Глава пятнадцатая — Другая правда

Знаете, как болит голова после перестрелок и погонь? Ужасно. Просто невероятно. Кажется, будто по затылку стучат отбойным молотком.
Сейчас ощущение было примерно то же. Я сидел на перевёрнутом ящике посреди двора, глядя, как Военные сталкеры запирают ворота и расставляют посты.
Я снова выжил. Я выкарабкался из такой ситуации, из которой выхода попросту не было. Но как? Зона спасла? А может, я просто настолько удачлив? Нет, в этом точно нет и доли правды.
Я прервал размышление, глядя на подошедшего Ворона.
–Удивлён, что я согласился? — Он глубоко вздохнул. — Презираешь меня теперь? Думаешь, я к военным заделался?
–Мне плевать, почему ты за это взялся. Отреагировал я. — У меня сейчас от других забот голова трещит…
–А я тебе скажу, почему… — Ворон яростно рубанул руками воздух. — Заречный меня к стенке припёр…
Говорят, информация — это великая сила. Не в тех руках знания могут перевернуть мир. А в тех руках, и вовсе развеять его в прах. Существуют люди, которые умеют использовать информацию на полную катушку, и, как я понял, генерал Заречный был из их числа. Получая необходимую информацию о человеке, он ловко обращал даже безобидные данные против жертвы.
–Каким образом? — Изумился я реплике Ворона.
–Узнал мой рейтинг по системе жизнеобеспечения… — Сталкер замялся.
–И?
–И прижал меня к стенке.
–Понятно. — Я кивнул. — Значит, ты поведёшь его к «Авалону», в центр, куда он так мечтает попасть?
–Возможно. — Ворон кивнул. — Но на Агропроме генерал потерял слишком много людей, и сейчас поход к «Авалону» может затянуться.
–Он пойдёт. — Уверенно сказал я. — У генерала на этом крышу сорвало.
Ворон пожал плечами. Похоже, он не был так уверен в том, что генерал настолько сильно жаждет попасть к загадочному испытательному комплексу военных. Ему хотелось, чтобы Заречный отказался от этой авантюры, но в зоне желания сбываются только у Монолита.
Говорят, больше всего войну ненавидят солдаты, а зону — сталкеры. Вот и сейчас в глазах Ворона отражалась безысходность и злоба. Он никогда не стремился к центру, а недавний поход к монолиту слишком многого ему стоил. Да и шел он по приказу. Вот только теперь всё могло повториться.
–Я бы никогда не пошел на это по своей воле. — Проговорил сталкер, направляясь к основному зданию.
Я знал, что он говорил правду.

Мои мысли были прерваны вновь, когда рядом со мной на ящике уселся Военный сталкер Федотов. Он глубоко вздохнул, и проговорил:
–Ты знаешь, я на это дело не подписывался. Мне пришлось…
Я криво усмехнулся. Что же все меня сегодня принимают за проповедника? Пришли покаяться в своих грехах? Пожалуйста. Я закивал.
–Так вот, меня Заречный заставил.
–Не ты первый мне это говоришь. — Прокомментировал я его слова, и развернулся, глядя на двор комплекса…
Здоровяк в сером комбинезоне и зелёном разгрузочном жилете вышел на середину двора, и подозвал к себе двух Военных сталкеров.
–Товарищ полковник? — Один из сталкеров, с наброшенным на плечо винторезом вытянулся по стойке смирно перед здоровяком.
–Соорудите-ка, ребятки, посадочную площадку. — Скомандовал офицер, и развернулся ко второму сталкеру, который толи забыл его поприветствовать, толи намеренно проигнорировал. — Тебе всё ясно, боец?!
Боец был на две головы ниже офицера, и, когда над ним словно гром над зоной пророкотал бас офицера, сглотнул, и что-то тихо ответил, тоже встав по стойке смирно.
–Выполнять! — Рявкнул офицер, и бойцы разошлись в разные стороны двора, держа в руках сигнальные шашки, искрящие бело-розовыми отблесками, и источающие багровый дым.
Вскоре оба бойца скрылись за клубами дыма, и я перевёл взгляд на офицера. Очень любопытный персонаж. Офицеру было около пятидесяти. Его поседевшие волосы были коротко стрижены, а лицо опутывала сеточка морщин.
–Кто это? — Спросил я собеседника.
–Полковник Пилотов. — Ответил сталкер. — Второй человек в этом рейде. Он служил с Заречным в спецназе, а потом старик переманил его к себе.
Я оглядел полковника с ног до головы. К кожаному ремню, перетягивающему шарообразны живот, был пристёгнут ещё один ремень, по обе стороны которого было размещено по кобуре с длинноствольными пистолетами. Они находились на уровне рук, так что, полковник мог ловко выхватить оба пистолета, подобно ковбою из старых фильмов.
Разгрузочный жилет тоже был не прост. Поверх мутно-зелёной ткани было нашито около десятка дополнительных карманов, ткань которых была намного светлее. В этих карманах он держал не обоймы для висящего за спиной калаша, а тонкие пластинки, отдалённо напоминающие медицинские средства. Даже автомат у этого бойца был не простой. Подствольный гранатомёт, лазерный указатель, снайперский прицел со стабилизатором и десятикратным зумом — всё в автомате выдавало, как говорил Стекольщик, рабочую лошадку десантника. Два магазина, смотанные вместе чёрной изолентой, присоединённые к калашу, дополняли картину.
–Шевелитесь! — Закричал полковник.
Солдаты опустили сигнальные огни, образовав ими квадрат в центре двора. Видимо, туда собирался сесть вертолёт с подкреплением. Но винтокрылой машины пока видно не было, зато с юго-запада слышались длинные пулемётные очереди.
–Наши. — Сказал собеседник. — Некоторые сектанты с зомби на Агропроме оставались, вот они этих гадов и крошат.
Он затянулся, вдыхая сигаретный дым.
–Круто всё повернулось. — Проговорил я, чтобы хоть как-то поддержать беседу.
–Ещё как. — Федотов кивнул. — Но я предполагал что-то подобное. В зоне ведь всегда не слава богу, а тут и вовсе…
–Да. — Я запрокинул голову. — А что там за разговоры про снайпера?
–Да это так. Полковник якобы видел на Агропроме какого-то снайпера. Не мародёра, а нашего, из спецназа.
–То есть?
–Ну, то есть, того, кто раньше в спецназе был, потом в сталкеры подался, а потом не в «ВС» пошел, а к Шиве или Стеценко. Хотя все эти Шивы и Стеценко одна шайка.
Я молча протянул Федотову флешку, найденную при Вовчике.
–Это что?
–Просмотреть надо.
–Сделаем. — Военный сталкер покопался в ящике с отнятым оружием сектантов, и выудил оттуда ПДА. Внешне миникомпьютер мало отличался от моего. Вот только к устройству был прикреплён USB-адаптер, к которому крепилась белая флешка.
Я сразу понял, что это ПДА Стекольщика. Приняв из рук Федотова миникомпьютер, я принялся щёлкать по интерактивным клавишам, а когда открылся текстовый файл с наименованием «Зорро», присвистнул.
–Что там? — Федотов с интересом поглядел через моё плечо.
–Здесь. — Я указал на флешку Вовчика. — Много всякой полезной информации, включая записи о том, кто проплачивал все акции группировки вроде атаки на колонну. Вдобавок тут есть один документ, который наш фантазёр Шива обозвал «Зорро».
–Что за «Зорро».
–Так они называли человека, который стоял за заказчиком.
–И кто же этот таинственны заказчик?
Я глубоко вздохнул.
–Тебе лучше не знать, как его имя. — Но ты его часто видишь по телевизору.
–Президент США?
–Близко. Очень близко. Только не президент, и не США.
–Так просвети меня, кто он.
–Позже. — Я указал на экран ПДА. — Здесь кроме заказчика компромат на всех, кто ввязан в это дельце. Слышал фамилию Лютер?
–Это тот, про которого Пилотов на дороге говорил?
–Да. Так вот полковник Джеймс Раймон Лютер завяз в этом бизнесе по уши. А так же куча других офицеров. Здесь разве что Пилотова и Заречного нет. А вот это самое интересное.
Палец коснулся экрана напротив надписи «рыцари круглого стола — СТРАЖИ».
–А это ещё кто?
–Вот и я не знаю. Тут есть много разных имён, и напротив каждой клички номер. Например,
Под номером десять здесь значится некто Хрусталь. Такого я в зоне вообще не видел. А вот ещё один — номер седьмой. Кличка Линк. Ему наш заказчик, оказывается, выплачивал в прошлом месяце премию в размере ста косарей русских долларов.
–Ничего себе деньги. — Федотов присвистнул. Так кто эти рыцари?
–Наверное личная гвардия вашего дорогого Кардинала Стеценко. А вот смотри: Филлипов. Кличка «Франклин». Записан как стукач и помощник.
–Франклин с седьмой отметки?
Я кивнул.
–Да тут таких имён столько, что запаришься читать. Я тебе сейчас зачитаю самые часто встречающиеся: Шериф, Шива, Стекольщик, Вовчик, Сет, Харон, Талиб, Апостол.
–Не слабо. — Вновь выпалил Военный сталкер. — Значит Стеценко это военный командир, заказчик — денежный мешок. А кто организатор? Адепт?
–Не думаю. — Я отрицательно покачал головой. — Про Хусаинова здесь ни строчки нет.
–Так, ясное дело, они не станут на своего господа бога компроматы стряпать.
–Да тут дело даже не в компроматах. Вот, например на Проклятой топи был лагерь людей Адепта. Там и дорога к центру без препятствий и полный контроль над сектантами монолита, которых те до усрачки напугали. Плюс поля артефактов под боком, которые, кстати, как охраны не стало, исчезли в аномалиях. Вот это хозяева зоны. А Стеценко — не тот уровень. Слишком мелок. Похоже генерал просто хочет занять место у руля, и его поддерживают не последние люди в этом мире. Люди, которым есть что скрывать.
–О-Сознание.
–Ну, знаешь. — Я улыбнулся. — Ты всё к этой кучке учёных не своди. Тут какая-то организация вроде ордена масонского работает. Ты же понимаешь, как круто тут всё завязано. А сафари — пыль в глаза. Так что я не думаю, что Адепт с ними. Хотя, они ищут на него выход, и он на них тоже. Такой тандем получится, что все удивимся. Кончились шутки, Федотов. И…
Я замер на полуслове.
–Что? — Военный сталкер с беспокойством поглядел на меня.
–Как же я сразу не додумался. — Я хлопнул себя ладонью по лбу. — Они же этим сафари прикрываются так же как чёрные с Топи своими гладиаторскими боями.
–И что? — не понял Федотов.
–А то, что пешки вроде Султана и Апостола сменились на Стеценко и Шиву, а основные фигуры, стоящие за всем остались прежними.
От такой мысли мне стало не по себе. Одно дело втираться в доверие к Хозяевам Проклятой топи, а совсем другое — в открытую играть с теми, кто начал эту партию много лет назад.
–Так кто всё-таки этот «Зорро»?
–Зам начальника разведки, генерал-лейтенант Чуприн.
–Ого. — Федотов чуть было не упал с ящика. — Тот самый, который всё по телику выступал.
–Ага. — Я кивнул. — Тот самый. Он с первого января будущего года займёт место начальника разведки, так что ты сам понимаешь, какие фигуры нам известны. И они, я думаю, не самые крупные.

* * *

Стекольщик никогда не верил ни в бога, ни в дьявола. Он сам был дьяволом, и та мысль, что его бояться больше, чем Люцифера, грела душу. Да и кто такой Люцифер? Когда-то давно Стекольщик слышал, что дословно Люцифер переводится как «светыч», надежда человечества, ангел, который предпочёл судьбу отступника. Стекольщик и сам был таким. Всё началось, когда он подрался с командиром отряда. Повод был вполне веский, но это не учли. Стеклов был отправлен в ссылку на периметр только что образовавшейся зоны. Но тогда это не была привычная нам зона, скорее небольшой участок зараженной местности вокруг саркофага. Мутантов тогда тоже было не слишком много, и вояки частенько выбирались в Зону, ища артефакты и прочие ценности.
Это продолжалось три месяца, а потом Зона разрослась. Через неделю снова был выброс, и снова зона увеличилась вдвое. Так седьмая отметка, на которой в то время служил Стеклов, оказалась на переднем крае. После каждого катаклизма к блокпосту рвались всё новые мутанты. Постепенно из тех, кто составлял костяк отряда остались лишь единицы. Такой исход спецназовцу совсем не нравился. Он думал, что попал в рай, но ошибался. И тогда он выбрал жизнь отступника…
Когда начался очередной прорыв, Стеклов выбежал за ворота. С этого началась его жизнь в обличье сталкера. Он как Люцифер променял Рай на преисподнею. Вот только Люцифер, последняя надежда ангелов, стремился всё это время на волю, а Стекольщик был доволен своей судьбой.
Да, а ведь и правда столько параллелей. Надежда армии ангелов предал их, и Стекольщик — надежда седьмой отметки, поступил точно так же. Но последние годы изменили жизнь Стеклова круче, чем он мог представить. Там, за колючкой, он был слугой приказа, а здесь приказы его не волновали. Он был королём, вершил судьбы. Встреча с Адептом зоны упрочила его уверенность на посту карателя. Он был хозяином положения, но всё оборвалось в тот момент, когда вместо хантеров Шивы во двор вбежали Военные сталкеры Заречного. Стекольщик не мог поверить, что всё повернулось именно так. Казалось, сама зона насмехалась над Стекловым, приманивая к спасительным воротам, и тут же убивая последнюю надежду.
–Лежи и не дёргайся. — Голос Военного сталкера, приглушенный из-за фильтров маски, вновь донёсся до Стекольщика.
Он послушно кивнул, но взгляд его был устремлён теперь уже не на конвоира, а дальше, туда, где скрытый от посторонних глаз, поблёскивал его нож. Только бы добраться до орудия, и всё изменится. Сталкер попытался подняться, но Военный придавил его к земле.
–Не рыпайся, я сказал. — Прохрипел он, и Стекольщик вновь подчинился.
Он ждал, как ждёт затаившийся хищник. Ждал, пока про него вспомнят и поведут на допрос к офицерам, или решат запереть где-нибудь. Вот тогда-то он проявит свой актёрский талант, упадёт на землю, дотянется до ножа. А дальше?…
А дальше всё будет гораздо легче…
–Веди его! — Внезапно раздалось с противоположной стороны двора, и Стекольщик улыбнулся.
Конвоир схватил пленника за плечо и поднял на ноги.
–Пошли. — Проговорил он, и ловко защёлкнул на запястьях пленника браслеты наручников.
Стекольщик чуть было не взвыл от досады. Его гениальный план провалился на стадии осуществления. Не справедливо!
–Шагай. — Вояка толкнул пленника в спину, и тот полетел на землю, словно Военный сталкер от души приложил его кулаком.
Перелетев через спину, Стекольщик схватил с земли нож, и прыгнул в сторону конвоира. Мгновение, и серебристое лезвие ножа ударило противнику в горло. Резко развернувшись ко второму конвоиру, Стекольщик перехватил автомат противника и нажал на курок.
Боец вскрикнул, и в следующий момент получил пулю в затылок. В стекло маски что-то ударило изнутри, и через фильтры воздуховода потекли две струйки крови. Второй военный сообразил, откуда ведётся огонь, и повернулся к Стекольщику, но в руке сталкера уже был выроненный им недавно нож. Он выпрямил руку, и в следующий момент военный сталкер упал на траву, так же, как и я сутки назад.
А между тем автомат в руках беглеца вновь зарокотал, и частый стук затвора внезапно начал приближаться.
Полковник и несколько бойцов метнулись навстречу звукам, и я услышал грохот взрыва. А потом дважды хлопнула штурмовая винтовка Стекольщика, и всё стихло. Но я не надеялся, что он погиб. Сталкер просто выжидал момента.
Я выглянул из-за укрытия, и увидел, как полковник Пилотов и трое бойцов медленно приближаются к стоящим в конце двора штабелям ящиков. А потом я увидел Стекольщика. Патроны в его винтовке закончились, или же «G36» заклинило, но, как бы то ни было, Стекольщик отбросил оружие, и выхватил пистолет Макарова. Против трёх «валов» и «калаша» это оружие, на мой взгляд, было бесполезно. Но Стекольщик стрелял на удивление хорошо.
Перекатившись в сторону, он обхватил рукоять пистолета обеими руками, и трижды нажал на курок. Один их Военных сталкеров схватился за колено, и выронил спецавтомат. Этого Стекольщик и хотел. Он перекатился ещё раз, скрывшись за телами убитых, и выхватил из кобуры мертвеца второй пистолет. Тэтэшник удобно ложился в руку, и как только палец замер на курке, сталкер выпрямился в полный рост. Пистолеты застучали попеременно, и ещё один часовой упал на траву, матеря стрелявшего.
Теперь расклад был в пользу Стекольщика. Он перебежками направился к гаражу, и через мгновение скрылся за его стеной. Ни полковник, ни оставшийся часовой не могли его видеть, но, зато, его видел я. Сталкер упёрся ногами о стену, подтянулся, схватился стянутыми в наручники руками за бетонный блок крыши, и перемахнул через стену. С вышки ударила очередь, но стрелок не добился результата. Серая тень беглеца уже маячила по другую сторону поля.
–Троих убил, и шестерых ранил. — Услышал я из глубины двора голос Пилотова. — Может быть мне кто-нибудь расскажет про этого «Рембо»?А снайпер с Агропрома?

Сегодняшний день без сомнения был чертовски тяжел. Рука в месте пореза снова начала ныть, и, вколов себе обезболивающее, я поднялся на крышу.
Говорят, глядя на мир с горной вершины, человек осознаёт, насколько он мал, насколько ничтожен. Примерно то же я ощутил, когда хлопнул стальной люк, закрывающий лаз на крышу, и в лицо мне ударил порыв холодного ветра.
Там, внизу, копошились люди, горели яркие «файры», и валил к небу густой багровый дым. Но всё это разнообразие было никчёмным. Один выброс, и нет никого. Стоило зоне лишь захотеть, и все мы будем мертвы…
Обезболивающее подействовало минуты через три, и я провалился в темноту…
Мне снился сон. Я видел Чернобыльскую зону с высоты птичьего полёта, а потом сорвался в пропасть безграничного, и увидел Припять.
Серые полосы крыш мелькали передо мной почти минуту, а потом внизу что-то щёлкнуло, и в ответ зарокотал автомат, озаряя переулок робким светом пламени, вырывающегося из ствола.
Эпизод резко прервался, и я увидел реку, большую баржу с надваренными поверх бортов заграждениями в форме бойниц. Мой взгляд скользнул выше, и я вновь устремился в полёт.
–Не дай ему открыть. — Прозвенел в голове голос убитого мной мародёра, и я увидел Припять.
Бестелесным духом я несколько мгновений метался по его улицам, и, наконец, оказался в здании кинотеатра, где вокруг выстроенной из книг пирамиды горел огонь.
–Тревога! — Закричал человек, сидящий ближе всех к огню и указал на меня.
Все сидящие вокруг импровизированного костра обернулись. На меня взглянули мёртвые глаза Медведя, Смертника, Лича. Справа от них, привстав с деревянного ящика, стоял убитый мной паренёк. За плечо его держал Стекольщик.
–Тревога!
–Тревога! — Вновь раздался крик, но на этот раз он был более отчётливый.
Я открыл глаза, и поглядел вниз. Во дворе кипел бой. Ночную мглу разрезали трассеры, и первым, на что я обратил внимание, была сторожевая вышка, в которую ударила ракета ЗРК, прочертив в небе огненный след. Башня рухнула, перегородив собой часть двора. Яркое пламя взвилось вверх, и я заметил, как из здания выбегают, один за другим, десятки Военных сталкеров. Некоторые из них тут же падали, срезанные очередями. Но откуда стреляли? Я перевёл взгляд на ворота, и с ужасом понял, что их нет. Тяжелые створки, которые были закрыты бойцами Заречного ещё до расстановки караула, теперь были распахнуты неведомой силой, а из тумана шли люди в разномастной одежде, сжимая в руках калаши и старые пистолеты-пулемёты. Их было не больше полутора десятков, но фактор внезапности сыграл свою роль.
Я в нерешительности стоял на крыше здания, во дворе которого шел бой. Взрывались гранаты, и редкие пушки Гаусса высекали голубоватые лучи. И тут из-за облаков вынырнул вертолёт. Никогда бы не подумал, что так буду рад ему. Зелёная туша вертолёта нависла над крышей, высаживая рядом со мной десант. Вот шестеро бойцов спрыгнули на бетонные плиты. Это были Военные сталкеры. И только один, спрыгнувший последним, как раз перед тем, как вертолёт скрылся из виду, был одет в тёмный плащ.
–Готовы? — Спросил боец, пытаясь перекричать какофонию гремящего внизу боя.
Как раз в это время крышка люка с грохотом распахнулась, и на крышу выбрался полковник Пилотов. В руках он держал снайперскую винтовку.
–Во время, ребята. — Полковник похлопал стоящего ближе всех к нему бойца по плечу.
–А то. — Отозвался сталкер в балахоне, и повернулся к Пилотову.
Его лицо оказалось в полосе света от фонаря полковника, и я издал вопль:
–Это Шива!
Это и впрямь был лидер мародёров. Его глаза сверкнули в свете фонаря, и все шестеро лже-десантников сорвались с места. Двое, успевших к этому времени обойти полковника, бросились к Пилотову, но тот выпустил из рук винтовку, и уже через мгновение сжимал рукояти пистолетов. Я напрасно сомневался в офицере.
Пилотов прижал один из пистолетов к поднятой на лоб маске лже-военного сталкера, и нажал на курок.
Тяжелая, винтовочная пуля, под стрельбу которыми был переделан пистолет, разнесла череп переодетого мародёра, и врезалась в левый глаз стоящего позади Хантера. Одним выстрелом — два трупа. В то время, как правая рука с пистолетом проделывала все эти манипуляции, левая рука сжалась на рукояти второго орудия, и пистолет дёрнулся трижды, прежде чем полковник полетел на бетонную плиту, получив удар прикладом в живот.
Шива, будучи последним из десантников, надвигался на Пилотова. В руках он держал всё тот же пистолет-пулемёт. В этот момент я, наконец, пришел в себя, и выхватил из кобуры пистолет. Два выстрела прогремели одновременно. Пуля из «МП-5» вонзилась в бетонную плиту в нескольких сантиметрах от Пилотова, обдав его бетонной крошкой, а пуля из моего пистолета проделала аккуратное отверстие в предплечье Шивы. Мародёр даже что-то вымолвил, пока эхо выстрелов вливалось в общий шум, но как только звук метнулся вверх, и затерялся на просторах зон, он откатился к люку и исчез в чёрном провале. Гулко звякнуло о бетон цевьё пистолета-пулемёта.
–Какого… — Пилотов видимо всё ещё не осознал происходящее, и теперь сидел на корточках, перезаряжая пистолеты.
–Полковник, я вниз, а вы отсюда прикрывайте. — Крикнул я Пилотову, на ходу поднимая один из спецавтоматов мертвых хантеров.
Я пытался сообразить, что произошло, и почему с вертолёта десантировались не бойцы Заречного. И я понял это. Видимо, именно так и планировал Шива зайти в тыл группе и расстрелять отряд генерала.
Они заранее всё продумали. Это для десантирования с вертолёта они оделись в костюмы Военных сталкеров, а запасной аэродром, с которого взлетал вертолёт, находился, скорее всего, в зоне контроля толстого офицера-американца, заключившего договор со Стекольщиком и Шивой. А как они узнали, где находятся поредевшие подразделение?
Я остановился, не зная, как объяснить этот факт, и вдруг в голове пронёсся эпизод сна — Стекольщик у костра. Это он выдал местоположение базы сектантов. Я набрал в лёгкие побольше воздуха, и выскочил на улицу.
Около двери, спиной ко мне сидели двое. Сначала я подумал, что это бойцы генерала Заречного, но когда один из них выпрямился, и пустил длинную очередь вглубь двора, сопровождая стрельбу словами:
–На, тварь! Жри, мусор!…
Договорить он не успел. Я перерезал обоих очередью бронебойных патронов, и залёг за их укрытие. Несколько деревянных поддонов были отличным заслоном.
Я прицелился, и срезал ещё одного мародёра, прежде чем меня заметили. Четыре ствола из общего оркестра переключились на меня, кроша доски поддонов.
Я перекатился в сторону, и дважды выстрелил на свет ближайшей огненной точки. В это же время трое других стрелков разом смолкли, будто их остановил чей-то приказ, или пуля. Я взглянул вверх, и увидел, как полковник Пилотов, одиночными отстреливает мародёров, подбирающихся к дому. Он прицеливался, несколько секунд вёл цель, и спускал курок. Причём каждый выстрел был результативен. Я воспользовался прикрытием сверху, и побежал через двор к небольшой группе военных сталкеров, засевших за поваленной вышкой. Серая тень Шивы к этому времени маячила уже на другом конце двора.
Я пробежал несколько метров, когда что-то ухнуло по правую сторону от меня, ярко вспыхнуло, и меня отбросило за пределы двора, подкинув на несколько метров.
Ощущения были примерно такие же, как и тогда, когда я налетел на растяжку вблизи Агропрома. Вот только там были кусты, самортизировавшие моё тело, а там, куда я падал сейчас, находилась лишь бетонная плита. Удар, боль…
Автомат я выпустил из рук во время недолгого полёта, но «Найтхок» всё ещё был в кобуре. Я перекатился на бок, и попытался встать, но, видимо, падая, что-то сломал, потому что не смог сдвинуться с места.
–Вон там, вижу! — Услышал я хриплый голос, но кусты мешали увидеть говорившего.
–Гаси. — Раздался второй голос, и я услышал, как передёрнули затвор натовской винтовки, и прогремел выстрел.
Но стреляли не в мою сторону. Первый мародёр выпустил длинную очередь в противоположную сторону, а потом раздался крик. Я перекатился через плечо, и оказался в низкой траве.
Я ожидал увидеть толпу хантеров или отряд мародёров, но то, что я увидел меня поразило — оба мародёра были мертвы. Первый — человек в серой бандане и светлой штормовке, в руках которого замерла «М-16», был обезглавлен, как броненосец в бункере оружейников. Второй, с РПГ, всё ещё подрагивал. У него был вспорот живот, и оторвана правая рука.
Я огляделся. Такое могла сотворить с людьми лишь химера, но сейчас мутанта нигде видно не было. Почему же она мне помогла? Я глубоко вздохнул, и попытался подняться на ноги. На этот раз у меня всё получилось. Ну и мнительный ты человек, Спам. — Подумал я. — Чуть ушибся, а нафантазировал смертельное ранение.
Прихрамывая, я вошел в комплекс через центральные ворота. Бой шел уже у здания, и кроме меня и трупов около ворот никого не было.
Я проковылял мимо тел хантеров, чья атака наверняка уже захлебнулась, и только теперь увидел Шиву. Лидер мародёров с неизменным «МП-5» сидел за бруствером из мешков с песком и одиночными отрезал десантникам путь к спасению.
–Шива! — Выкрикнул я и выстрелил.
Вереница пуль ударила в укрытие мародёра, и Шива отпрыгнул в сторону, уклоняясь от очереди. Теперь он был ближе к воротам, чем я. На лице хантера блуждала довольная ухмылка.
–Вот и всё. — Проговорил лидер мародёров. — Подоспела подмога.
Я взглянул через его плечо, и замер с открытым ртом. Страх парализовал тело. В свете луны я увидел две фигуры, приближающиеся к нам. Справа шел Стекольщик, сжимая в руке свой излюбленный нож, а слева…
Я не сразу узнал его в темноте, но это без сомнения был Адепт зоны. За спинами идущих людей маячили тени мутантов.
Недолго думая, я развернулся к гаражу, где под навесом стояли легковые машины. Если учесть, что до сектантов здесь обитал крупный сталкерский клан, можно предположить, что машины работают.
Перекатившись через образовавшуюся в центре двора воронку, я подбежал к автомобилям. Зачем мне нужна была машина? Не понятна вам логика сталкера. Я помнил, что случилось в баре «сто рентген», когда не удалось остановить волну мутантов, и сейчас единственным шансом спастись было закрыть ворота. Вот только план придавить ворота машиной был идиллическим.
Во-первых, когда я бежал к гаражу, уверенности в исправности машин не было, а во-вторых, совершено невероятным был бы тот факт, что сектанты предусмотрительно оставили ключи в замке зажигания. И каково же было моё удивление когда, запрыгнув в салон крайнего УАЗа, я обнаружил ключ в замке зажигания.
Всё, что происходило в следующие несколько минут я помнил смутно. Возможно потому, что обезболивающее действовало подобно дурману, а может быть старые раны снова дали о себе знать…
Машина взревела, и звук работающего двигателя ударил по барабанным перепонкам. Прижав голову к рулевой колонке, я надавил на газ и резко вывернул руль. Машина взревела, набирая скорость, и помчалась в направлении ворот. Но всё это было настолько размытым и нечётким, что ощущение нереальности происходящего не покидало меня до появления Стекольщика…
Сталкер возник над забором в тот момент, когда свет фар автомобиля осветил участок бетонной плиты. Стекольщик понял, что я намереваюсь сделать, и вскинул оружие как только УАЗ ударил в металлические створки, наглухо запечатывая ворота.
Меня резко бросило вперёд, и я вылетел через лобовое стекло, теряя сознание. До меня доносился неясный шум, словно кто-то спрыгивал с забора на крышу УАЗа, я слышал чей-то голос, но разобрать слова не мог. А потом сквозь непрекращающийся звон я услышал голос Ворона:
–Ну, чего ты ждёшь? Стреляй…
Есть мнение, что всё в нашей жизни предопределено. Я не берусь опровергать этот тезис, но как быть, если судьба настигает тебя, хлопает по плечу и требует идти по заранее намеченному маршруту? Тоже мне GPS-навигатор по имени Зона. Нет, я не опровергаю эту гипотезу, потому что лично был знаком со многими сталкерами, выживающими там, где другие погибнут, а поле нескольких лет умиравших в аналогичных условиях. Так было с Саней Берсерком, который чуть было не умер в аномалии «миска», а через какое-то время попал в аналогичную ловушку и погиб. Разве не судьба.
Знаю, что вы сейчас скажете. Скажете, что я просто пытаюсь выдать случайность за закономерность. Вот только слова Артура о том, что «если что-то делается, то это кому-нибудь нужно», меня в этом убеждали. Всегда.
Я всегда был немного суеверен, впрочем, как большинство сталкеров. Помнится, когда мы с Мастером шли к монолиту, я старался не думать о камне, что по поверью должно было спасти. Подействовало? Не знаю. Может быть, я был спасён, а может зона кинула меня к своему чёрному сердцу, оставив в лаборатории «О-Сознания» на произвол судьбы. Оставила? А тот факт, что меня вытащили из лаборатории друзья?
–Стреляй, урод! — Вновь прогремел голос Ворона, и около меня зашелестела трава.
Кто-то получил кулаком в живот, и рухнул на землю. Громыхнул выстрел, снова глухо хлопнул о плоть тяжелый кулак, и всё стихло.
Я резко раскрыл глаза, и всё стало понятно. Шива лежал около машины, корчась от боли, а Ворон с пистолетом держал на мушке Стекольщика.
–Вставай, Спам. — Проговорил он, и улыбнулся. — А для вас у меня плохие новости, гражданин Стекольщик. Брось нож, падла!
Только теперь я увидел, что никакого оружие кроме ножа у Стекольщика не осталось, и он теперь стоял перед вооруженным противником словно перед расстеленной командой. В принципе пистолет Макарова для него был не опасен, если только стрелок не решит пустить заря свинца между глаз предателя. А Стекольщик знал, что Ворон стреляет просто замечательно.
–Брось нож!
Предатель отступил назад, и выпустил оружие. Он тоже улыбался.
–И чего вы добились? — Улыбка на его лице сменилась гримасой ужаса. — Всё уже решено! Знаете, что сказал мне Адепт? Он поведал мне историю о зарождении Зоны.
–Знаем. — Ворон перевёл взгляд на лежащий в траве нож.
–Для вас всё кончено. — Сталкер развёл руками. — Он добьется своего.
–Неужели? — Я шагнул вперёд, поднимая с земли пистолет-пулемёт Шивы. Мародёр к этому времени успел ускользнуть, но я не собирался его преследовать. Главной целью был стекольщик, он стоял передо мной. Я упёр ствол в грудь противника, аккурат между бронепластин, и добавил:
–А Стражи тоже в этом участвуют, или только заказчик?
Глаза Стекольщика округлились. Он глубоко вздохнул, и прошептал:
–Откуда ты знаешь?
–Я знаю всё. — Мой голос стал тихим и холодным.
Щёлкнул предохранитель «МП-5», но в этот момент сталкер резко развернулся, и ударил меня, совершенно невообразимым способом выдернув из моих рук оружие. Второй удар он нанёс уже в лежащего противника. Я снова упал. И вы говорите, дежавю это бред?
Громыхнул выстрел из пистолета долговца, но когда я взглянул на стрелявшего, Стекольщик уже схватил клинок.
–Ворон! — Я прыгнул к сталкеру, но предатель резко развернулся, и полоснул Долговца по горлу.
Издав хрип, сталкер повалился на песок. Я не мог поверить своим глазам. Ворон умирал, и я ничем не мог ему помочь.
–К тому всё шло, парень. — Стекольщик улыбнулся. — И ты и я это знали.
Он сделал выпад, и нож просвистел в сантиметре от моего лица. Я отклонился вправо, перехватил руку сталкера и нанёс удар.
Стекольщик отшатнулся, не ожидая подобного напора, но, тут же, нанёс следующий удар. Лезвие ножа вонзилось мне в правый бок, но защитный костюм оказался слишком прочным, и сталь лишь немного оцарапала тело.
Глаза Стекольщика сверкнули в неровном свете сигнальных ракет, и сталкер резко обернулся к воротам. Оттуда, из-за металлических створок, пытались пробиться на территорию комплекса мутанты, подконтрольные Адепту.
Если бы я минуту назад не придавил ворота остовом машины, внутри бы сейчас царил хаос. Именно об этом сейчас думал и Стекольщик. Он оглядел ворота, и крикнул в темноту:
–Шива, убери от ворот машину!
Я проследил за взглядом Стекольщика, и увидел лидера мародёров. Шива стоял в центре двора, держа спецавтомат на сгибе локтя.
–Открой ворота, Шива! — Вновь выкрикнул Стекольщик, и тут мне вспомнились мольбы призраков, являвшихся во снах.
Забылось кошмарное видение, в котором Заречный стрелял в ворона и требовал отпереть ворота в комплекс «Авалон». Теперь моей целью был Шива…
Лидер мародёров бежал через двор, готовясь открыть ворота. Нельзя позволить ему это сделать.
Я резко развернулся к Шиве, и, подобрав автомат Ворона, выпустил в хантера длинную очередь. Голова и грудь Шивы оказались в ореоле крови. Мародёр остановился, не добежав до ворот нескольких метров, и рухнул на песок. Я облегчённо выдохнул. Теперь всё в порядке. Я сделал то, что от меня требовалось.
И в этот момент на меня налетел Стекольщик. Он взмахнул ножом, и я почувствовал, как широкое лезвие проникает в тело. Удар был нанесён в горло, и поэтому я не мог отреагировать. Всё тело словно обдали жидким азотом. По организму растеклось тепло, и я упал на песок, встретившись взглядом с покойным Шивой.
–К этому всё шло, парень. — Прохрипел Стекольщик, отталкивая меня, и обернулся в сторону Адепта, но Хозяин зоны исчез, словно его и не было…
Зона — это место, где порядок вещей нарушен раз и навсегда. Былого здесь больше нет, и стоит бороться лишь за то, что осталось. За те крохи, что зона сыплет нам, подобно старик голубям.
В этом месте давно умерла надежда на лучшее, а так как на худшее сталкеры надеяться не привыкли, надежды нет вообще. Поэтому я не надеялся, корчась в лужи собственной крови посреди заваленного трупами двора. Я просто глубоко вздохнул и позволил зоне решить мою судьбу…
…Когда ты долгое время охотишься на маньяка, то сам становишься маньяком, постепенно теряя контроль над ситуацией. Когда ты наблюдаешь за зверем, то сам со временем уподобляешься ему.
Раз примерив на себе шкуру убийцы, ты уже никогда не становишься прежним, увязая в трясине ненависти всё глубже и глубже.
Я понял это сразу же, как только получил заказ на Стекольщика. Я шел за ним, убивая всех, кто вставал на пути, но не замечал сходства. Я чувствовал его повадки, как охотник чувствует повадки соперника. Я сам стал Стекольщиком. Я думал как он, действовал как он. Я стал видеть мир через призму вечной неопределённости. Я увяз слишком глубоко…
…Они пришли из темноты, когда я закрыл глаза. Вереница образов знакомых и незнакомых людей. Все они окружили меня плотным кольцом, и каждый пытался что-то мне сказать.
Я остановился, и зажал уши ладонями, пытаясь уловить смысл видения. Только теперь я заметил, что люди вокруг меня не встревожены как раньше. Они все улыбались. Застреленный мною мародёр весело махал мне, продираясь сквозь толпу.
Они звали меня с собой, и в этот момент я увидел ворона.
Сталкер стоял вдалеке от процессии, отрицательно качая головой.
–Не ходи с нами. — Проговорил он. — Тебе ещё рано. Ты должен жить.
Сталкер улыбнулся и исчез, растворившись на фоне чёрного тоннеля. Все прочие призраки тоже исчезли.
Теперь я видел лишь полутёмный тоннель, в конце которого брезжил свет, словно дверь в рай забыли запереть, и сияние сочилось через получившуюся щель.
Я шагнул вперёд, чувствуя невообразимую лёгкость, но вскоре остановился, и поглядел назад.
Там была лишь тьма, и всё же я решился. Развернувшись, я зашагал в противоположную свету сторону. Я шел во тьму, но страха не было, ведь привычный жить во тьме, я не боялся сумрака.
–Зачем ты идёшь сюда?! — Рокотал где-то рядом надрывный голос монолита, но я продолжал идти. — Тебе не исправить то, что предначертано. Неужели ты готов променять вечный свет на потёмки этого мира? Неужто, ты способен выбрать жизнь, полную боли вместо вечной радости? Почему?
–Потому, что меня попросил друг. — Выкрикнул я, и шагнул в почти осязаемую мглу…
…Я увяз слишком глубоко в омуте зла. Всё моё естество жаждало отмщения за Артура, но когда я нагнал убийцу, злоба иссякла. Я знал, что догоню его, настигну, загоню в угол.
А что потом? В последний момент я уподоблюсь Стекольщику и вотку нож в грудь убийцы Артура. Нет. В чём в чём, но в этом меня обвинить никто не сможет.
Я долгие годы верил, что россказни пьянчуг из бара «сталкер» про то, что каждую ночь им снятся умерщвленные в лихой молодости люди, всего лишь бредом. Сопливым нытьём стариков, не справившихся со совей судьбой. Но теперь, стоя во мраке неизвестности, я видел их всех.
А я ведь даже не знал многих, не видел без масок. Вот они все — мои друзья и враги. Те, кого я лично отправил на тот свет, и те, кто умер по моей вине. Ворон, Шива, Артур, Федотов,…
Они стояли полукругом, глядя на меня. За их спинами был свет, и этот свет манил меня туда, к лёгкой жизни. Но это означало бы, что я забыл, с чего всё началось, и какая цель мной движила.
Цель. Я снова говорю как Стекольщик. А если вдуматься, то я, возможно, отнял больше жизней, чем он, и когда в час расплаты наши грехи возьмутся пересчитывать, все ужаснутся, насколько я кровав…
А ещё я пошел сюда, чтобы встретиться лицом к лицу с Адептом зоны, и понять, кто он такой. Мне есть зачем жить. Прав Ворон — мне рано идти вслед за ними в этот последний путь…

* * *

Стекольщик перепрыгнул через ящик, и снова оглянулся. Преследования не было. Он вытер со лба выступившие капли пота, и, пригибаясь, пошел вдоль распаханной снарядами полосы.
Преследователей он предусмотрительно загнал в ловушку из аномальных полей, и теперь мог не опасаться, что в спину ему прилетит пуля, или какой-нибудь другой сюрприз.
Вот только аномалии и мутантов никто не отменял. У подножья очередного холма он всё-таки наткнулся на стаю слепых псов, и потратил почти все патроны, отстреливаясь от бешеных созданий.
Что и говорить, мутанты почуяли кровь. Теперь кровоточащая рана сталкера была для всей живности зоны как красная тряпка для быка, и при желании могла стать путеводной нитью для преследователей.
Стекольщик перезарядил винтовку, отстегнул от ремня последний магазин, и переложил его в нагрудный карман. Теперь от него требовалась разве что осторожность. Шива, например, был неосторожен, и вот итог. Стекольщик не собирался повторять судьбу товарища. Теи более, что главная заноза в его судьбе по имени Спам была устранена. Внезапно беглец остановился. Перед ним, в тени деревьев, двигался небольшой отряд сталкеров.
Стекольщик присел, чтобы лучше рассмотреть группу. Сталкеры были самыми обычными, и Стекольщик мог, не опасаясь ничего, пройти в паре метров от них, но рисковать он не хотел. Когда группа удалилась, сталкер продолжил путь. Он словно тень скользнул через дорогу, опережая рассветные солнечные лучи. Но одновременно с ним двинулось и нечто серое. Стекольщик остановился, пытаясь понять, кто таится в тени. Хозяин зоны? Мутант? Сталкеры? Ходок вскинул винтовку, но не успел. В свете первых солнечных лучей показался мутант, с которым столкнулись на границе тёмного леса бойцы Стоуна. Причём это был не просто похожий мутант, а именно тот же.
Руки существо держало параллельно телу, словно не собираясь нападать. Это было самым странным, так как в прошлый раз после пасов руками, чудовище породило аномалию «Чёрный ангел». Теперь же всё произошло без лишних телодвижений. Перед сталкером вспыхнуло яркое пламя «жарки», а справа закрутилась «воронка». Стекольщик выстрелил в мутанта прямо сквозь аномалию.
Пройдя через огненный шквал, пуля не только не потеряла в скорости, но и разогналась. Горящий кусок металла опрокинул чудовище на асфальт, и одновременно с этим все псевдо-аномалии исчезли. Перехватив поудобнее винтовку, сталкер подошел к корчащемуся в агонии монстру, и прижал ствол к груди существа.
–Зачем ты за мной шел? — Проговорил сталкер.
–Ты злой… — Шепот мутанта был чуть слышным, и от этого казалось, что сам ветер говорит со Стекольщиком. — Ты злой…
Стекольщик скривился в усмешке.
–Ты не представляешь, насколько злой. — Заявил он и нажал на курок, не жалея пуль.
Очередь ударила в грудь существа, превращая тело мутанта в кровавое месиво. Палец с курка Стекольщик не убирал, пока боёк не щёлкнул, натолкнувшись на пустоту.
–Тварь! — Прошипел сталкер, и резко развернулся в сторону периметра.
Ему оставалось пройти не больше пяти километров до места встречи с нанимателем, но и этот отрезок пути мог стать смертельно опасным. Особенно, если учесть что помимо тридцати патронов к «G36» у Стекольщика был только ПМ с неполным магазином. Но опасался сталкер зря. Стрелять ему пришлось только один раз, да и то для профилактики.
Остальной путь Стекольщик преодолел без единой трудности. Как и ожидал ходок, за холмом его уже ждали. БТР с пулемётной спаркой поверх башни и внедорожник, обшитый листами брони, стояли сразу за проволочным ограждением, когда-то называвшимся первой линией. Вот только с тех пор первая линия обороны сдвинулась на пять километров, а место встречи оказалось в глубине зоны.
У броневика топтались пятеро Военных сталкеров, и если бы Стекольщик не обошел их, перед тем как выдать себя, ему бы тоже показалось, что больше никого поблизости нет. Но он обошел ждущий его отряд. В прелой листве, как сталкер и предполагал, засели снайперы. Одного из них, носящего на шее медальон с номером четырнадцать и надписью «Файр», он отлично знал. Этот боец когда-то служил в Долге, и стрелял не хуже знаменитого Призрака. Второй снайпер с жетоном «Хрусталь» был ему не знаком, но, скорее всего, тоже стрелял хорошо.
Таким образом, от обстрела со стороны периметра и левого холма Стекольщика надёжно охранял отряд стрелков. По центру находился БТР, что тоже было неплохо. Сталкер перевёл бинокль в режим распознавания целей, и медленно спустился с холма.
Бойцы, стоящие у бронемашины, взяли его под прицел, и таким эскортом проводили до внедорожника. Задняя дверь машины отворилась, и генерал Стеценко кивнул.
–Садись.
Стекольщик забрался в машину.
–Я в курсе — Не утруждая себя предисловиями, начал генерал.
–В курсе чего?
–Всего. — Стеценко заговорщически улыбнулся. — Вот только мне не всё понятно насчёт Заречного.
–Он в зоне. — Спокойно отозвался Стекольщик. — Заперт и обречён.
–Чудно. — Валерий Дмитриевич улыбнулся. — А твой ангел-хранитель Спам?
–Истекает кровью в лагере сектантов.
–Ты странный человек, Стекольщик. — Генерал запрокинул голову. — Никого не убил, но оставил умирать в страшных муках. Ты садист.
Сталкер расстегнул ворот защитного костюма, и указал на металлический жетон.
–Это вы меня таким сделали.
–Верно. — Стеценко усмехнулся. — Но сейчас всё немного изменилось. Заречный прижал меня перед тем, как отправится в Зону. Понимаешь, о чём я?
–Не совсем. — Стекольщик пожал плечами.
–Дело в том, что если даже Заречный не выберется, спецслужбы смогут допросить Пророка и остальных. А уж те смогут рассказать им про меня достаточно, чтобы генерала Стеценко не стало. Они поймут, почему погиб Заречный, кто приказал расправится с Ворониным.
–И что мне следует делать?
–Я пока сам не решил. — Генерал отмахнулся. — Для начала собери всех «стражей». Пусть они будут готовы действовать. Ты ведь в курсе, что весь архив Шивы пропал?
–Да, я слышал. — Сталкер кивнул.
–Там вся информация о нас. Если флешка попадёт в Москву, все мы пойдём паровозиком. Так что собери «стражей», и побыстрее. Вроде всё.
–Нет. Ещё кое-что… — Стекольщик глубоко вздохнул. — По пути сюда я столкнулся со странным мутантом, который порождал аномалии.
–А чего ты ждёшь от меня?
–Один из «стражей» рассказывал, что однажды такое же произошло на Кордоне, когда два взвода попали в Чёрного ангела. Такое было?
–Несколько месяцев назад. Отряд преследовал группу мародёров, и напоролся на аномалию. Но никакого мутанта рядом не было.
–Я говорю не про мутанта, а про возможность порождать аномалии.
–И? — Стеценко вопросительно поднял брови.
–Я думаю, никакого мутанта нет, а солдат Стоуна и бойцов с периметра убила сама Зона.
–Вот как?
–И я, кажется, знаю, почему.
–И почему же?
–Из-за Адепта.
Услышав это, генерал начал озираться, словно боялся, что кто-то из бродящих вокруг машины солдат его услышит.
–Что ты знаешь об Адепте? — Прошептал он, наклонившись к самому уху сталкера.
–Многое. — Стекольщик улыбнулся. — Я даже лично с ним знаком…

Категория: Александр Тихонов - На пороге тайны | Дата: 27, Октябрь 2009 | Просмотров: 500