Глава третья. Встреча с «американской шпионкой»

Меня разбудил взгляд. Я слышал раньше, что можно проснуться от одного лишь чужого взгляда, но не особенно этому верил. Теперь вот поверил. Метрах в трех от меня стоял человек и целился в меня из винтовки. Сначала меня поразила именно винтовка — или что это было? Я не большой знаток оружия, но если твое детство пришлось на военные годы, волей-неволей станешь в нем хоть немного разбираться. Но это был совершенно незнакомый мне образец.
— Руки на голову! — скомандовал владелец винтовки. — Оба.
Голос мне чем-то показался странным, но размышлять об этом было сейчас недосуг. Я поднял руки и скосил глаза на Сергея. Он сидел на шинели, скрестив по-восточному ноги. Руки он поднял, но взгляд его был направлен явно выше ствола — на лицо человека. И… губы брата кривились в ухмылке!.. Интересно, что он там увидел смешного?
— Ты что это, красавица, добрых людей спозаранку будишь?
Что?! Красавица?! Я от растерянности опустил руки.
— Руки на голову, кому сказано! — дернула винтовкой… действительно девка! Белобрысая, коротко стриженая — оттого я, видать, сначала и принял ее за парня, — в нелепом буром костюме, чем-то похожем на одежду то ли циркача, то ли спортсмена-мотогонщика… А еще… В похожие обтекаемые темные костюмы одевались диверсанты в шпионских фильмах. Этот факт, да еще незнакомое оружие заставили меня сделать очевидный вывод — перед нами иностранная шпионка! Но зачем ей было нас трогать? Спали ведь люди, проще было обойти.
Не знаю уж, подумал ли об этом же Серега, но он поинтересовался вполне безобидным тоном:
— Откуда же ты такая будешь, красавица? Не с неба, часом?
— Это же самое я хочу спросить у вас. Кто вы такие и откуда? Во что это вы вырядились и где ваше оружие?
— Мы мирные люди, — ответил брат. — Зачем нам оружие? А уж одеваемся мы, как нам самим нравится. Ты вон тоже на колхозницу не похожа.
— На кого?.. — глаза у девки полезли на лоб. — Я — вольный сталкер. А вот «мирные люди» — для Зоны очень подозрительная характеристика. И вы подозрительны так, что я уже едва сдерживаю на крючке палец. Дезертиры, мать вашу?! — выкрикнула вдруг она.
— Что?! — трепыхнулся теперь уже я. — Это мы — дезертиры? Да ты знаешь, что Сергей — фронтовик, орденоносец, герой! А вот ты кто?! Шпионка? Диверсантка? Что у тебя за оружие? Чьего производства?
«Диверсантка» от моего напора опешила. Глянула на свою «дуру», словно увидела впервые, и нахмурилась:
— А ну кончай из меня идиотку делать! И не лепи тут мне, что «тээрэску» впервые видишь. Разумеется, она американская.
— Вот! — повернулся я к Сереге. — Я же говорю — шпионка! Сама созналась.
— Тише, Федя, тише, — преувеличенно спокойно сказал на это брат, делая мне глазами непонятные знаки. А потом спросил у девки — спокойно так, как бы между прочим, едва не зевая: — Так что, мы вчера с братцем, выходит, заплутали, в секретную зону зашли? Мы в Янов вообще-то собирались…
Девка аж присела. Буквально, на корточки. Может, устала стоять, а может, мы ее и впрямь добили своими вопросами. Свою американскую «дуру» она положила на колени — убедилась, видать, что мы безоружные, да и пока бы кто-то из нас вскакивал из сидячего-то положения, она бы давно была на ногах и сто раз успела прицелиться.
— Мужики, — сказала она усталым тоном, — хорош ваньку валять. Или это у вас такой метод к бабам клеиться? Со мной он не сработает, сразу говорю, нечего и время терять. Правда, ваш видок меня все равно убивает, и мне жутко интересно узнать, как вы умудряетесь в таком виде и без оружия оставаться в Зоне живыми. Честно говоря, вы и на дезертиров мало похожи. Да вы вообще черт-те на кого похожи, между нами, девочками! И мне в силу природного женского любопытства уже просто невтерпеж узнать, кто вы такие и все остальное, по порядку. Скажете правду — тогда я вас, может быть, отпущу.
— А если, к примеру, мы и впрямь дезертиры? — прищурился Серега.
— Тогда я вас сдам воякам. Не напрямую, конечно, но что-нибудь придумаю. Например, через «должников».
— Так любишь «стучать»? — не выдержал я.
— При чем здесь любовь? — удивилась девка. — Это всего лишь бизнес. Ничего, как говорится, личного. Надеюсь, за вас мне хоть что-то да отвалят.
— И ты так спокойно об этом говоришь?! — взорвался я. — Да ты и правда шпионка, империалистическая зараза! Только ты одного не учла — в СССР за предательство денег не платят!
— Он что, больной? — посмотрела «шпионка» на Серегу. И в глазах у нее мне почудилась искренняя жалость. Я ничего не понимал! Похоже, брат тоже не мог понять, что происходит, и он предпринял очередной, как мне думалось, тактический ход.
— Кто тут из нас больной, вопрос спорный, — сказал он. — Давайте-ка для начала познакомимся.
— Это еще зачем? — насторожилась девка. — Я же сказала: клеиться ко мне бесполезно.
— Никто и не собирается к вам… это самое. Но беседовать будет проще, разве нет?
«Диверсантка» подумала и кивнула.
— Ладно. Анна. Достаточно?
— Вполне. Я — Сергей, он — мой двоюродный брат Фёдор.
— Дядя Фёдор! — фыркнула девка. — А ты тогда — кот Матроскин. Но лучше просто Матрос.
— Почему? — опешил Серега. Я тоже недоуменно заморгал.
— Ну, как в том мультике. И подходит к вам, между нами, девочками. Тем более ты в тельнике.
— Не помню я что-то такого мультика, — буркнул я. — Может, у вас, в Америке…
Договорить мне не удалось. Девка вскочила на ноги и направила на меня свою империалистическую винтовку.
— Ну, ты, Дядя Фёдор! Еще одно слово про Америку или про шпионов — и я прострелю тебе ногу! Или руку. Выбирай.
Я невольно поджал ноги и спрятал за спину руки.
— Спокойней, Анна, — сказал Сергей. — Брат шутит, он больше не будет. Но, как вы говорите, между нами, девочками, я тоже не припомню такого мультфильма. Разве что он из новых, тогда я мог пропустить, занят был в последнее время.
— Да какой же он новый! — удивилась Анна. Ствол, правда, от меня отвела. — Восьмидесятых еще годов, наверное, я его в детстве смотрела.
— Восьмидесятых? — насупился Серега. — В детстве?.. А разве кинематограф в то время уже был? И сколько же вам тогда лет?..
— Да уж не больше, чем тебе, — фыркнула Анна. — И перестань наконец «выкать»! Чай, не на официальном приеме.
— Но если вам… то есть, тебе, не больше лет, чем мне, то твое детство пришлось на двадцатые, а то и тридцатые, так?
Теперь настала очередь моргать Анне. Она снова присела на корточки, а «дуру» свою и вовсе забросила за спину.
— Какие тридцатые, Матрос? Сейчас двадцать первый! Или ты у нас тоже больной?
— Ну вот что, Анна, — вновь свел брови Сергей. — Для начала перестань городить ересь. А еще, если тебя раздражает, что мы тебя называем шпионкой, то нам, в свою очередь, не нравится, когда нас обзывают больными. Стрелять нам в тебя, правда, нечем, но крепким словцом припечатать обещаю.
— Так ведь это не я, а ты чушь несешь; как мне тебя еще называть?! Я родилась в девяносто шестом, какое у меня может быть детство в двадцатых, если они только настали? А до тридцатых еще дожить надо. Между нами, девочками.
— Ерунда какая-то!.. — затряс головой Серега. И с надеждой посмотрел на меня. — Федь, может, у меня и впрямь мозги клинит? Какой сейчас год, ты говорил?..
— Пятьдесят первый, — буркнул я. — Во всяком случае, у нас, в СССР. Не знаю, как там у них, в Аме… — Я спохватился и замолчал.
— Так! — поднялась опять на ноги Анна. Винтовку она доставать не стала, но и взглядом она стреляла по нам вполне себе хлестко. — Придуриваться вы прекращать не собираетесь, как я вижу. Тогда предлагаю прогуляться. Доведу вас до «Бара», здесь недалече, а там кому-нибудь сдам. Вы со своими прибамбасами мне уже надоели.
— Погоди, — сказал я, готовый сгореть от стыда. Но терпеть я больше не мог, мочевой пузырь был готов лопнуть. — Ты только не стреляй, но мне нужно отойти.
— Мне тоже, — хмыкнул Сергей.
— Куда это? — нахмурилась Анна.
— Посс…мотреть, как ссолнце всстает, — скривился брат в неуклюжей улыбке. Похоже, и его припекло как следует.
Видно было, что девчонка смутилась. И все же сказала:
— Никуда не отходить! Отвернитесь и…
— Тогда уж лучше ты отвернись, — сказал Серега.
— Нашли дуру! Может, мне еще глаза закрыть и досчитать до ста?..
Я чувствовал, что вот-вот намочу штаны. И меня вдруг пробрала такая злость, так стало позорно унижаться перед этой… шпионкой не шпионкой, но уж точно не перед образцовой советской комсомолкой, что я плюнул, вскочил и, расстегивая на ходу ширинку, бросился к ближайшей елке.
— Стой, идиот! — заорала сзади проклятая девка. — Там же «трамплин»!!!
От неожиданности я замер. И, хоть забежать за елку я не успел, сдерживать физиологию я больше не мог. Струя вылетела метра на два. А потом… Такое ощущение, что ее там, передо мной, обломали и резко направили вниз. Это выглядело настолько неожиданно и странно, что я разинул рот. Так и стоял, с открытым ртом, наверное, с минуту, пока не иссяк мой бесконечный, как я уже думал, фонтан. То есть нет, ни о чем я подобном не думал — лишь смотрел и смотрел, словно на чудо, как струя моей мочи, преломляясь, круто, вертикально, будто падая с неба, разбивается с брызгами о землю. Еще я обратил внимание, что и земля в том месте имела непривычный цвет — красно-бурый, словно обожженный кирпич. А кусты и деревья, что росли чуть дальше, выглядели слегка колеблющимися, словно эта кирпичная земля была красноватой от сильного жара.
Застегивая ширинку, я услышал за спиной чье-то злобное дыхание. Обернувшись, увидел рассерженную, словно раненая тигрица, Анну.
— Я же сказала: не отходить!!! — завопила она. — Ты что, самоубийца?! Ты бы еще на «электру» поссал!
От такого высказывания, услышанного из уст девушки, я мгновенно, чуть не до слез, вспыхнул. И злость моя сразу вся улетучилась, и голос пропал…
— Н-но я же н-не знал… — жалобно и противно заблеял я.
— Не знал?! — продолжала орать Анна. — Ты не знал, что в Зоне на каждом шагу аномалии?! Да у тебя, блин, даже нет индикатора!.. Вы что, в русскую рулетку решили с Зоной сыграть вместе с братцем?.. Я фигею с вас, господа!..
— Мы тебе не господа, — сжав зубы, процедил я. Злость снова вернулась ко мне, и голос перестал дрожать. А вместе с этим вспыхнула вдруг в мозгу догадка, объясняющая виденное чудо. — И я не могу знать, какие и где ты еще понаставила ловушки против советских людей!
Тут Анна выдала такое, что предыдущее смутившее меня выражение показалось мне детской считалкой. Такого потока отборнейших матюгов я не слышал давно — лишь дворник Архипыч в нашем ленинградском дворе ругался похоже — и то не столь выразительно и экспрессивно.
За перепалкой с этой злобной вражиной я совсем забыл о Сергее. А он, разумеется, все слышал и уже спешил к нам из-за ближайшей елки. Я бы его вряд ли услышал — все-таки бывший разведчик умел передвигаться бесшумно, — но меня как раз привлекла чудная рыжая бахрома на одной из еловых веток, словно пушистое новогоднее украшение. Как раз эту ветку Серега, торопясь к нам, и отодвинул. В следующее мгновение «новогодняя» бахрома плюнула вдруг — иначе не скажешь — рыжим комком в брата. В руку ему, это я успел заметить, она точно попала, лицо, как потом оказалось, он все же успел отвернуть. И хорошо, что успел. Потому что и «оплеванной» руки — точнее, всего-то лишь тыльной стороны ладони — хватило, чтобы Серега коротко взвыл, а потом, отчаянно шипя, начал материться столь замысловато и виртуозно, что, пожалуй, перебил по всем показателям недавнее «выступление» Анны. Дворнику же Архипычу на сей счет явно было далеко до них обоих.
Анна, обогнув елку, метнулась к Сергею. Я бросился за ней, опасаясь влипнуть еще в какую-нибудь дрянь. Злополучную елку я вообще обежал метра за три — золотистая пыльца с нее еще продолжала опадать. Я услышал, как девчонка заорала на брата, чтобы тот вытянул руку и не дергался. Наконец я увидел Серегу — с бледным от боли лицом. Материться он перестал, поскольку сильно закусил губу и теперь лишь продолжал по-змеиному шипеть. Анна целилась невесть откуда взявшимся шприцем в Серегину ладонь. Я сразу подумал, что в нем яд, но брат шприц тоже видел и руку не отдергивал, так что я вмешиваться не стал. К тому же выражение лица «диверсантки» было настолько рассерженным, что никак не подходило для совершения подлости и коварства. Морды бить с таким лицом — милое дело, а вот для введения врагу порции яда скорее подошло бы что-то ехидное и зловещее.
— Что это?.. — просипел Сергей, когда Анна, сделав укол, убрала шприц.
— Цианистый калий! — рыкнула девчонка. — Чтобы дураков на свете стало поменьше. — Но, выпустив пар, все же буркнула: — Антидот это… — И с нескрываемым злорадством добавила: — Но пару часов все равно поболит, будь уверен! Хорошо, если до завтра перестанет.
— Я спросил, что это такое? — мотнул брат головой на елку. Рыжая бахрома снова висела на ее ветке, будто невинное новогоднее украшение.
— Не знаешь? — хмыкнула Анна.
Серега помотал головой.
— Это «жгучий пух». Он же — «ржавые волосы». Распространенная аномалия средней пакости, хотя, бывает, что и от нее умирают. Чаще — от болевого шока. Просто не верится, что вы этого не знаете. Если бы сама не увидела, что ты в нее откровенно залез… Да и братец твой выдал такое, что лишь в цирке показывать! Жаль, такой номер не утвердят по морально-этическим соображениям.
— И что же он сделал?
— А! Ерунда. Всего лишь на «трамплин» помочился.
— Тоже аномалия?
— Тоже аномалия. Хочешь глянуть?..
Серега кивнул. Похоже, антидот начал действовать, лицо брата приобрело свой естественный цвет. Но рука, видать, болела — Сергей бережно засунул красную опухшую ладонь в карман пиджака.
— Только давайте теперь без фокусов, — строго сказала Анна. — Идете след в след за мной. Сначала Дядя Фёдор, потом ты, Матрос. Лишнего оружия у меня нет, поэтому просто оглядывайся, и если что — ори мне.
— «Если что» — это что? — спросил Сергей.
— «Если что» — это кто, — ответила Анна. — Кроме аномалий в Зоне полно и другой гадости, в том числе очень зубастой и шустрой.
Мы выстроились за девчонкой, как детсадовцы на прогулке, только что за руки не взялись, и она повела нас к месту, где я сделал «пи-пи». Не доходя пары шагов дотуда, Анна подняла руку, приказывая нам остановиться. Потом достала из кармана и показала нам, подбросив на ладони, обычный железный болт.
— Видите? — сказала она. — А теперь смотрите туда.
Анна ловко метнула болт над подмоченным мною пятачком земли красно-бурого цвета. И, достигнув его, летящий горизонтально до этого болт со свистом ухнул вдруг вниз, впившись в почву так, что его не стало видно.
— Если бы ты, — посмотрела на меня девчонка, — сделал тогда на пару шагов больше, тебя бы размазало в лепешку.
— Но что это все значит?.. — заморгал я, недоуменно переглянувшись с братом. — Почему это здесь? Что вообще такое эта Зона? Здесь проводят научные эксперименты?..
Я заметил, как Серега вдруг посуровел и подобрался. Анна же непонятно хмыкнула — неодобрительно, желчно.
— Проводили, — сказала она. — Допроводились!.. — И она снова обвела нас с братом недоверчивым взглядом. — Неужели вы и правда ничего-ничего не слышали о Зоне? Ну, хотя бы о Чернобыльской АЭС вы, надеюсь, знаете?
— АЭС?.. — переспросил я, чувствуя, как челюсть моя неудержимо ползет вниз. — Атомная электростанция?.. Но ее ведь только в прошлом году начали проектировать! И не в Чернобыле, а в Об… — тут я вспомнил, что новость, о которой шептались в университете, была из разряда секретных, и попытался выкрутиться: — …а вообще это пока из области научной фантастики, такие станции.
— Хороша фантастика! — фыркнула Анна. — Столько людей угрохали!.. Вы меня всерьез начинаете злить, ребята. Ладно Дядя Фёдор, он еще маленький, но ты-то, Матрос!.. Ты-то по-любому должен был слышать об аварии на Чернобыльской станции в 1986 году! А уж о катастрофе 2006-го — и подавно.
Я не успел обидеться на «маленького», как брат вдруг, словно по команде «смирно», выпрямился и, вынув из кармана обожженную руку, опустил ее и вытянул вместе с другой по швам. Теперь, даже в пиджаке, он создавал полное впечатление военного человека.
— Анна, — очень серьезно, даже строго сказал Сергей. — Наверное, нам придется поверить друг другу или хотя бы попытаться это сделать. Ты нас, конечно, можешь оставить тут, но мне кажется, мы без тебя пропадем. Как ни странно это звучит, но факты таковы, что мы с Фёдором действительно живем… или жили в середине двадцатого века. Еще вчера для нас был январь 1951 года. А по твоим словам выходит, что сейчас…
— …сентябрь 2021-го, — гулко сглотнув, закончила за него Анна. — Но как такое может быть?..
— Вот и давай разбираться вместе.

Категория: Андрей Буторин - Клин | Дата: 7, Сентябрь 2012 | Просмотров: 45