КАША — 7

Зря Каша думал, что следы присутствия человека на этой злой земле сотрутся быстро. Толстые стены завода стояли непоколебимо, не собираясь поддаваться натиску скудной растительности средней полосы. — Просто крепость! — удовлетворенно сказал он. — Ты еще «Росток» не видел. Ну и еще кое-что… -Паля потрогал рукой глухую двадцатиметровую стену. — Это так, бывшее пустячное производство. В цеха соваться не советую — на будущее. Там… В общем, всякой дряни там хорошо. Ну и на крыше тоже. Но здесь мы можем переночевать, если только никто не будет сверху кирпичами кидаться. Он задрал голову, изучая далекий край крыши. Тут же и Каша перестал чувствовать себя в безопасности — стена-то глухая, длинная и высокая, но сверху они как на ладони. Он осмотрел пространство, прежде, видимо, отведенное для автотранспорта. И сейчас кое-где виднелись ржавые остовы машин. В стороне чернели следы пожара, выкосившего, наверное, целую улицу, дальше начинались обычные, поросшие травой развалины. — А свежий зомби из гранатомета не шарахнет? — Если он у него есть, — уточнил Паля. — И если сможет прицелиться. Все может быть, в Зоне странного не бывает. Лысый сел, бессильно привалившись к стене. Снять рюкзак он и не подумал, пришлось Каше самому расстегивать лямки. Наскоро перекусив сухарями и холодным чаем, заботливо упакованными для них покойным Червем, люди притихли. Откуда-то донеслась сухая трещотка «Калашникова», но Паля даже не вздрогнул. — Не мы одни тут, — пояснил он. — Это места Клоуна, да и не только его. Значит, на ночь устроимся так: ты дежуришь до рассвета, потом будишь меня. Ночью: в никуда не стрелять, если кто приблизится — сперва будить меня, потом стрелять по моей команде. За Лысым следи, мало ли что. Вот и все. — То есть как — до рассвета? — не понял Каша. — На всю ночь, что ли? — Утром покемаришь. Паля выплюнул сигарету и прикрыл глаза. Так, с закрытыми глазами, он и достал флягу, отхлебнул и поставил рядом с Кашей. — Пей, — сонно сказал он, — но, типа того, дело разумей. Сигареты в моем рюкзаке. Поискав, Каша действительно обнаружил целый блок. — Американские. Как они к нам попадают? С вертолетов сбрасывают, да? — Сообразительный. Они сбрасывают, а мы дальше несем, туда, где вертолетам лучше не появляться… — Почему? — Потому что потому. Потому что кто-то этого не хочет, раз уж у тебя сообразительность кончилась. — Паля медленно сполз по стене, лег на бок и подтянул здоровую ногу. — Все, тишина в эфире. Каша старался не налегать на фляжку: там оставалось не так уж много, а нервы были на пределе. Лысый спит, Паля спит, а он должен охранять обоих ночь напролет — ну и дела! Однако что Каша мог сделать? Убить его Паля, наверное, не убьет, хотя как знать. Но в драку с одноногим Каша влезать боялся. Ведь сразу схватится за нож — и что тогда? Если одолеет Каша, то, получится, он.будет главным. Куда тогда идти, зачем? «Тюрьма какая-то опять, — думал он, нервно поглядывая на заходящее солнце. — Уж скорей бы темнота. Бог не выдаст, свинья не съест, продержимся до рассвета. А вот потом надо будет все-таки поговорить с Палей. Кто мы друг другу — партнеры, друзья или враги? Хотя какой разговор с этими психами, обрубками Зоны — у Червя все были как друзья, а потом минута, и поубивали друг друга». Постоянно хотелось курить. Пряча огонек сигареты в кулаке, Каша тянул одну за другой, поводя стволом автомата на ночные звуки. Их было много: шуршание гонимого по площади свежим ветерком мусора, далекие выстрелы, чье-то сдержанное рычание. Все по сторонам, без прямой угрозы людям. Но как хорошо было бы оказаться сейчас на блокпосту, имея за спиной свободную от демонов Зоны землю и огромный боезапас. Пали на любой шорох! — вот девиз спецбатальонов. Каша убежал от этого, убежал от детских опасностей и оказался среди опасностей настоящих. Глаза слипались. Немного легче стало, когда показался месяц. Погода стояла ясная, на площади Каша теперь мог различить какие-то фигурки. Волки? Псы? Кабаны? Еще какие-нибудь твари? Пистолеты он положил рядом с собой, чтобы не терять время на вытаскивание из кобуры. «Фонарика не дал, гад! — вспомнил Каша. — И правильно, что не дал: еще света не хватало. Никакого огня, никакого шума. Нас нет». Он почти привык к зловещей ночи Зоны, к шумам, перестал вздрагивать, когда глаз различал в полутьме движение. Но когда в очередной раз позволил себе глоток из фляги — вроде бы виски, -вдруг увидел людей. Именно людей, а не мутантов. Четверо стояли почти на середине площади, развернувшись в разные стороны. Каша даже слышал их негромкие переговоры. — Паля… — едва слышно выдохнул и похлопал спящего проводника по ноге. — Паля, смотри… — Не двигайся, — донеслось до него. — Молчи. И Каша испугался до дрожи. Испугался этих людей больше, чем всех чудовищ Зоны, вместе взятых. Может быть, Мачо все же послал за ними вдогонку своих людей? Каша не мог себе представить, как они осмелились передвигаться ночью, но мало ли чего он не мог себе представить! Люди между тем о чем-то договорились, перестроились в караван и пошли, пересекая площадь с юга на север. Каша тихо выдохнул, расслабил палец на крючке автомата, но именно в этот момент Лысый, до того спавший как младенец, вдруг всхрапнул. Это прозвучало на затихшей площади словно гром. Незнакомцы как по команде упали на одно колено, ощетинились стволами во все стороны. Теперь они были ближе, и Каша мог различить какую-то насадку на голове у ведущего. — Не стреляйте! — громко сказал Паля. Снова перестроение. Теперь незнакомцы упали на землю, раскатились в стороны. Мы нейтралы! — повторил проводник, по-прежнему не двигаясь. Лысый всхрапнул снова, даже пробормотал что-то. — Какие еще нейтралы? — донеслось с площади. — Любые. Ты только не стреляй. Тишина, потом негромкие переговоры пришельцев и шорох. — Встаньте, все. Оружие положите на землю. С поднятыми руками десять шагов вперед. — Действуй, Каша, — распорядился Паля. — И разбуди этого идиота, тащи с собой. — Кто это? — тихо спросил Каша, толкая Лысого. — Их вроде четверо. — Да хоть бы двое, не справимся. И потом, чего ради? Мы им не враги, это не группировка. «Что за группировка?…» — хотел бы разузнать Каша, но его товарищ, кряхтя, поднялся на ноги. Паля первым перешагнул через рюкзаки и широко поднял руки. Лысого действительно пришлось тащить: со сна бомж не желал понимать, что происходит, только блеял что-то жалобно. Сбоку ударил свет — кто-то из незнакомцев успел отползти в сторону, теперь все трое стали легкой мишенью. Но выстрелов не последовало, рядом оказался человек. Высокий, в камуфляжной бандане, незнакомого типа автоматом в руках. — Кто старший? — Я, — Паля помахал поднятыми руками. — Несем груз от Червя к Клоуну. Детекторы, аптечки, батарейки, гравиперчатки, еще кое-что по мелочи. Человек зашел им за спины, быстро покопался в рюкзаках и принялся ощупывать задержанных. Кинжал Каши покинул ножны, помятая зажигалка почему-то тоже показалась обыскивающему опасной. — Этот, в пальто — нормальный? — Нормальный, только мало что соображает. Обожгло его. — Выброс пересидел где-нибудь в стороне? — хмыкнул незнакомец. — Отбой угрозы! Сюда все. Перед тем как погас свет, Каша успел заметить презрительную гримасу проводника. Паля явно оказался невысокого мнения о командире странной четверки. — Сами-то вы кто? — спокойно спросил проводник. — Клоуна люди или как? — Мы сами по себе. Сможешь к нему отвести? — Конечно, всемером доберемся. Тут недалеко… Сесть можно? Одноногий я. — Садитесь к стене. Диск и Рыжий, приглядывайте за ними и по флангам. Док, здесь не опасно переждать до рассвета? — Безопаснее, чем идти. Тот, кого назвали Доком, присел рядом с Кашей, прямо на рюкзак, спиной к площади. Нагнулся, подцепил пальцем «Форт», ощупал. — У меня такой же был, — проговорил он хриплым говорком. — Поначалу. Так себе, но лучше «ПМ». Сменяй или продай. — Я… Я не знаю… — промямлил Каша. — Пусть проводник решает. — Проводник? — Док похлопал Кашу по плечу. — Сам ходить не можешь? Бедняга. Ну ничего, я тоже проводник. Мы луг все, по-вашему, проводники. — Это что значит, Док? — спросил старший. — Это значит, что без своего приятеля парень шаг ступить боится. Психическое… Обычное дело в Зоне… Этот — вообще бомж, окурок, а не человек. Оружие давать нельзя. Ну, а ты… — Док закурил, отсвет зажигалки на миг высветил полное, заросшее рыжей щетиной лицо. — Ты кто будешь? — Человек без прошлого, — хмуро, с ленцой отозвался Паля. — И без будущего. Оружие отдадите? — Утром, — решил старший. — Если не будешь юродствовать. Вы стреляли около фермы? -Нет. — А откуда шли? — Не твое дело, извини. От Червя к Клоуну, я же сказал. Зачем подробности, если ты Червя не знаешь? Если по пути — провожу. Наступила довольно-таки напряженная тишина, Каша почувствовал, что старший этих людей сейчас пытается принять решение. Настоять на своем — или простить дерзость пленника? Голос старшего выдавал в нем человека, привыкшего командовать. — Ты его не терзай, Ворон, — посоветовал Док. — Человек к Клоуну идет — вот и отлично. Пусть и идет себе дальше первым, а мы в кильватере. До червей нам дела нет. — Может, я сейчас хочу пойти! — В голосе Ворона зазвенела сталь. — И без него. — Ночью ходить — только патроны без толку тратить, я же предупреждал! — начал заводиться и Док. — Риска до фига, а продвигаемся еле-еле, от каждой тени шарахаемся. Сам только что решил заночевать — так не передумывай. Утром разберешься с ним. Слышь, земляк, как тебя звать? На Кашу и Лысого, похоже, совсем перестали обращать внимание. Бомж уже свернулся калачиком и затих. — Паля, — спокойно ответил проводник. — Разбираться со мной не нужно, я давно сам с собой разобрался. У твоей ноги моя фляга стоит, дай, если что-нибудь осталось. Док поплескал жидкостью в сосуде, понюхал и, прежде чем отдать флягу, приложился к ней сам. — Это еще что?! — Ворон, похоже, видел и в темноте. — Спокойно, старшой. Для проверки… — крякнул Док, утирая рукавом губы. — Короче, мы встретили чужой караван. Редкость. Груз, конечно, можно забрать, только зачем он тебе сейчас? У Клоуна можешь купить, он первый барыга в этих краях. Червь — еще какой-нибудь торгаш, помельче. Не влезай в чужие разборки. И этих лучше не трогать -шли и пусть идут. Паля, а зачем ты бомжа тащишь? Или тут прибился? — Рюкзак надо кому-то нести? Пускай прет, пока здоровья хватает. — Паля допил остатки виски и заворочался, устраиваясь на ночлег. — Извините, ребята, но без оружия нам глаза мучить ни к чему. Спи, Каша. — Может, я тоже прилягу? — тут же предложил Док, ставший Каше уже симпатичным. — До рассвета далеко. Прежде чем ответить, старший выдержал паузу, -видимо, для пущего авторитета. — Ложись. Рыжий, отбой. Разбужу через пару часов. Каша положил тяжелую голову на собственное плечо и почти мгновенно уснул. На душе у него стало спокойнее: эти люди походили на нормальных более всех, прежде встреченных им в Зоне. Ворон — так тот вообще словно офицер из спецбатальона, такой же дурак. Будто мирной жизнью пахнуло, хотя по сути это была лишь пороховая гарь фронта. Но фронт — не тыл врага, в конце концов.

Категория: Алексей Степанов - Дезертир | Дата: 10, Июль 2009 | Просмотров: 439