ШРАМ — 1

Далеко от реки уйти не удалось. То ли направление Шрам выбрал не самое удачное, то ли просто так везло, но аномалии попадались все чаще и чаще. Погон к этому отнесся бы легко, а вот Шрам хмурился, ему казалось, что Зона недовольна им.

Дважды он за это время встретил зомби. Первый сперва показался ему трупом -даже крысы присутствовали, грызли бесчувственную руку. Издалека заметив лежащего на крыльце полуразрушеиного трехэтажного дома, Шрам хотел обойти его стороной, но аномалии прижали к самому строению. Крысы отступили на несколько метров, ожидая, пока человек пройдет, а труп вдруг поднял голову.

Шрам остановился, навел автомат. Но зомби никакой агрессивности не проявил, только несколько раз тяжело вздохнул.

— Ну что тебе? — спокойно спросил Шрам. — Сдохни уже, хватит бродить.

Зомби послушно уронил голову и больше уже ее не поднимал. Удаляясь, Шрам оглядывался чаще обычного, но заметил лишь, что крыс стало больше.

«Кто же делает их такими, черт возьми? Контролеры?»

Второй зомби сидел на асфальте, бестолково перебирая руками края оборванных штанин. Шрам решил, что имеет дело с бомжом, хотел заговорить, но в ответ услышал лишь стоны и неразборчивые жалобы.

— Не мне тебя выручать, мужик, сам в беде,,, — вздохнул Шрам и пошел дальше.

Может быть, и Паля, и Факер, и даже Червь однажды вернулись от ЧАЭС вот такими дрожащими, не помнящими себя? Скорее всего, так. Сломанные люди, отработанный материал, годный для робкой жизни лишь у самого кордона, без малейших шансов выбраться. Если бомжу повезет — он минует аномалии и выйдет хотя бы к Клоуну, тот приютит. Ведь он и сам однажды может оказаться в таком положении.

«И со мной может такое случиться. С каждым из нас!»

Шрам почти физически почувствовал укол совести в самое сердце. Вернуться, отвести бомжа хотя бы в какой-нибудь подвал?

В следующий миг кто-то повис у него на спине, обдал вонью, грязные холодные руки потянулись к горлу. Присев, Шрам рывком перебросил зомби через голову и хладнокровно пристрелил. Нет, это был не бомж, этого Зона сожрала целиком.

Когда детектор в очередной раз защелкал, Шрам понял, что пора остановиться.

Солнце уже клонилось к закату, а в лабиринте аномалий все чаще приходилось возвращаться, чтобы отыскать новое направление, по которому можно будет пройти еще сотню метров.

Отшвырнув ногой попавшуюся крысу. Шрам вошел в подъезд многоэтажного дома, выглядевшего еще крепким, и поднялся по лестнице на третий этаж. Почти все двери оказались выбиты, а единственная на площадке, оставшаяся на петлях, -распахнута. Он зашел в чужую квартиру, и не без труда повернул головку проржавевшего замка. Плохая защита лучше никакой,

В прихожей стоял шкаф с треснувшим зеркалом. Шрам наконец-то рассмотрел себя и присвистнул. От основания носа к виску тянулся тонкий, но отчетливый рубец, на лбу — рваная рана, покрытая запекшейся кровью, ухо распухло, мочка чуть надорвана.

— Красавец, — кивнул своему отражению Шрам.

В ответ из комнаты донесся словно чей-то вздох, тут же что-то упало, запрыгало по паркету. Одной рукой направив в сторону возможного врага автомат, левой Шрам попробовал открыть замок, но сил не хватило. Между тем в другом конце полутемного коридора появился толстяк с сильно оплывшим, жирным лицом. Висящие щеки, подбородок и… висящие же надбровные дуги.

— Быстро скажи, как тебя звать, если хочешь, чтобы я тебя за человека держал!

Шрам прихватил автомат обеими руками, прицелился. Толстяк вздохнул и сделал шаг вперед. Теперь стало видно, что он никак не может быть человеком, но сделать Шрам ничего не успел.

Будто близким взрывом его швырнуло на пол. автомат вылетел из рук. Шрам протянул руку, но оружие вдруг взлетело в воздух. Мелкий мусор, обрывки бумаги и осколки стекла — все это беспорядочно кружилось по полу. Толстяк уверенно двинулся к жертве.

— Ах ты, дрянь…

Вот когда пригодился дробовик, висевший на ремне. Чтобы схватить его, вскинуть и выстрелить прямо в лицо мутанту, потребовалась доля секунды. Отчего-то выстрел не нанес толстяку ни малейшего ущерба, а ствол дробовика потянула вниз какая-то страшная сила.

«Вот и конец!» — успел понять Шрам, отпуская оружие и хватаясь взамен за «браунинги».

С двух рук из пистолетов он стрелял первый раз в жизни, но на таком расстоянии да по крупной мишени промахнуться было трудно. И все же больше половины пуль прошли мимо. Наконец мутант покачнулся, не дойдя до Шрама какого-то метра. Хоровод мусора на полу замедлился, почти прекратился, и человек снова прыгнул к автомату. На этот раз оружием, удалось завладеть.

Некоторые из тридцати выпущенных зарядов все же достались мутанту, остальные попали в стены и даже потолок. Каким образом это происходит, времени разбираться не было, потому что мутант не падал, а более того, пытался подступить к Шраму вплотную. Его остановил. только второй рожок, тоже наполовину доставшийся стене, а вот из третьего почти все пули нашли цель. Наконец мутант рухнул на спину.

— Вот урод. — покачал головой Шрам и, опасливо покосившись в сторону так и неразведанных комнат, открыл входную дверь, чуть было его не погубившую.

Выглядел мутант ужасно. По обтрепанной форме было заметно, что когда-то он был человеком, возможно, даже солдатом. Но Зона забрала его себе.

— На зомби ты никак не тянешь…

Шрам склонился над трупом, чтобы хорошенько его рассмотреть, и тут же получил сильнейший удар в челюсть. Толстяк опять попытался встать, и тут уж Шрам, наученный горьким опытом, не успокоился, пока пули не разнесли череп противника. Потом он быстро прошел по квартире, но никого больше, к своему облегчению, не обнаружил.

«Если бы их было двое — не отбился бы… — Шрам с тоской потер челюсть. Рот с трудом открывался, но есть от этого меньше не хотелось. — А ведь ты бы меня сожрал, тварь!»

— Эй!

Шрам отскочил за шкаф, наставил на дверь автомат, но пришелец не торопился входить.

— Эй, есть кто дома?… Я с добром!

— И что за добро?

— Ага! Прикончил, значит, бюрера? Молодец, мужик! Слушай, дело у меня к тебе! Пустишь?

— Если один, входи.

Дверь медленно отворилась. На пороге стоял, широко улыбаясь щербатым ртом, худой рыжий человек. Он был одет в зеленый комбинезон, явно с чужого плеча, в опущенной руке — «узи».

— Я — Кварк. Приключения у меня недавно неприятные произошли, вот. застрял здесь. Хотел тебя предупредить о бюрере. но не успел. Я хожу-то не очень… — Он показал зажатую в другой руке палку. — Перелом, то ли не срослось еще, то ли срослось как-то нехорошо… Пойдем ко мне?

— Куда?

— Я на крыше обосновался. Далеко видно, аномалий нет, твари почти не приходят. А если что — три подъезда, три выхода, всегда с ненужными гостями можно разминуться! — Кварк захихикал, но как-то неестественно. Очень уж старался понравиться. — Тебя как звать?

— Шрам. Как же ты тут застрял?

— Да шел, понимаешь, по одному делу… Ну, и налетел на излома. Тоже, знаешь ли, малоприятно… Отбился, ушел, но патроны почти кончились. Потом еще вышла история, ну что я буду рассказывать? Дополз сюда ни жив ни мертв, отлежался, почти вылечился. Но патронов нет, а куда же мне тогда идти? Брат, поделись боезапасом. Назначай цену.

Шрам опустил оружие. Все же Кварк не стал устраивать засаду, а ведь мог попытать счастья.

— Идем к тебе. Показывай дорогу.

— Хочешь, я тебе автомат отдам? — Кварк протянул «узи». — Спокойнее будет о делах говорить.

— Правильно мыслишь, молодец.

Подъем наверх занял немало времени, Кварк едва ковылял. Зато лежка у него оказалась действительно неплохая — не на самой крыше, дырявой и прожженной, а на чердаке, причем попасть в это помещение можно было лишь через пролом, сверху. Тут оказалось довольно чисто, в углу — стопка матрасов, в крохотное окошко прекрасно видна та самая улица, по которой пришел Шрам.

— Хорошо устроился, — одобрил он.

— Толку-то? — вздохнул Кварк. — На ногу толком не ступишь, пальцы на правой руке тоже почти не шевелятся. Куда уйдешь? Я бы попробовал, да место глухое, аномалий полным-полно. Нет у меня детектора… Ты есть будешь?

— Было бы очень кстати. Вода есть?

— В баке.

Кварк кивнул на стоявшую в углу канистру.

— Спускаюсь время от времени, тут недалеко есть озеро. Кипячу… Пока жив, как видишь.

— Ну, значит, и я выживу, — предположил Шрам. — Вроде в рюкзаке есть таблетки обеззараживающие, как раз для очистки воды. Если я. конечно, правильно разобрал.

Еда разнообразием не баловала: только мясо. Пресное и холодное, зато мягкое. Проглотив сразу пять маленьких бифштексов, Шрам наконец задумался, откуда они взялись.

— Крысы, — спокойно пояснил Кварк. — Ты ешь, мяса много. Я их наловчился камнями бить, патронов лишних нет. А с воронами сложнее, да и что — ворона? Одни перья.

— Это верно, — кивнул Шрам. Он пытался отыскать в себе прежнюю брезгливость, но ее будто и не было никогда. Пришлось продолжить трапезу. — Так по какому делу и куда ты шел?

— Шрам, браток, я на такие вопросы не отвечаю, уж извини. У каждого из нас за спиной немало, верно? Если бы я сейчас куда-то шел, просил помощи, то другое дело. Но все уже в прошлом… — Кварк немного загрустил.

— Ну хорошо. Тогда расскажи мне о той твари, которую я убил. Ты назвал его бюрером.

— Впервые столкнулся?… -Кварк тоже взял кусочек, закинул в рот. — Ты славный малый, Шрам, многие не едят, пока хозяин не попробует. Ха-ха! Да… Но я мясо вывариваю, долго, а потом кромсаю ножом и леплю вроде как котлеты, а потом… Ну, не важно. Соли не хватает, почти кончилась у меня соль. Теперь никогда не пойду на ходку без хорошего запаса. Так вот, бюреры… — Он прищурился, видимо взвешивая, стоит ли говорить. Потом кивнул сам себе, будто решился. — Нехорошая история с бюрерами, странные слухи. И есть у меня подозрение, что не слухи это.

— Что же говорят люди?

Шрам закончил с трапезой, решив не набивать живот до отказа.

— Говорят, что бюреры появились не сами по себе; Одежда на этих жирных тварях форменная, заметил? Я сам общался когда-то с парнем, который утверждал, что такое обмундирование получили заключенные, согласившиеся на предложение научников. Те собирались поставить какой-то эксперимент, а взамен предложили зэкам скостить оставшиеся сроки. Многие пошли на это, и вот — оказались здесь.

— Что ж они, одних толстяков набирали? — хмыкнул Шрам. — Не думал, что в тюрьмах таких много. Не смейся. Целью эксперимента было развитие телекинетических способностей. Ну и как ты думаешь, получилось?

Шрам припомнил, что за слово такое — «телекинетических».

— Предметы он двигал. Оружие выбил у меня из рук, да и самого швырнул неплохо.

— Вот! — Кварк торжествующе поднял палец. — Давай-ка, кстати, я тебе лоб перевяжу, да и ухо… Только зашивать не умею, извини. Так вот, эксперимент почти удался. Скажу по секрету, бывал я в одной лаборатории… Шрам, похоже, что эти слухи — правда.

— Но это значит, что правительство имеет доступ в Зону? И они что, вообще, другого места не нашли — эксперименты ставить?

— Не правительство, а правительства, — поправил его Кварк. — Другого места, значит, нет. Или, может быть, оно специально создано, вот это место? Зона? О, брат, многое приходит в голову там, у ЧАЭС. Да и сами научники — ну кто их финансирует? Частные спонсоры, фонды? Чушь. Впрочем, не будем об этом. Ты ведь знаешь, что об этом не надо говорить?

— Нет.

Погон сказал бы «да, конечно!», но для Шрама стало важно не казаться, а быть. Хватит странствовать в тумане.

— Так знай, — просто ответил Кварк. — Я тут в одной квартире клад нашел, веришь? Смотри.

Он проковылял в угол и принес тряпочку, бережно развернул.

— Табак! — восхитился Шрам. — Спасибо.

— С бумагой неважно, — вздохнул Кварк. — А это кто-то припрятал, за батарею.

Мне почему-то думается, что какой-нибудь дед. Жил он себе спокойно со своей бабкой, самосад покуривал, а потом сердце у него стало прихватывать. Бабка и запретила ему курить, а дед спрятал запас.

— Или бабка его запас спрятала.

— Или бабка… — Кварк бережно оторвал от пожелтевшей газеты полоску, показал товарищу, как ловчей устроить самокрутку. — Чтобы склеилась, надо харкнуть. Иначе разваливается, или я просто не умею. Эх, все квартиры обошел — ничего толкового! Все выгреб наш брат. Вот только табак и комбинезон этот, сам-то я в рванье сюда приполз. Кури, бери больше! Теперь экономить не надо, верно?

— Верно, выберемся вдвоем, — пообещал Шрам.

«Как интересно получается: хочешь доверять человеку — разоружи его. Потом можно сидеть, болтать… Жаль, что самовара нет или, еще лучше, водки. — Сердце у Шрама билось ровно, спокойно. — Новый знакомый ему в целом нравился, но не более того. Слабоват. Чересчур откровенен. Немного лебезит. — А ведь бывал в местах по-настоящему страшных, и голова работает. Один куда-то шел… Наверное, Зона тебя измочалила, Кварк».

— Выберемся, конечно! — продолжал болтать хозяин. — Видишь, темнеет… А завтра можно попробовать до «Сталкера» добраться. Я надеюсь там парочку должников встретить, если живы. Ты бывал в «Сталкере»?

— В баре? Нет, — качнул головой Шрам. — И не спешу. Кварк, у моста нас могут ждать неприятности от «Монолита», и не только. Я, конечно, могу тебе дать пистолет и пяток обойм, иди сам… Но подумай: ни патронов к твоему «узи», ни лишнего детектора у меня нет.

— Это верно, — закусил губу Кварк. — Детектор… Я здесь с болтом на веревке бродил, как маленький. «Браунинг» — хорошая машинка, но мне бы… — Он кинул короткий взгляд на дробовик, но ничего не сказал. — Куда же ты собираешься?

— Я собираюсь найти укромное местечко.

— Не в ту сторону идешь! — хохотнул Кварк,

— Я знаю, но так уж вышло. Может быть, подскажешь, куда лучше отправиться?

— Учти только, что назад дороги нет.

Кварк выглянул в окно.

— Зомби… Идут и идут, все в одну сторону. Два или три проходят здесь почти каждый день. А иногда… Ты когда-нибудь слышал о собаке Чернобыля? Или черной собакой еще называют эту тварь.

— Я ее видел, даже убил, — усмехнулся Шрам. — Так куда мы пойдем завтра? Подсказывай.

— Туда, где я едва не остался без головы. К Госпиталю, а уж там развернемся обратно к бару, другим путем.

Плечи у хозяина лежки поникли, голос стал тихим.

«Похоже, я прав: Зона тебя обломала, — сделал вывод Шрам. — Что ж, за спиной проследишь, ты ведь больше смерти боишься один остаться. Если бы не я — так бы и сдох здесь, не решился выйти».

— Излом, надеюсь, покинул то кладбище.

— Кладбище? — Шрам разложил оружие поудобней и стянул из кучи верхний матрас. — Кладбище — это жутко! Спать пора. Подежуришь, Кварк?

— Да. Я сейчас самострел настрою, привык уже, пока один жил. Можно взять дробовик?

— Бери.

Шрам свернул еще одну самокрутку и с интересом наблюдал, как Кварк протягивает проволочку и нацеливает оружие на пролом в крыше. Хорошая мысль -можно и не дежурить, оба выспятся.

— А не придет бюрер? Боюсь, хана тогда нам, и дробовик не поможет.

— Бюреры не любят подниматься наверх, им подвалы по душе, — отозвался Кварк. — Этот почему-то на третий этаж забрался, будто тебя ждал. Нет, бюреры не придут.

— Расскажи про излома.

— На ночь? — нервно усмехнулся Кварк.

— Да, люблю страшные сказки: про кладбища и про изломов.

— Слушай. Откуда они взялись, никто не знает. Даже предположений я не слышал. Дело в том, что излом — ну совсем как человек. Бомж какой-нибудь или даже просто сталкер. Оружия только не любит… Излом не кидается в лобовую атаку, он лучше спрячется и будет ждать удобного момента. Если увидишь его, поговорит с тобой, закурить попросит… — Кварк помолчал, глядя на тлеющую в руке самокрутку. — Безобидный такой горбатый бродяга, в плаще. Ты поговоришь с ним, потом отвернешься, и… У него одна рука… А может, и не рука — я не рассмотрел, чем он меня ударил. Если хочешь, покажу шрамы на спине. В общем, это не оружие, у него какая-то особенная конечность, очень сильная. Ею и бьет… — Кварк передвинул поближе «узи», даже погладил. — Это страшно, Шрам. Человек — и не человек вовсе. Твой бюрер хоть молчал, да и по роже видно, кто он такой. Излом — совсем не то. Мы встретились у кладбища, у меня тогда была карта, и я хотел сократить путь. Могилы почти все провалились, идешь, а вокруг ровные ряды ямок.

Ровно все, крестов нет. Смешно, но мне и в самом деле стало жутковато! — Он коротко рассмеялся. — Сталкер испугался мертвецов, надо же. Я даже обрадовался, когда встретил излома. Сперва думал, что это зомби… Потому что он могилы разрывал.

— Зачем? — удивился Шрам.

— Наверное, кости искал, оголодал. Он со мной заговорил, позвал. Стал еды клянчить, ну, я и дал сухарик. Сигарет не дал, мало оставалось. Попрощались, пошел прочь, и тут… Если бы он не испугался, когда я начал стрелять, — конец мне.

— Ты не убил тварь?

— Нет, он стал ползать вокруг, по этим могилам. Там не холмики, а ямы, понимаешь? У меня нога сломана, спина ободрана, голова разбита, тошнит. Я почти сутки от него отбивался. Потом выполз наконец с кладбища и нарвался на кровососа, потратил патроны. Еще были истории… Все как обычно, но я ведь идти не мог. Детектор потерял, почти все оружие. Ты спи, Шрам, я подежурю. Я привык.

«На жалость бьешь? — подумал Шрам, закрывая глаза. — Ничего, мне от этого ни холодно ни жарко. Хотелось бы только, чтобы ты сообразил: я тоже привык просыпаться от шороха».

Категория: Алексей Степанов - Дезертир | Дата: 10, Июль 2009 | Просмотров: 481