Глава 18 Экзо

Попрощавшись с Болотным Доктором, сталкеры покинули лагерь ученых. О телах мертвых военных должны были позаботиться либо хищники Зоны, либо другой отряд. На последнее было мало надежды, поэтому страну, которой служили погибшие, в скором времени должна была ожидать церемония погребения пустых цинковых ящиков. Смерть приняла в свои ряды новую порцию человеческих душ в обмен на сохранение никому не нужных секретов.

Сталкеры миновали новые памятники озера Янтарь – три осиротевших военных джипа. Лишь ненасытным демонам Зоны было ведомо, в чью собственность они попадут теперь. Забрать машины сталкеры, разумеется, не могли, хотя неплохо было бы сократить таким образом путь до Рыжего леса. Но любой армейский патруль будет очень недолго решать, как поступить с наглецами, раскатывающими на военной машине. Не говоря уже о реакции пилотов уцелевших геликоптеров.

Марк шел первым. Он не выказывал никаких признаков усталости. Даже дополнительный груз, комбинезон ССП-99М, который весил без малого семь килограммов, не доставлял сталкеру никаких неудобств. Отчасти потому, что полностью состоял из гибких деталей, хитроумным образом складывался и был удобно уложен в рюкзаке за спиной. Да и что такое усталость, когда до цели всего несколько километров!

Весь обратный путь до Бара был проделан в молчании. Борланд иногда поглядывал на север, гадая, каким образом можно уничтожить находящийся где-то вдали дымчатый купол. Он старался мыслить логически. Марк в ходе экспедиции посетил три целевые точки, точнее, две, третья оказалась смещена. При этом он не менял в них ничего – не переключал рычагов, не нажимал никаких кнопок, да и вообще ничего толком не делал. Единственный подходящий вывод был простым: Марку лишь понадобилось проверить некоторые предположения. Но это не объясняло самого главного: чем же конкретно вся эта информация поможет сталкеру снять Заслон и как именно он это сделает. От таких размышлений у Борланда начала болеть голова.

Какую пользу могут принести сведения, которые Марк даже не стал читать? И пусть он знает о Заслоне все – но что он сделает, придя на место? Произнесет волшебное слово? Забросает гранатами? Или пророет подкоп, наконец?

Борланд и не заметил, как механически прошел с командой всю Дикую территорию, снова никого не встретив, как и в первый раз. Мысленно отругав себя за преждевременную потерю внимания, он решил перестать морочиться насчет того, что в любом случае скоро узнает.

Команда замедлила движение возле Бара.

– Стволы опустить, но держать наготове, – предупредил Борланд.

Однако и в этот раз они никого не встретили. Блокпост снова оказался безлюдным. Не было никаких признаков недавнего ведения боя за территорию, а ведь такой бой следовало ожидать. Оставалось этому только радоваться. Группа, не доходя до укреплений, свернула на север и быстро направилась по прямой дороге. Редеющие строения завода «Росток» закончились и вскоре остались вдали.

Несколько сотен метров сталкеры шли через мутировавший лесной массив. Природа словно демонстрировала им выставку чернобыльских достижений. Здесь были деревья, сросшиеся ветками и верхушками, переплетенные стволами, гибриды двух и более видов, с листьями всех цветов радуги. За одну только фотографию этого безумного павильона на Большой Земле можно было получить целое состояние у нужных людей. Или, что было более вероятным, угодить за решетку на срок, стремящийся к бесконечности.

Затем парад экспонатов местной кунсткамеры закончился. Команда дошла до Милитари – холмистой местности, формой рельефа напоминавшей Свалку. Вопреки предположениям Марка, уровень радиации здесь был ниже, чем в других местах. Но когда Борланд повел их на ближайший холм, Марк убедился, что это касалось только дорог. На холме счетчик Гейгера напомнил о повышенной опасности.

– Почему мы не пошли по дороге? – спросил Марк у Борланда.

– Тебе мало знакомств за эти два дня?

– Разве не сюда, по твоим словам, ушли «долговцы»?

– Я лишь предположил, – ответил Борланд, глядя на несколько аномалий Электра, слившихся в одно сплошное хранилище голодных молний. – На деле же все чуть иначе. Эта земля принадлежит клану «Свобода».

– Замечательно, – сказал Марк. – Это, конечно, почти одно и то же. «Долг» и «Свобода».

– Рано поднимать панику. Кланы могут быть в каких угодно отношениях друг с другом, но мы-то теперь не враги никому из них. Поэтому просто пройдем к Рыжему лесу другой дорогой.

С этими словами Борланд остановился, глядя с холма вниз, на деревушку из двух десятков домов. За исключением пары недостроек, все дома казались обжитыми. Однако зловещая тишина, разбавленная лишь печальным скрипом обветшалых заборов, свидетельствовала о том, что дома опустели навсегда.

– Эта деревня старая, – сказал Борланд. – Она была здесь до того, как начали застраивать Припять и Чернобыль. После первого взрыва сюда вернулись некоторые жители, стали самоселами. Им предлагали лучшие условия, деньги, материальную помощь. Не помогло. Не придумали еще достаточного довода, чтобы убедить человека отказаться от своих корней.

– Все кончилось при втором взрыве? – спросил Орех, грустно глядя на опустевшее селение.

– Да, – ответил Борланд и начал спуск. – Это не просто куча старых домов. Это символ человеческой стойкости, как бы ни казалось это неуместным. Самоселы дали мудрый пример сталкерам. Если первый взрыв восемьдесят шестого не смог сломить волю людей, то почему нас должен согнуть второй? Тем более что первый был намного страшнее, а второй очистил сравнительно небольшой участок территории в тридцать квадратных километров, к югу от реактора.

Команда ступила на землю ставшей памятником деревни.

– Поэтому сталкеры принялись за восстановление, – продолжал Борланд. – И это дало новый смысл их пребыванию здесь, а также чисто человеческое уважение в глазах военных. Каждый, кто занимается хоть какой-то стройкой, не связанной с оборудованием огневой точки, пользуется неприкосновенностью основных кланов. Именно первые сталкеры привели местность в относительный порядок – заново прибили те же доски, почистили дома в меру сил. Очень не хватает ресурсов. Но люди все равно продолжают работать. Просто потому, что так устроены.

Орех оглядел старую мельницу без единого крыла и спросил:

– Значит, здесь все еще живут?

– Нет, дружище. Не живут. Здесь жить невозможно. Психологически очень трудно жить на том месте, где столько людей умерли ни за что и продолжают умирать. Торговать здесь не с кем, Заслон совсем рядом, постоянно происходят различные столкновения кланов. Поэтому этот участок и зовется Милитари – к востоку отсюда расположена бывшая военная база, доставшаяся в наследство «Свободе». Наконец, тут негде переждать выброс – разве что в лагере «свободовцев», но они принимают только своих или за большую цену.

– Выходит, что сталкеры застраивают деревню, но не живут в ней?

– Верно. Максимум ночуют. И все же очень чтут эту деревню, у которой даже не сохранилось названия. Очень чтут. Понимаешь, о чем я?

Орех остановился возле дома с двускатной крышей, покрытой расколотыми остатками черепицы, и обвел взглядом заколоченные досками окна и дверь, разрушенное крыльцо и двор за покосившимся плетнем.

– Да, – с грустью ответил он. – Я понимаю.

Неожиданно из дома раздался негромкий крик:

– Помогите!

Не сговариваясь, сталкеры начали отдирать доски от двери. Просьба о помощи в обезлюдевшей деревне не позволяла просто пройти мимо. Борланд первым зашел в дом и заглянул в комнату.

Перед ним неподвижно лежал сталкер в форме «Долга», с эмблемой клана на плече. Под ним растекалась лужа крови, и в ней лежал пистолет. Борланд приложил пальцы к горлу сталкера, нащупывая пульс.

– Что? – взволнованно спросил вошедший следом Марк.

– Вроде живой. Но совсем плох. Как же он смог…

– Люди, помогите! – слабым голосом закричал кто-то в смежной комнате. Голос был тот же, что недавно звучал.

Сталкеры устремились в соседнюю комнату и обнаружили там скорчившегося человека, который лежал на полу, прижимая руки к животу. Рядом с ним в доски пола был вонзен нож – очевидно, раненый полз, помогая себе клинком. Его защитный комбинезон был облегченной версией того, что носил Марк. Эмблема «Свободы» на плече позволяла понять, что здесь произошло.

– Они схватились друг с другом, – сказал Борланд. – Этот ударил того ножом и получил пулю в живот. Или наоборот.

«Свободовец» застонал.

Марк торопливо вытащил аптечки.

– Присмотри за входом, Орех, – сказал Борланд, и молодой сталкер вышел.

Сенатор быстро осмотрел «долговца» в первой комнате.

– У него несколько ножевых ранений, в том числе глубоких. Нужно срочно перевязать и зашить. А другой…

Он подошел к «свободовцу» и присел возле него.

– Пару инъекций. Обезболивающее и антишок.

Марк разложил перед Сенатором открытые аптечки:

– Это поможет?

Шаман бросил на них быстрый взгляд:

– Нет. Обычные аптечки не комплектуются тем, что нужно. Да и бинты нужны особые, пропитанные специальным составом. Научных наборов нет?

– У меня нет, – сказал Борланд. – Полагаю, раз нет у нас, то и у Ореха тоже. Сейчас проверю карманы «долговца». А ты, Марк, посмотри у этого в рюкзаке.

Марк осторожно, чтобы не потревожить «свободовца», расстегнул его рюкзак и вытащил аптечку синего цвета. Там была куча бинтов.

– Сенатор, посмотри.

– Да, это то, что нужно.

– Я нашел научную аптечку! – сказал Борланд, сидя на коленях у распростертого «долговца» и поднимая руку с желтым футляром. – Тут написано: «Для ликвидации последствий огнестрельного ранения».

Марк отнес Борланду синюю аптечку и взял желтую. На ней красовался странный логотип, на котором можно было разобрать буквы «GSC». «Молнии», которая служила бы замком, не было.

– Как пользоваться? – спросил он.

– Подойди к раненому и нажми кнопку «применить». Что ты задаешь дурацкие вопросы?

– Дай мне, я знаю, как открыть, – сказал Сенатор.

Увидев аккуратный набор шприцов и ампул, шаман кивнул.

– Очень хорошо. Я сам займусь им. А вы с Борландом перебинтуйте «долговца».

Уже через десять минут оба раненых лежали рядом на матрацах в углу комнаты, накрытые найденными здесь же одеялами. Похоже, дом был убежищем кого-то из них. Кроме заколоченной двери Борланд обнаружил черный ход.

– Подумать только, – сказал он, когда они с Марком, оставив Сенатора с ранеными, вышли к Ореху и уселись на крыльце, – как иногда в жизни складывается. Двое крепких мужиков подрались черт их знает за какие ценности. И у каждого оказались лекарства, нужные другому. И почему они в одной команде не шли?

– А мне интересно, почему мы ходим с аптечками, которые в случае ранения нас не спасут, – сказал Марк.

– Нет в мире аптечек, которые спасут от всего, – ответил Борланд. – Неизвестно, что в Зоне может оказаться для тебя роковым – два магазина в спину или легкий порез, который охватит две трети твоего тела, когда ты случайно вступишь в какой-нибудь аномальный квадрат. Да, одни аптечки лучше других, но совершенных нет. Кто хочет гарантию сохранности собственной шкуры, пусть не пеняет на аптечки, а сидит дома и хрустит попкорном.

– А мне интересно, чем «Долг» отличается от «Свободы», – сказал Орех.

– Разница в названии и мировоззрении. В «Долге» больше прав и обязанностей, в «Свободе» всего поменьше. Куда хочешь, туда и иди. Эффект, по большому счету, одинаковый. Ни одна из группировок не может чувствовать себя в Зоне как дома. Не зря же они даже Совет Кланов организовали.

– Сюда идут, – сказал Марк.

– Да, вижу, – Борланд поднялся. – Будем встречать с хлебом-солью?

С холма к ним спускалась группа людей. Завидев сталкеров, незнакомцы пошли прямо на них.

– Что делать будем? – спросил Марк.

– Стандартная практика. Стволы убрать и быть готовыми к разговору.

– С другой стороны тоже идут, – доложил Орех.

Борланд посмотрел налево. Со стороны мельницы, откуда пришли сами сталкеры, по дороге приближалась к ним другая группа.

Оба отряда скорректировали скорость своего передвижения так, чтобы подойти к сталкерам одновременно. Тот, что спустился с холма, состоял из людей «Долга» и насчитывал восемь человек с неизменными автоматами ОЦ-14 «Гроза». Не было сомнений, что это настоящие «долговцы», поскольку Борланд увидел пару знакомых лиц.

Второй отряд был представлен семью бойцами с эмблемами «Свободы» на рукавах и дальнобойным оружием.

– Мир вам, сталкеры, – сказал предводитель «Долга».

– И вам не болеть, – ответил Борланд, встав на крыльце вполоборота, чтобы держать в поле зрения оба отряда.

– Хало, – поздоровался лидер «свободовцев».

– День добрый, – отозвался Марк.

Все стояли, выдерживая паузу. «Долговец» первым прервал молчание:

– Меня зовут Анубис. Мы ищем члена своей команды. Буду благодарен за любые сведения.

«Свободовец» с опаской поглядел на него:

– Меня зовут Ровер. Мы тоже потеряли своего парня. Он пошел сюда и не вернулся. Вот, вышли его искать. Вашего не видели.

– Так же, как и мы твоего человека, – сказал Анубис, немного помрачнев.

– Быть может, мы сумеем вам помочь? – вступил в разговор Борланд.

– Ты что-то знаешь? – спросил Анубис.

– Пусть по одному человеку из каждого отряда зайдет со мной в этот дом.

Анубис помолчал и коротко сказал:

– Ксавьер!

Крепкого сложения «долговец», стоявший рядом с предводителем, подошел к Борланду.

– Гринго! – произнес Ровер, почесав ухо.

Один из «свободовцев» вышел вперед. Кто-то из своих похлопал его по плечу.

– Следуйте за мной, – сказал Борланд и вошел в дом.

Марк и Орех остались на крыльце.

– Ну, – сказал Ровер и кашлянул, шмыгнув носом. – Чего новенького?

Никто из «долговцев» не шелохнулся, и Анубис неожиданно ответил:

– Повышенная активность аномалий к северо-востоку. Больше ничего.

– Понятно, – сказал Ровер и коротко задумался. – На юге замечен необычный кровосос. Гуляет днем и не боится света. Вдруг заинтересует.

– Заинтересует, – ответил Анубис. – Мы займемся им. Чуть позже.

Ксавьер и Гринго вышли из дома. Каждый подошел к своему командиру и тихо доложил об увиденном. Затем на крыльцо вернулся Борланд, а за ним показался Сенатор.

– Никто не будет возражать, если мы заберем своего человека? – спросил Анубис.

– Он нуждается в срочном убежище, сухом и теплом, – заметил Сенатор. – Желательнее всего ему оказаться в постели и провести неделю под присмотром врача или любого человека, разбирающегося в медицине. Но до вашей базы он не дотянет, как бы осторожно вы его ни несли. Слишком долгое путешествие.

– А наш как? – спросил Ровер. – Наша база в двух шагах!

Все «свободовцы» уставились на Сенатора.

– Вашему понадобится куча антибиотиков и еще много лекарств, названия которых вам ничего не скажут. Если у вас нет научных медикаментов, он проживет совсем немного, даже в условиях тишины и покоя.

– Эээ… Я не знаю точно, – растерялся Ровер. – Не припомню у нас ничего такого.

– У нас есть лекарства, которые применяют ученые Коалиции, – подняв голову, сказал Анубис. – Достаточно много, и с собой. С убежищем, правда, туговато.

Ровер закусил губу.

– Зато у нас на базе врач, – сказал он. – Совсем рядом. За десять минут можно дойти, даже медленным шагом.

Боевики обоих кланов зашевелились. Анубис усмехнулся уголком рта:

– Договориться хочешь?

– А то ты, типа, не хочешь, – ответил Ровер с напором.

– Как он был ранен? – обратился Анубис к Борланду, и все стихли. – Это не вы, случаем, их уложили?

Борланд посмотрел на «долговца»:

– Нет, не мы. Они сами друг друга ранили. Знаете, как это бывает? Один друг рассердится и ранит другого друга.

Клановцы возбужденно загудели, но лидеры тут же успокоили их взглядом.

– Кто из них первым начал? – спросил Ровер.

– Мы не знаем, – ответил Марк. – Мы нашли их в таком состоянии и помогли чем сумели. Я даже не уверен, что они в самом деле пострадали один от другого. Может, это была схватка с общим врагом. Если вы хотите знать точно, нужно вылечить обоих. Дальше решение за вами.

Снова поднялся шум, и на этот раз ни Ровер, ни Анубис не старались успокоить своих людей. Сталкеры неподвижно стояли среди взволнованно галдящих клановцев.

– Нужно что-то решать! – настаивал Ровер.

– Я не отдам своего человека в логово «Свободы», – произнес Анубис, но в его голосе уже не было уверенности.

На лице Борланда появилась легкая улыбка.

Орех покачал головой, посмотрел влево и широко открыл глаза.

– Опасность! – закричал он, поднимая «калаш».

С дальнего края деревни шагали странные фигуры, очень похожие на роботов в скафандрах. Их было около десятка, и все были очень хорошо вооружены.

– «Монолит»! – крикнул Анубис. – К оружию!

«Долговцы» мигом рассыпались по укрытиям, сохраняя сплоченность как группа.

Сенатор потянул Ореха в дом:

– Это не твой бой. Не с твоим оружием, мой друг. Охраняй раненых.

Подарив Ореху ободряющий взгляд, Сенатор вышел.

– Враг в экзоскелетах! – громко возвестил Ровер. – «Свобода», вперед!

Отряд «свободовцев» приготовился атаковать, но Борланд заорал:

– Всем оставаться на местах!

Он вышел на дорогу, к «свободовцам», и приготовил «Грозу» к бою.

– Что он делает? – спросил Марк, сделав шаг вперед, но Сенатор остановил его, взяв за руку.

– Что бы он ни делал, он понимает, что именно делает.

Марк с тревогой смотрел на приближающихся врагов.

Экзоскелет. Самая передовая разработка в области защитных костюмов для человека. Скафандр из бронебойных пластин, с уровнем абсолютной защиты в девяносто восемь процентов, если считать поверхность костюма. Основан на сложной системе гидравлики, приводится в движение энергией мышц, увеличивая грузоподъемность за счет уменьшения скорости. Настоящий индивидуальный танк.

И клан фанатиков Рыжего леса, «Монолит». Воинственная группировка, не считающаяся с требованиями Совета Кланов. Живущая по религиозному уставу, основанному на поклонении мифическому инопланетному камню в центре Зоны, и имеющая иерархию адептов, ищущих способ проникнуть к Монолиту. Их врагами были все, кроме военных. В отличие от сталкеров, прибывающих в Зону своим ходом, «монолитовцы» забрасывались в Зону военными вертолетами. Клан практически полностью состоял из приговоренных к смерти преступников, среди которых на роль лидеров отбирались люди с высоким интеллектом. Немного сектантства в совокупности с наркотиками, припасами и экипировкой – и готова лучшая защита дымчатого купола в Рыжем лесу.

Утешением была достаточно низкая численность клана, который тем не менее периодически пополнялся снаружи Барьера, и поделать с этим ничего было нельзя.

– У них серьезные игрушки, FN-2000, – сказал Борланд, заняв позицию рядом с Ксавьером. – Излучения экзоскелетов сбивают компьютерный прицел. Бьют дальше, чем оружие «Долга», но не так далеко, как винтовки «Свободы». Ровер, прикажи своим людям открывать огонь. Прямо сейчас. «Долг», выжидайте.

Никто не стал спорить. Совет был достаточно мудрым. Прозвучал короткий возглас Ровера, и «свободовцы» начали стрелять.

Марк не стал ждать персонального приказа и тоже открыл стрельбу. Несмотря на прочность экзоскелетов, против серии мощных винтовок они долго выстоять не могли. «Свободовцы» предусмотрительно стреляли кучей в заранее намеченного противника. Прежде чем «монолитовцы» в неуклюжей броне преодолели половину расстояния до дома, их стало тремя меньше.

– «Свобода», отступаем! – закричал Ровер.

Повторять не пришлось. Клан разбежался кто куда, и вовремя. Воины «Монолита» открыли огонь. Но, несмотря на совершенство автоматно-гранатометных комплексов FN-2000, попасть по бегущим «свободовцам» было нелегко.

Фигуры в экзоскелетах прошли еще немного вперед, и Борланд крикнул:

– «Долг», огонь!

Девять «Гроз» бабахнули оглушительным залпом. Еще двое не ожидавших засады «монолитовцев» упали. Оставшиеся начали стрелять, и граната из подствольника полетела прямо в Борланда. Ксавьер быстро оттолкнул его в сторону.

Взрыв, поднявший пыль, не причинил существенного вреда обороняющимся, однако сослужил плохую службу «монолитовцам». Теперь из-за пылевой завесы не было видно «долговцев», которые быстро перераспределились, стреляя из более удобных точек. Вдали показались «свободовцы» – как оказалось, они не сбежали, а зашли с тыла.

– Мочим гондурасов! – рявкнул кто-то из клана «Свобода».

Вскоре упал замертво последний «монолитовец», и бой прекратился.

Никто из клановцев не был ранен, не считая слегка контуженного взрывом Ксавьера.

Один из «монолитовцев» зашевелился и сорвал с головы шлем. Рукой он зажимал кровоточащую рану на шее.

– А-а-а! – стонал он. – Аптечку! Дайте аптечку!

Анубис подошел к нему, передергивая затвор пистолета.

– Плохая у тебя карма, – сказал он.

Выстрел прервал мучения убийцы.

Некоторое время все стояли не шевелясь, затем «свободовцы» перевели дух и принялись болтать. Более сдержанные «долговцы» только чуть улыбались в ответ.

– Ну и наломали же вы дров, – проговорил Борланд, оглядывая разрушения. – Такое ощущение, что здесь побывал злой Шварценеггер.

– Спасибо за помощь, сталкеры. Вы сделали великое дело.

– Рады стараться, – ответил Борланд. – Только, пожалуйста, не пытайтесь вербовать нас хотя бы сегодня.

– Не обещаю, что не попытаюсь сделать это завтра, – доброжелательно произнес лидер «долговцев».

– До завтра нужно еще дожить, – сказал Марк. – И не натворить глупостей.

Он кивнул в сторону возбужденно обсуждающих бой «свободовцев».

– Не натворим, – пообещал Анубис.

К ним подошел Гринго.

– Мы вынесем раненых, – сказал он. – Ваши люди могут следовать за нами.

– Хорошо, – ответил Анубис.

Подойдя к Роверу, который настороженно посмотрел на него, лидер «долговцев» протянул руку, и они обменялись рукопожатием.

– Завтра на полдень я назначаю встречу Совета Клана, – сказал Анубис. – На базе «Чистого Неба», на Кордоне. Буду рад встретить там тебя. Обсудим некоторые моменты.

– Без проблем, брат, – с охотой отозвался Ровер.

– Неужели для того, чтобы выбить всю дурь из головы, нужно вместе сразиться с общим врагом? – с досадой произнес Борланд.

– Такова жизнь, – вздохнул Гринго. – Сегодня мы их, завтра они нас. А послезавтра – кто-нибудь третий задавит всех, кто еще дышит. Ну, удачи вам, мужики…

Деревня осталась позади. Пройдя между двумя высокими скалами, команда снова оказалась на дороге, к которой подступали деревья с бурой листвой.

– И снова кровь и смерть, – вдруг сказал Борланд. – И снова люди прозревают в последний момент. Это когда-нибудь кончится?

– Все может быть, – как всегда уклончиво ответил Сенатор.

– Кончится, – повторил Марк. – Во всяком случае, для нас.

Он посмотрел вперед и вверх. На горизонте показалась вершина гигантского темного купола.

Марк повернулся к спутникам, и глаза его радостно заблестели.

– Заслон, – сказал он. – Наш путь завершен.

Категория: Сергей Недоруб - Песочные Часы | Дата: 9, Июль 2009 | Просмотров: 505