. — Ты же не умрёшь, а твои друзья всем глотки поперегрызают, когда ты скажешь.
–Это я образно. — Стекольщик замялся.
–Вот и я образно. — Автомат в моих руках дёрнулся, и тёмное дуло нацелилось точно между глаз жертве.
Но Стекольщик даже не шелохнулся. Он лишь сильнее сжал костяную рукоять ножа. Сейчас он хотел обойтись без стрельбы и поножовщины, и поэтому пытался меня убедить, что был с моим наставником в момент его гибели.
–Где он погиб? — Спросил я, не уточняя, кто именно.
Да Стекольщик и без того уже понял, о ком идёт речь.
–О, парень, это я скажу только если ты меня отпустишь.
–Не пойдет. — Проговорил я. — Только зная место его гибели, я, возможно, тебе поверю.
–А ты мне ещё не поверил? — Огорчённо спросил Стекольщик, но ожидаемого ответа не дождался. — Эх, какой ты недоверчивый, парень. Ладно, я скажу тебе, но и ты выполнишь свою часть уговора. Он погиб за рыжим лесом, по дороге на Припять, и там, у дороги, недалеко от города, есть крест. Только он похоронен не под своим именем, а под тем именем, которое я написал.
–Какое имя на его могиле?! — Вновь спросил я тоном, не терпящим пререканий.
–Нет, это не разговор, парень. — Стекольщик сел на корточки, так как из такого положения он мог метнуть нож со стопроцентной вероятностью успеха. — Ты сейчас меня расспросишь, а потом… Может, ты меня потом вообще грохнешь?
–Но ты ведь сказал, что я правильный, и раз я правильный, то такого не сделаю.
–Ну да. — Сталкер шумно втянул воздух.
–Именно поэтому ты мне это скажешь.
–Я написал «мой друг». — Спокойно проговорил Стекольщик. — «МОЙ ДРУГ».
–Почему?
–Господи, что за вопросы. — Сталкер правой рукой хлопнул себя по коленке. — Может потому, что он был моим другом.
–Слишком просто. — Я покачал головой.
–Ну что тебе ещё сказать, чтобы ты мне поверил? — Стекольщик взглянул на часы, которые, вопреки обыкновению, носил на правой руке.
–Например, код на разминирование бомбы под автоклавом генерала Воронина.
–О, это уже не разговор. — Стекольщик улыбнулся. — Ведь ты знаешь, что каждая информация имеет свою цену, а эта стоит гораздо дороже, чем моя жизнь, да и твоя в придачу.
–Так что, как поступим? — Спросил я. — Мне тебя расстрелять, или вести на базу Долга?
–Поступай, как знаешь. Ведь ты не исполняешь договор. Какой ты к чёрту сталкер, раз не держишь слово. — Он развернулся спиной ко мне, и принялся вглядываться в безграничное ночное небо. — Уже скоро рассвет, парень. Мы с тобой болтаем больше часа. И знаешь, там, за периметром меня уже ждут с докладом те, кто платит мне довольно неплохие деньги. Так что прости, засиделся я с тобой.
Он повернулся ко мне. На лице сталкера читалось нескрываемое торжество. Взгляд стал резким, жестким. От улыбки не осталось и следа. Вся улыбка перешла в ядовитую ухмылку.
–Ну, вот и всё. — Сказал он. — Игры закончились, щенок!
И от такого голоса у меня всё внутри похолодело. Меня пробрала дрожь. Что он — беззащитный, безоружный человек сможет сделать против хорошо экипированного бойца с автоматом? Тем более он ранен. Скорее всего, ранен. «А ранен ли? — Внезапно мелькнуло в голове». А вдруг он вовсе не ранен. Вдруг он…
Вдруг всё это было подстроено, и он специально загонял меняв какую-то ловушку?
–Мне пора идти. — Он накинул на плечи рюкзак.
И тут я пришел в себя. Автомат оказался нацелен точно в голову противнику, и я крикнул:
–Стой! Ты так просто не уйдёшь.
–А почему ты думаешь, что я уйду так просто. — Он закрепил лямки, и стянул их вместе на груди, чтобы переполненный рюкзак меньше болтался.
–Ну, скажем, я тебе немного отомщу. — Он поднял левую руку, и я увидел, что рука оцарапана пулей.
И всё-таки я его зацепил.
–Я тебе отомщу.
Он расправил левую руку. Клапан манжета был расстегнут, а в руке блеснуло стальное с алмазным напылением лезвие ножа. Я тут же поднялся на ноги, чтобы было удобней стрелять, но не успел.
Рука Стекольщика описала полукруг, и нож полетел в мою сторону. Правое плечо тут же прошила резкая боль. Нож с лёгкостью распорол мой простенький костюм, и, глубоко поранив меня, воткнулся в дерево, метрах в пяти за моей спиной. От нестерпимой боли я вскрикнул, и выронил автомат. Наверное, он разрезал какую-то артерию, или нерв, потому что всю правую сторону тела будто парализовало.
–Знаешь, хорошо иногда знать не только психологию, но и медицину. — Сказал Стекольщик. — Ты неплохо вывел из строя одного из броненосцев Шивы, но я тоже не так прост.
Он отломил небольшой прут, поддел им выроненный мной автомат, и потянул вверх. Автомат подлетел на полметра, и упал к его ногам. Тогда Стекольщик поднял его, и повесил на плечо. На другое плечо он повесил свою штурмовую винтовку, и проговорил:
–Я не стану тебя убивать. Ты сам умрёшь от голода, от холода, от потери крови. Мне жаль, что у тебя всё так сложилось, парень. А ведь ты мог стать отличным мастеромом. Пойми, ты пока ещё не мастер, и тебе им стать уже не суждено.
Я поглядел в сторону бункера, где меня ждал Серый вместе с ранеными сталкерами. Ну, почему я пошел один? Почему я такой дурак? Почему не попросил Серого себя подстраховать? Думал, что смогу в одиночку справиться с этим ходоком? А ведь Артур учил меня тому, что нельзя недооценивать противника.
–Лучше переоценить, чем недооценить. — Говорил он, и был прав.
А я его не послушал. Не усвоил урок выживания, и теперь нахожусь на пороге смерти.
–Видишь, парень, как дело то повернулось. — Стекольщик достал фляжку, и вылил остатки содержимого в костёр.
Но костёр не погас. От него лишь повалили густые клубы дыма.
–Это привлечёт мутантов, парень. Кровососов, про которых я тебе рассказывал. А теперь прощай. — Он развернулся, и зашагал куда-то в сторону, продираясь сквозь кусты.
Он даже не забрал нож, будто отличный клинок ему вовсе не нужен. Да ведь такой нож можно при желании разыскать на базе Свободы, у паренька по кличе Стикер. Вот ведь предатель. Он и со Свободовцами спелся. Но, как бы то ни было, такой нож ничего не стоил по сравнении с жизнью. И теперь Стекольщик уходил. Враг был далеко, но у меня всё ещё оставались и нож и пистолет.
Я выхватил из кобуры «Найтхок», и… тело пронзила резкая боль. Пальцы сжались на рукояти, и я издал вопль. Теперь и левая сторон тела ужасно ныла. Я из последних сил поднялся на ноги, и побежал вслед за ним, но, сделав несколько шагов, отлетел назад, будто столкнувшись со стеклянной преградой. Стекольщик остановился, и с грустью поглядел на меня.
–Эта аномалия называется жадинка. Она притягивает к себе все объекты, от небольших до огромных. И пока человек, попавший в неё, находится в зоне действия, он её пленник. Чем дольше ты пребываешь в этой аномалии, тем крепче она стягивает удавку на твоей шее. Ты пробыл внутри аномалии больше часа, а значит, уже покойник, и, в конце концов, выбраться уже не сможешь. А отпустит она тебя, только если перегрузится. Вот только чем? — Он огляделся. — Здесь нет огромных кусков металла, которые твои друзья — сталкеры стаскали бы сюда, два и друзей — сталкеров здесь нет. Знаешь, говорят, бывало, что из жадинок выбирались.
Он указал на землю, и совсем рядом я увидел проступающие из прелой листвы кости черепа. Этот сталкер попал сюда, наверное, очень давно. На нём был полуистлевший костюм СЕВА. Эти кости, казалось, лежали здесь для антуража.
–Я же тебя предупреждал. — Сказал Стекольщик с улыбкой. — Листва. Она не перепревает, и под ней может скрываться всё, что угодно.
Я глядел на тело сталкера, которого аномалия переварила, уничтожила.
–Это Артур. Он таки достал спираль. А на обратном пути мы остановились здесь перекусить. — Стекольщик улыбнулся. — Артефакт достался мне, а глупый сталкер, доверившийся напарнику остался здесь навсегда. Да если покопать, там можно найти не один труп.
–ТЫ! — Я потянулся к Стекольщику, но тот лишь оттолкнул меня, шагнул в зону действия аномалии, выдернул из ствола дерева свой нож, и спокойно вернулся на прежнее место.
Но аномалия не разрядилась. Ничего не произошло. Совсем ничего.
–Знаешь, в чём проблема? Эта аномалия очень мощная, и её нельзя перегрузить двумя людьми. Поэтому я могу спокойно топтаться в зоне её действия. Но ты не выберешься. Тебя она уже поймала. — Он развернулся и зашагал прочь, но потом внезапно остановился, будто что-то забыл, и сказал:
–А вот Артур сопротивлялся гораздо меньше. Может для него два предателя, которых он считал друзьями уже слишком?…
И он ушел, оставив меня умирать в аномалии. Но, видимо, оставил он меня не одного. Не прошло и трёх минут, как со стороны, где по словам Стекольщика располагалось логово кровососов, послышался устрашающий рёв, утробные звуки. Это шли обедать кровососы. И их было не пять, не десять, а гораздо больше.
Теперь они шли, чувствуя хлещущую из раны кровь и дым от костра, прекрасно осознавая, что я для них как кусок мяса на тарелке. Кусок мяса, который не будет сопротивляться. Но кровососы сейчас интересовали меня меньше всего. Я думал о том, как погиб Артур. Его предал друг, которого он не раз выручал. Одновременно я чувствовал и облегчение, потому что узнал, что не виновен в гибели наставника, но параллельно с этим в душе ютилось и смятение, разочарование в сталкерском братстве и страх. Но это был не страх смерти от щупалец кровососов, а страх умереть, не отомстив Стекольщику за всё, что он сделал. И, всё-таки, как же ловко этот сталкер меня подставил. Он играючи разоружил меня, и, не замаравшись в моей крови, толкнул в чистилище. Я даже сам не понял, как оказался в смертельной ловушке. Он сказал, что аномалия постепенно затягивает петлю на моей шее. Нет же, это я. Я сам полез в петлю. Вот ведь дурак! Я попёрся за ним в одиночку. Хотел заработать денег, а оказался в ловушке. Я посмотрел в сторону логова мутантов. Между деревьями уже мелькали пары красных глаз.
–Раз, два, три,… — Начал считать я, но поголовье монстров всё увеличивалось, и после числа пятьдесят три я сбился со счёта.
Вскоре кровососы обступили меня со всех сторон. Они вышли прямо к костру. Один из мутантов наступил на горящие угли, заворчал, и ударил лапой по головешкам.
Во все стороны полетели искры, осветившие как минимум шестьдесят особей. Раньше я встречался с группами кровососов, и ловко отстреливал их из СВУ ещё на подходе. В таких семьях мутантов было не больше десяти. В деревне, недалеко от базы Свободы, по рассказам сталкеров жило почти три десятка особей, но такой…
И тут я осознал ещё кое-что — то, что мучило меня всё это время. Я понял, на кого отвлёкся военный конвой в окрестностях Агропрома. Вот на кого. Стекольщик и Шива вывели на него этих мутантов. Я попытался пошевелиться, но не смог. Всё как тогда, в тот день, когда Шрам расстрелял меня около АТП со звучным названием «Локомотив». И выглядел я сейчас не лучше. Вот только тогда мне здорово помогли Лич и Медведь, подлечив «серпом». Теперь же артефакт был у Серого, Серый был в бункере, а бункер был далеко.
Мне захотелось завыть от обиды. Но даже в такой безвыходной ситуации я нашел пару плюсов: Во-первых, мёртвому мне не придётся объясняться перед Соловьём. От такой мысли я повеселел. Во-вторых тому же Шраму, который меня тогда расстрелял сейчас явно хуже чем мне. Ещё бы, стать в сорок лет кормом для червей. И, в-третьих, мутанты не могли подойти ко мне близко из-за того, что я сидел в центре аномалии. Они чувствовали силу жадинки, и не переступали роковую черту. На всякий случай…
–Что, боитесь? Боитесь? Боитесь? — Закричал я, но мой голос срывался на визг.
Нет, они не боялись. Они загнали жертву. Они уже дрались между собой за столь аппетитный кусок, предвкушая сытный ужин. На пятьдесят голодных мутантов один я. Кому же я достанусь? Кто цапнет меня за филейную часть? Кому грудку? Вам бифштекс с кровью, сэр?…
Нет, они не боялись. Боялся я. Жутко боялся. Я оказался в их власти. Бедный сталкер, прощай. Прощай, Спам. Никто о тебе не вспомнит…
И вдруг один из мутантов прыгнул. Он приземлился в метре от меня — огромный кровосос, трёхметровая махина, напоминающая экскаватор. Но никакой агрессии он не проявил. Он лишь смотрел на меня, а я смотрел на него. Вспомнив недавний визит химеры, я подумал было, что мутант сейчас в ужасе попятится, но этого не случилось. Даже если химера и испугалась меня по одной ей ведомой причине, может зона меня сберегла, то инстинкт охотника в этом существе переборол все страхи, и мутант двинулся на меня, увязая в аномалии. Скоро он тоже останется здесь, рядом со мной. Но, чёрт возьми, он успеет высосать из меня все соки прежде, чем удавка аномалии стянет его мощную шею достаточно сильно…
И внезапно случилось совсем уж непредвиденное. Остальные кровососы тоже шагнули в аномалию. Десять, пятнадцать, семнадцать…
Всё новые и новые мутанты выпрыгивали из темноты, и приземлялись в зоне действия жадинки. Ну, давайте, давайте… Они приближались, сжимая кольцо. Один из мутантов возник за моей спиной, выйдя из стелс-режима, и, схватив за щиколотки, поднял над землёй вниз головой. Это был кровосос исполинских размеров. Четыре с лишним метра ростом, напоминающий экскаватор даже больше своего сородича. Длинные щупальца метровой длинны, не болтались безвольно, обрамляя рот, а покачивались как змеи. Глаза кровососа были налиты злобой, а всё тело испещрено рубцами. И пулевыми отверстиями. По сравнению с ним даже Стронглав был ручным хомячком.
Как только огромная махина вздёрнула меня кверху, боль отступила, и я этим воспользовался. Изловчившись, я достал из ножен свой клинок, вручённый мне Сидоровичем, и ударил им мутанта по мощной лапе. Лезвие вонзилось в конечность мутанта не слишком глубоко, но этого хватило, чтобы пальцы кровососа разжались, и он выпустил меня. Оказавшись на твёрдой земле, я пополз прочь от него, и тут же из тьмы на меня бросились трое мутантов. Но как только они попали в зону действия жадинки, огромный мутант взревел, говоря, наверное, что этот человек принадлежит ему, и… и аномалия разрядилась. Я почувствовал это, и тут же пополз прочь. Рывок, ещё рывок, и вот я уже за пределами аномалии.
Я покинул её как раз вовремя, потому что, как только я растянулся на траве, она вновь зарядилась. Со стороны это выглядело довольно мерзко, будто мутантов, находящихся в зоне действия раздавило невидимым прессом. А я выбрался. Спасибо, тебе, зона! Пошатываясь, я поднялся на ноги. Правую сторону тела всё ещё сотрясала боль, но в целом всё было, как поётся в песне, лучше, чем вчера.
–Что, съели?! — Я поглядел на кровавое месиво, бывшее когда то крупным семейством кровососов. — Не по зубам вам оказался Спам…
Я замер на полуслове. За моей спиной захрустели листья, и из стелс-режима, один за другим, вышли двенадцать существ. Двенадцать кровососов.
–Вот блин попал. — Только и успел проронить я, когда все они ринулись ко мне.
И тут, как назло, меня вновь пронзила боль. От неожиданности я выронил оружие, и растянулся на траве. Но это был не конец. За спинами мутантов что-то хрустнуло, и все существа обернулись. Тут же вспыхнули яркие прожекторы, ослепив всех кровососов до единого, загрохотали автоматы, ухнула наступательная граната, и я услышал голос Серого:
–Кир, хватай его.
Но я уже не мог адекватно оценить их поддержку.
–Господи, Спам, ну и досталось же тебе. — Проговорил где-то рядом Кир, и я потерял сознание…

* * *

Вертолёт генерала Заречного приземлился на военной базе близ Киева. Он был здесь около года назад, но теперь база стала раза в три больше, а установок «пэтриот» и «Искандер» ощутимо прибавилось. Заречный никогда не понимал Стеценко, который панически боялся атаки террористов на его командный пункт. Якобы, некие террористы попрутся в зону, чтобы развернуть там ракетный комплекс и разбомбить его базу. Кто? Злобные агенты запада? Моджахеды? А главное «Зачем?».
–А вдруг и впрямь жахнут. Хотя бы сталкеры эти. Ну, из Монолита которые. Мы же их потом не выловим. Они в зону уйдут, забьются в самый тёмный угол, и будут ждать, пока всё успокоится. — Говорил Стеценко.
Поэтому его бойцы редко наведывались дальше свалки — не хотели вступать в конфликт со сталкерами. Сначала Заречный думал, что полковник специально говорит ему про ракетный удар, чтобы хоть как-то оправдаться за громадные расходы на вооружение отрядов «ВС», тоесть военных сталкеров. Но позже всё изменилось. Полковник стал скрытным, часто поступал вопреки уставу, и, как казалось Заречному, стучал на него вышестоящему начальству. Всё перевернуло с ног на голову заявление Федотова о том, что Стеценко отправлял в зону отряды на поиски документации по проекту «Авалон».
–Доброе утро. — Стеценко, грузный мужчина лет пятидесяти, протянул Заречному руку.
–Вовсе недоброе. — Парировал его приветствие генерал.
Он пожал коллеге руку.
–У нас возникли проблемы с получением данных о грядущем выбросе. Спутниковые координаты цели оказались сбиты. — Проговорил Стеценко взволнованно. — Я был прав?
–Я не по этому повод. — Успокоил его Заречный.
–Но я думал, по менее серьёзным вопросам прилетает только Пилотов.
–Вопрос довольно серьёзный, и довольно деликатный.
–Слушаю. — Стеценко сделал вид, что готов выслушать любую военную тайну, и сохранить её даже под пытками.
–Я иду в зону. — Изрёк генерал Заречный.
–Лично? — Стеценко поморщился. — В условиях, когда время выброса неизвестно, это просто самоубийственно.
Генерал махнул рукой, не придавая значения словам коллеги.
–Я отправлюсь на место проведения военных экспериментов «Авалон».
–А это санкционировано? — Стеценко переменился в лице, словно двуликий Янус.
–Мной.
–Понятно… А?…
–Никаких «А». Группа выдвигается немедленно.
–Оружие я…
–Оружие уже готово, и люди тоже. От вас потребуется лишь отключить автозащиту периметра в некоторых местах. Мой человек проконтролирует ход выполнения приказа. На этом всё.
–И не пообедаете? — Растерянно спросил Стеценко.
–У нас с собой есть всё необходимое.
Генерал шагнул в сторону, и скрылся за углом основного корпуса.
–Ты гнида ещё пожалеешь, что на свет родился. — Прошептал Стеценко себе под нос, когда отряд Заречного проследовал вслед за командиром. — Я вас всех там похороню!

* * *

–Вон он. — Серый указал в сторону опушки. — Мы как тебя оттуда вытащили, за ним проследили. Там он.
Я внимательно оглядел небольшой овраг, поросший мелким кустарником, возвышенность сразу за ним, и обрыв. Под обрывом простиралось огромное поле, прорезанное оборонительными рвами, словно лицо человека морщинами. Когда-то здесь была первая линия обороны. Артур говорил, что однажды укрепрайон просто перестал выходить на связь. Никаких криков о помощи, никакой стрельбы с их стороны — просто молчание в эфире.
Тогда вояки впервые обратились к генералу Воронину с просьбой разузнать в чём дело. Ответ их явно не обрадовал — все бойцы были мертвы. Они не успели сделать ни единого выстрела. Смерть застала их спящими. Девятнадцать человек против выводка химер… Счёт был явно не в их пользу. А смерть пришла из совершенно обычного леска за их спинами, который ныне мы называем «тёмным». Молниеносный враг нанёс удар так умело, что даже повидавшие за свою жизнь немало Долговцы сначала не поверили в то, что стрельбы не было вовсе. И теперь мы глядели, как по склону оврага поднимался человек, чуть было не убивший меня несколько часов назад. Что он делал в овраге, я не знал, и выяснять не собирался. Факт оставался фактом — он думал, что я мёртв, а значит, потерял бдительность. Но я был не прав.
Сталкер двигался очень аккуратно, выверяя каждый шаг. ПДА он держал пристёгнутым к рукаву, и был настороже. От того, чтобы быть замеченными нас спасала лишь аномалия, примостившаяся на гребне холма. Огромная электра блокировала сигналы наших ПДА, и мы были словно в мёртвой зоне.
–Уйдёт ведь. — Кир указал на Стекольщика. — Пора.
–Пора. — Согласился я и выбежал из укрытия.
Реакция Стекольщика была феноменальной. Он резко развернулся, готовясь выстрелить, но потом вдруг сорвался с места, и побежал.
–Ты везунчик, Спам!. — Прокричал Стекольщик, останавливаясь у обрыва. — Зона тебя хранит. Я бы уже давно погиб, а ты живёшь. Видно, ты и впрямь в рубашке родился. Но я тоже не так прост, Спамми!
–Стой! — Я бросился к склону, но был ещё слаб, чтобы нагнать противника.
Стекольщик в последний раз взглянул на меня, и прыгнул вниз с холма. Пролетев несколько метров, он ловко сгруппировался, и скатился к подножью без всяких ушибов и ссадин. Если быть честным, то если бы я прыгнул следом, то переломал бы себе все кости. Конечно акробат из меня никудышный, но и для рядового сталкера, даже очень спортивного, выполнить такой пируэт было почти нереально. А с порезом руки я не то что прыгнуть следом, даже аккуратно обойти это место не смог бы. Что и говорить, мне было ужасно обидно, что Стекольщик ушел в последний момент. А ведь если бы я был чуточку осторожней, то смог бы его нагнать. Вот ведь, и правда, день не заладился.
–Можно прямо отсюда снять. — Сказал Серый, поравнявшись со мной.
Я поглядел вниз. Стекольщик почти пересёк поле, и ещё минута, ушел бы.
–Можно. — Сказал я. — Но у меня небольшая травма.
–Я хорошо стреляю. — Заверил меня Серый, и, приняв из моих рук «грозу», прицелился.
–Давай. — Сказал я. — Только стреляй по ногам.
–Ещё хочешь его живым взять? — Сталкер усмехнулся, и нажал на курок.
Стрелял он лучше меня, потому что Стекольщик внезапно остановился, и сел на колени, схватившись за живот. Пуля прошла по касательной, но, всё же, принесла желаемый результат. Сталкер вскрикнул, и повалился на бок. Но не успел я оглядеть холм в поисках приемлемого спуска, как вдруг из леса, слева от нас показались несколько человек в экзоскелетах. И это были не броненосцы Шивы со спецсимволикой, а обычные солдаты. Видимо, именно их направил толстяк-офицер для подстраховки Стекольщика. Но, помимо того он обещал разобраться с преследователем…
Я пригнулся, и сделал знак Киру и Серому, чтобы они сделали то же самое. Если я был прав, то сейчас за мной внимательно следили снайперы. И я оказался прав. Снайпер не выдержал, и нажал на курок. Тяжелая пуля взрыхлила землю перед нами, и я тут же скатился обратно к деревьям, уходя от второго выстрела. Стрелял снайпер из рук вон плохо. Если бы я был на его месте, то на опушке уже лежало бы два трупа. А может он и не пытался нас убить, а лишь прикрывал отход броненосцев.
–Вот сволочь! — Серый выглянул из-за насыпи, но выстрелить не успел.
Снайпер вновь заставил его вжаться в землю.
–Займите его делом. — Серый указал в сторону позиции снайпера. — И тогда я срежу конвой.
Кир кивнул, и мы с ним одновременно выскочили из засады. Снайпер колебался не более секунды, прежде чем выбрал целью меня. Пули засвистели над головой, но, не смотря на это, мы с Киром, попеременно скрываясь за камнями, бежали вперёд. Получив возможность стрелять, Серый высунулся из засады, и нажал на курок. Очередь ударила в спину идущего последним броненосца. Резко повернувшись в сторону, Серый провёл очередь по головам врагов, и первый боец в экзоскелете упал, получив пулю в затылок. Добив одиночными второго вояку, Серый выскочил из засады, и спрыгнул вниз с обрыва. Он шел за Стекольщиком. Тем временем снайпер, которому надоела игра в кошки-мышки, переместился чуть правее, и трижды выстрелил в мою сторону.
Я когда-нибудь говорил, что являюсь самым везучим человеком в зоне? Нет? Так вот, теперь вы это знаете. И ещё один вопрос: как можно уйти от трёх пуль, когда они уже летят в твою сторону? Не знаете? Вот и я не знал. Я даже звука выстрела не слышал, когда на скользкой от росы траве поскользнулся и кубарем покатился вниз, больно ударяясь пораненной рукой и головой. Именно в этот момент три фонтанчика песка взметнулись на том месте, где я стоял секунду назад, и протяжно заухал звук выстрелов. Теперь я был недосягаем для стрелка. Удар о камни привёл меня в чувства. По лицу текла липкая кровь, заливая глаза. Я ещё раз поймал себя на мысли, что надо было одевать костюм со шлемом, после чего боль в правой руке затмила все мысли. Я слышал, как зарокотали Абаканы со стороны леса, и несколько раз свистнул винторез. Но всё это было словно в тумане.
Я попытался подняться, но ободранные в кровь колени ныли так, что об этом нельзя было и думать.
Всё, что происходило после того, как серый побежал за Стекольщиком я мог представлять лишь на основе услышанного. Скорее всего, сталкер вступил в перестрелку с броненосцами, и либо расстрелял их, либо сам был убит. Я снова прислушался. Не было слышно ни единого звука. Всё в зоне замерло, ожидая кульминации кровавого действа. Секунд через тридцать вдалеке что-то хрустнуло, и я отчётливо услышал человеческий крик. Потом хруст повторился. Что это было, я уже догадался. Такой звук издавала лишь аномалия под названием мясорубка, перемалывающая человека. Мне доводилось видеть, как сталкеры на глазах превращаются в фарш. Зрелище жуткое, скажу я вам. Но днём попасть в мясорубку нереально. Хотя бы потому, что её окутывает ровное розоватое свечение, заметное даже издалека. Попасть в аномалию можно было лишь по неосторожности, например, убегая от погони или отвлекшись на сигналы ПДА. Но кто попал в ловушку? Я потянулся к карману, и достал из него ПДА. На экране виднелось несколько точек. В самом углу карты, где-то в чаще леса, датчик отмечал несколько серых пятен — мёртвых сталкеров. Там, куда бежал стекольщик сканер засёк троих живых и двух мертвецов. Ещё один сталкер двигался по гребню холма. Это был Кир. Снайпера мне найти не удалось, из чего я сделал вывод, что именно он угодил в ловушку, забыв о мерах предосторожности.
Пока я разглядывал серую точку на противоположной стороне поля, три символа начали движение. Один из них — красный, быстро переместился к желтому, и тут же потух, превратившись в серое пятно. Двое других решили уйти, но тоже поблекли.
Серый расстрелял всех броненосцев? Вряд ли. Так что там вообще происходит? Я перевернулся на бок, и выглянул из-за камня. То, что открылось мне, было поистине устрашающе. Над полем, на высоте нескольких метров висело трое броненосцев и четверо бойцов в лёгкой форме. Всех их окутывало чёрное облако, напоминающее по консистенции дым. Это была аномалия, прозванная «чёрным ангелом». Некоторые считали её самой страшной в зоне, а многие вовсе не верили в её существование. Но она была тут.
Я переходил через это поле не одну сотню раз, и знал все аномалии, расположенные в радиусе километра, но «ангела» видел здесь впервые.
–Не дёргайся. — Рядом со мной присел Серый.
Лицо его было искажено гримасой страха.
–Откуда здесь ангел?
Сталкер лишь указал в сторону аномалии. Только теперь я заметил человека в балахоне, стоящего по другую сторону ловушки.
–Кто это? — Прошептал я, глядя, как трясётся побелевшая рука друга.
–Это мутант. — Изрёк Серый. — Создатель.
–Создатель?
Я попытался вспомнить всё, что слышал об этом мутанте, но на ум пришли лишь легенды о страшном существе, способном порождать аномалии, рассказанные Артуром. Помнится, он говорил, что этот мутант не такой опасный как химера или контролёр, и уж точно ни в какое сравнение не идёт с «тенями», но если встретить его — мало не покажется. Сам Артур никогда не говорил мне, правда ли существуют эти сздания. Да я и не интересовался.
–А где Стекольщик?
–Ушел. — Отозвался Серый, неотрывно глядя на мутанта.
–Так он же раненый был.
–Ты сам просил, чтобы я его не убивал, вот я его и поранил слегка. Кто же знал?
–Этого и следовало ожидать. — Отреагировал я. — Мы его недооценили.
–Да уж. — Серый провёл ладонью по стволу автомата. — А с этим что делать?
Мутант тем временем сжал вокруг захваченных им сталкеров чёрное облако аномалии. Он не торопился. Словно мастер, любующийся своим творением, это существо разглядывало умирающих людей. Наконец, всё было кончено. Дым рассеялся, и тела броненосцев опустились на землю. Мутант обернулся, готовясь уходить, но в последний момент взглянул в нашу сторону. Расстояние было слишком большим, чтобы человекоподобное создание заметило нас, но мне показалось, что мы с ним встретились глазами, и я почти физически ощутил его страх.
–Беги прочь. — Пророкотал в голове голос, напоминающий возгласы контролёра. — Хозяин уже близко…
Я замер с открытым ртом. Это создание не было обычным мутантом. Это просто не мог быть мутант. Оно вообще не было реальным. Это зона послала мне ещё одно видение.
–Ты его видишь? — Прошептал я.
Серый присмотрелся, и кивнул. Существо медленно уходило в предрассветный туман, и голос в моей голове звучал всё тише, пока не оборвался на высокой ноте…
–Надо сваливать. — Я вскочил на ноги, не обращая внимания на боль.
–А в чём дело? — Серый тоже поднялся, и принялся водить стволом автомата из стороны в сторону, словно пытаясь засечь скрывающихся в тумане мутантов.
–Поверь мне, лучше нам поторопиться.

* * *

Стекольщик остановился только когда бежать не осталось сил. Он всё ещё слышал зов зоны. И этот мутант был как-то связан со странной гибелью отряда прикрытия. Он проверил боезапас, и повалился на прелую листву, пытаясь восстановить дыхание. Рана кровоточила. Стрелявший был дьявольски точен, так как пробить спецкостюм с такого расстояния было ой как не просто. Расстегнув молнию на груди, сталкер вынул из рюкзака небольшую аптечку, и вколол себе два кубика зеленоватой жидкости. После этого приложил к месту ранения чистую салфетку, и застегнул замок. Он не сразу заметил, что за ним наблюдают, а когда заметил, не сразу сообразил, что это человек. Существо стояло между сложенных горкой плит, и внимательно разглядывало сталкера. У него не было оружия. Сначала Стекольщик подумал, что это странный мутант нагнал-таки его, но когда незнакомец шагнул навстречу, понял, что это человек.
–А он хорошо стреляет. — Голос визитёра был высокий, почти визгливый, но за этим голосом угадывалась невероятная мощь.
–Неплохо. — Согласился Стекольщик.
Он поглядел на висящие неподалёку автоматы. Успеет ли он допрыгнуть до оружия, если что-то произойдёт? А выхватить нож? Вряд ли. Незнакомец, хотя и выглядел слабаком, мог оказаться слишком быстрым. Недооценивать потенциального противника было никак нельзя. Даже наряд странного сталкера был слишком уж необычен: на поясе — несколько странных контейнеров, поверх спецкостюма одет разгрузочный жилет с дополнительными карманами. Довершала образ винтовка, пристёгнутая к рюкзаку. Но в руках — никакого оружия.
–Думаю, мы можем помочь друг другу. — Проговорил сталкер.
–Каким образом? — Ладонь Стекольщика коснулась рукояти ножа.
–Я охочусь за тем, кто охотится за тобой. — Пояснил сталкер. — Мне нужен Спам.
–Неужели? И зачем же?
–Он украл у меня кое-что.
–А что именно.
Сталкер навис над стекольщиком, и проговорил низким, утробным голосом.
–Зону…

Категория: Александр Тихонов - На пороге тайны | Дата: 27, Октябрь 2009 | Просмотров: 534