Глава девятая — Плохой день

В последнее время я очень беспокойно сплю. Каждую ночь мне снится один и тот же сон. В нём я иду по жухлой траве, минуя остовы машин и паутину арматуры. Порывы ветра качают заросли кустарника. Серые облака закручиваются в спираль. Густеет туман. Через пару секунд уже неразличимы ржавые «скелеты» КамАЗов. Лишь ветер, разгоняющий туман выхватывает из него размытые силуэты, но я продолжаю идти.
Через несколько минут передо мной возникает бетонный саркофаг ЧАЭС. Туман рассеивается, давая увидеть ослепительную вспышку. Выброс!
Но бежать я уже не пытаюсь. Я знаю, что сейчас произойдет. Вот над головой пролетают три армейских вертолёта, а к зданию ЧАЭС рвутся десятки военных сталкеров. Вот вижу Ворона, стреляющего куда-то в сторону вояк, и трое из них падают на землю. Вот поворачиваются к Долговцу сразу четверо бойцов, и один из них прицельным выстрелом в голову, отправляет надоедливого сталкера в мир иной.
Красное пламя выброса уже мерцает над саркофагом, но бойцы и не думают поворачивать. Они идут туда… Вот стрелявший в Ворона останавливается и стаскивает с лица полумаску. В бликах выброса я вижу лицо генерала Заречного. Генерал машет, и бойцы продолжают движение.
Вот перед ними оказывается вход в подземелье, и генерал отдаёт приказ об открытии двери, но не успевает. Волна яркого света прокатывается над зоной, проникая всюду, и Заречный падает на землю, как падал секунду назад пораженный им Ворон. А потом всех накрывает грохот выброса, и видение прекращается…

* * *

Он бежал через заболоченную низменность. Собственно, это уже не было болото. Да и болотом небольшую лужицу посреди Свалки можно было назвать с натяжкой. Перепрыгнув через очередной холмик, он упал на живот, и дважды выстрелил из пистолета в туман.
–Не дури! — Раздался хриплый голос, и парень выстрелил снова.
Но и на этот раз пуля не достигла цели. Я мысленно представил, сколько раз этот сосунок уже выстрелил, и пришел к выводу, что у паренька не осталось ни одного патрона.
Я перекатился в сторону, и услышал сухой щелчок бойка. Пусто. Вот теперь молокосос доигрался. Я метнулся к укрытию противника, и рывком вздёрнул вжавшегося в землю бедолагу на ноги. Пареньку было около двадцати. Он скулил и просил отпустить его, как ребёнок повторяя, что больше никогда не будет стрелять в сталкеров. Но большего и не было надо. Мне хватило и того, что этот недомерок сорвал мне всю охоту, и теперь истинная цель моего рейда быстро перемещалась к Агропрому. А тот, кого я гнал уже два часа кряду был совсем не дурак, и как только на меня налетел этот хантер, поспешил сменить маршрут. Теперь он спустится в подвалы Агропрома, или, чего доброго, заберётся на крышу какого-нибудь здания, и ищи его потом… А ведь как хорошо всё начиналось. Тоесть, день задался, конечно, паршиво.
После вчерашней беготни от взбесившихся плотей ноги еле передвигались, и я чудом дополз до стоящего рядом со входом в подвал рюкзака. Часовой, выставленный Хмурым поднял на меня испытывающий взгляд, после чего махнул рукой в сторону стола. Там, среди бинтов и полупустых бутылок водки я и различил нужный артефакт, который вернул мне способность соображать, сыграв роль анаболика. Как врач я знал, что подобное самолечение не одобряется из-за сильной нагрузки на сердце, но другого выхода оклематься не видел. Потом я решил наведаться к Сидоровичу, и прикупить у него новенького снаряжения на выданный мне Соловьём аванс. Конечно, аванс был небольшой, но на хороший автомат вполне хватало.
Кто-то сказал бы на это, что Сидорович не держит у себя хороших автоматов, и был бы не прав. Чего только не мог достать из-под прилавка запасливый старик при наличии у покупателя подходящей суммы денег и договорённости. Договорился я ещё с вечера, попросив Сидоровича поскрести по сусекам, и наскрести мне автомат «гроза» и разгрузочный жилет к нему. Сидорович обещал. Да и как он мог не обещать Спаму, который сделал для него столько полезного, что по совести старик должен горбатиться на него, тоесть на меня, всю жизнь бесплатно.
–Здорово, Спам. — Поприветствовал меня Сидорович, не отрываясь от поедания макарон. — В рейд сегодня?
–Да. — Коротко ответил я. — Готово, что просил?
Барыга кивнул на стоящий у стены калаш, и поглядел на меня испытывающим взглядом.
–Ну, нет. Это не серьёзно. — Я тут же замотал головой.
–Тогда возьми в подсобке. — Кивнул Сидорович на дверь справа. — А на кого охотиться-то собрался с бронебойными патронами?
–На опасного хищника по имени Стекольщик.
–Знаю такого. — Серьёзно прокомментировал Сидорович. — Скользкий тип.
–Вот я его и причешу из этого ствола.
Я вышел из подсобки, и показался Сидоровичу, отчего губы того тронула чуть заметная улыбка.
–В чём дело? — Я оглядел себя с ног до головы.
Ничего подозрительного не было. Камуфляж, респиратор, разгрузочный жилет, автомат с несколькими запасными обоймами, пистолет и гранаты для подствольника, умещающиеся в специальных отсеках на поясе.
–Да ничего. — Сидорович крякнул. — Просто ты так экипировался, а нож забыл.
Он подал мне свой нож, и я зашагал по лестнице.
–Детектор аномалий не забыл? — Крикнул мне вслед старик, проверяя, не проявились ли у меня после вчерашнего провалы в памяти.
–Взял. — Откликнулся я.
На лестнице я запнулся о левую ногу. Ну, вы знаете, какой суеверный народ сталкеры. Вот и я понял, что день, начавшийся с головной боли ей и закончится. А ведь вчера было гораздо лучше. Именно вчера я получил от Долговских командиров заказ на устранения сталкера из их клана. Кличка жертвы была Стекольщик.
–Чего он натворил? — Спросил я, будто не догадываясь, о чём пойдёт речь.
–Крыса он. — Коротко отозвался Соловей, бывший теперь кем-то вроде временного командира.
Да я и сам прекрасно знал, что Стекольщик умудрялся работать и на хозяев зоны, и на «О-Сознание», и на наёмников. Вот только взять его за задницу никто не мог — не было доказательств. Но теперь сталкеру было не отвертеться.
–Ты уж постарайся. — Проводил меня напутственным словом Соловей, и махнул. — Ну, храни тебя чёрный сталкер.
Я махнул в ответ, и направился на Кордон. А когда я вышел из бункера Сидоровича, прозванного сталкерами склепом, нос к носу столкнулся с целью похода.
Здравствуй, сталкер новый год. Стекольщик прогулочным шагом шел через лагерь новичков по направлению к бункеру.
Но и тут всё не задалось. Автомат дал осечку как раз в нужный момент, и Стекольщик, имевший феноменальное чутьё, тут же перепрыгнул через забор, и побежал к Свалке. Знал ли он про погоню в тот момент, или нет, мне было неизвестно, но заметал следы сталкер умело. Несколько раз он наводил меня на аномалии, а у болотистой тропке на свалке натравил на меня стаю Чернобыльских псов. А чего я мог ожидать от опытного ходока, понявшего, что на него вышел убийца. Но все эти проблемы были ничем по сравнению с тем, что случилось, когда Стекольщик внезапно повернул в сторону огороженной сетчатым забором «помойки», точнее частью свалки, где стояло огромное количество фонящей техники. Там и случилось то, о чём я и подумать не мог. Нет, конечно я ожидал, что беглец способен выкинуть что-нибудь этакое, но уж точно ничего подобного не ждал. Сначала Стекольщик перемахнул через шлагбаум, и скрылся в ложбинке, выкопанной сталкером по кличке Бес, чтобы в ней укрываться от мутантов и мародёров, используя её как окоп. Бруствер из сырой земли скрыл от меня противника, и я остановился, не рискуя выходить на открытую местность. Конечно, можно было бы выстрелить из подствольника, и выкурить врага, но гранаты могли ещё понадобиться. Просидел я так около получаса. Противник тоже не спешил высовываться из укрытия, понимая, что в этой дуэли одна пуля может решить всё. Я же, тем временем, пролистал в сети все страницы электронной книги системы жизнеобеспечения, и получил довольно интересную информацию о своём противнике.
Стекольщик оказался не такой простой мишенью, как мне казалось до этого. До своего прихода в зону он успел отслужить в отряде спецназа ГРУ, после чего несколько месяцев служил инструктором в лагере военных в зоне. Именно в этот момент его переманил к себе отставной офицер спецведомства Генерал Воронин. Да уж, не слишком-то меня обрадовала эта история со службой жертвы в спецподразделении. Например, Монгол, служивший в своё время в особом отделении спецназа, был бы в бою гораздо сильнее меня. А вот насколько силён Стекольщик, я до сих пор оценить не мог. Не поэтому ли он ещё не ответил стрельбой, что был опытным стрелком, и понапрасну не тратил ценные патроны. Да и модель оружия противника я не разглядел.
Меня внезапно обдало холодом. А ведь и впрямь я не знал, какое оружие у противника. Я выглянул из-за укрытия, и тут же над моей головой ухнул пистолетный залп. Но стрелял не Стекольщик. Стрелок находился за спиной лежащего за деревьями сталкера. Второй пулей он хотел исправить неудачу первой, но, слава сталкерским инстинктам, я ушел из-под огня, и резко развернулся, чтобы выстрелить в ответ, но нападавший, уже скрылся за штабелями бетонных блоков.
Как только началась импровизированная перестрелка, Стекольщик воспользовался тем, что я отвлекся, и перебежками направился к противоположной стороне кладбища техники. Самым оптимальным сейчас было преследование цели, но стрелок за блоками в любой момент мог выстрелить в спину, а значит, мой путь лежал в противоположную Стекольщику сторону. Стрелявший это тоже понял, и, как только я побежал в его направлении, тоже сорвался с места. Это оказался молодой мародёр лет двадцати. Скорее всего, в зоне он пробыл не больше недели, и решил разжиться хорошим оружием самым простым способом — расстрелять в спину втянутого в переделку одиночку. Вот только жертву он выбрал неправильно. Хотя, если бы кто-нибудь посмотрел на мою лёгкую экипировку со стороны, явно посчитал бы что сталкер в респираторе новичок в зоне. А теперь мародёр бежал от меня, удаляясь всё дальше в аномальную зону между Свалкой и Тёмной долиной.
Он бежал через заболоченную низменность. Перепрыгнув через очередной холмик, мародёр упал на живот, и дважды выстрелил из пистолета в туман.
–Не дури! — Прокричал я, но парень выстрелил снова.
А через полминуты я уже держал мародёра за грудки, слушая его поскуливания.
–Не убивай! — Он отбросил пистолет, который всё ещё держал в руках, и упал на колени.
Но меня такие причитания не убедили. Я прицелился, и выпустил в грудь мародёра четыре пули. Тело паренька содрогнулось. Он попытался что-то сказать, но фразы застыли в горле, не успев вырваться. А чего он ожидал? Зона жестока.
Отбросив тело мародёра, я направился за Стекольщиком. Далеко он уйти не мог, и через час я уже добрался до ангара, от которого вела хорошо асфальтированная дорога…к НИИ «Агропром». А Агропром был тем местом, куда в моей экипировке соваться было опасно. Но выхода у меня не было, как не было выхода у попавшего в мои руки мародёра.
Но и на этом проблемы не закончились. Как только я поравнялся с ангаром, из-за металлических створок ворот раздались выстрелы. Оружие, из которого производились выстрелы, я окрестил как «Джи-36». Но у ребят Серого, обосновавшихся в этом ангаре не было такого оружия, а значит, стрелял кто-то другой. Когда в ответ застрекотал «МП-5», я сообразил, что из «Джи» стреляет Стекольщик. После трёх очередей пистолет-пулемёт защитника замолчал, и прогрохотало три одиночных залпа из штурмовой винтовки беглеца. Да, ловко.
Я посмотрел на ПДА. На карте ангара виднелось пять серых точек, обозначающих тела погибших только что сталкеров. Две метки находились у располагающегося сразу за дверями костра. Ещё одна около товарного вагона, загнанного в ангар, как в депо. Двое последних пытались устроить боевую точку на лестнице, ведущей на внешний балкон из арматуры. Такой прыти от преследуемого мною противника я не ожидал. Как только маячок Стекольщика миновал ворота ангара, я вошел под своды здания. Двух сталкеров из группы Серого, первых из расстрелянных беглецом, я оглядел очень внимательно.
Один из них, по кличке Гидрант, сидел на перевёрнутом ведре, привалившись спиной к огромной катушке. Правая рука сталкера покоилась на ремне калаша, до которого тот так и не успел дотянуться. Стекольщик и впрямь был отличным стрелком. В этом я убедился, когда решил осмотреть раны на теле Гидранта. А рана была одна единственная, в горле у мертвеца. Да уж, я начинал понимать, кто является моим оппонентом…
Второй мертвец был лишен пулей половины черепной коробки, и установить его личность я не смог. Он тоже не успел ничего предпринять, когда Долговец внезапно открыл огонь. Какими бы хорошими стрелками не были эти двое, они не ожидали, что Стекольщик станет стрелять. Это было ясно. Вопрос был в другом — почему он вообще стрелял? Ведь сталкеры знали его, и даже не думали задерживать ходока на пути к Агропрому. А может среди сталкеров были Долговцы, которых, наряду со мной посвятили в то, кто же крысятничает в клане? Так и оказалось. Третий сталкер, на расстрел которого у Стекольщика ушло целых восемь пуль, был Долговцем. В руках сталкер сжимал «МП-5», и я понял, что произошло. Он был ранен, а когда Стекольщик миновал ангар, решил подстрелить его. Бедняга, он и не подозревал, с кем связался.
Я аккуратно миновал ангар, и остановился перед двумя последними телами. Их обоих срезало одной очередью, но не из «Джи-36», а из «МП-5» Но кто стрелял? Долговец? Конечно, нет. Этот человек был бойцом самого дисциплинированного клана, и стрелять в Стекольщика, когда мог попасть в других сталкеров, он не мог. О том, что боец клана стрелял в своих, я даже думать не хотел. А когда по другую сторону ангара обнаружилось полтора десятка гильз, всё стало ясно — кто-то очень ловко расстрелял ввязавшихся в бой ходоков в спину. А выстрелить в спину мог только мародёр. И этот мародёр сейчас метнулся вдоль стены, окружающей дворик. Я, опять же, не мог оставить у себя за спиной врага, и, не раздумывая, решился на очередной поединок. Таинственный стрелок, скорее всего, поспешит скрыться, и мне надо успеть пристрелить его пока этого не случилось.
Я выглянул из-за угла, и тут же в мою сторону метнулась граната. Металлический конус ничем не напоминал оную, но меня этим было не обмануть. Американская граната, которую разработали специально для спецназа, звонко стукнула о металлический козырёк над моей головой, и только я успел прыгнуть обратно в ангар, как прозвучал взрыв. Волна огня окатила меня, но это было мелочью по сравнению с тем, что случилось бы, если бы я не успел вовремя отпрянуть. А ведь сейчас я мог валяться снаружи, прошитый насквозь острыми осколками. Опять спасибо сталкерским инстинктам…
Но, не успела стена пыли опуститься на асфальт, а я уже стоял справа от входа, готовясь вовремя открыть огонь. В голове, то и дело, мелькала мысль: почему граната? У него нет патронов? Наверняка, а значит ему, сидящему за ящиками в тупике огороженного с трёх сторон бетонными плитами забора дворике, сейчас хуже, чем мне. От такой мысли мне стало веселее, и я, дождавшись, когда пыль чуть осядет, выскочил из-за угла, и прицелился в незнакомца. Только теперь я разглядел его. Это был высокий мародёр в сером балахоне, в каких по зоне было принято ходить у самых авторитетных блатарей хантеров. Он стоял спиной ко мне, разглядывая портативный датчик жизненных форм. А вот ПДА у него не было. Я даже не смог засечь его детекторами моего миникомпьютера. Но это меня нисколько не пугало, а даже веселило. Кто бы ни был этот мародёр, помогавший Стекольщику, сейчас он был у меня на прицеле, и дёрнись он в сторону, исход был ясен. А почему я вообще решил, что этот мародёр помогал Стекольщику? Может быть, он пришел сюда уже после перестрелки, и добил двоих сталкеров. Но эту мысль я сразу отмёл, так как стрельба всех стволов началась и закончилась одновременно. Как не крути, этот человек был заодно с моим врагом.
К тому моменту, как я прицелился, незнакомец меня уже засёк. Отменный слух головореза позволил ему сделать это достаточно легко. Уж слишком много шума издавал непонятный сталкер с «грозой». Но заговорить первым он не стремился. Не стремился и я.
–Стреляй, или уходи. — Проговорил он на удивление спокойно, когда игра в молчанку затянулась.
–Повернись. — Потребовал я.
–А. — Незнакомец усмехнулся. — Я совсем забыл, что сталкеры никогда не стреляют в спину. Хочешь убить меня выстрелом в грудь?
Он повесил ДЖФ на ремень.
–Просто повернись! — Я повысил голос.
Выполняя требование, человек в балахоне резко развернулся, и я увидел у него в руках короткоствольный автомат «МП-5». И это было уже совсем не весело. Уклонился я лишь благодаря инстинктам, в третий раз за день. Пули рассекли горячий воздух над моим плечом. Я перекатился в сторону, и попытался выстрелить, но незнакомец скрылся из виду прежде, чем я успел понять, что произошло. Понял я лишь одно — у Стекольщика есть напарник из местных бандитов, а значит все блатные в этом районе уже в курсе, что к ним в гости идёт одинокий сталкер с непристрелянным автоматом. А в голове всё ещё крутился тот мародёр, совсем ещё мальчишка, которого я убил. Но ведь мог же не убивать. А что потом? Не убей я его, он бы меня прикончил, когда я развернулся бы к нему спиной. Нет, я сделал всё правильно.
Но больше волновало меня другое — теперь я был вымотан перестрелками и погонями настолько, что без пятнадцати минут отдыха не смог бы сделать ни единого шага. Вот так и случилось, что Стекольщик, не произведя в преследователя ни единого выстрела, вывел того из строя как минимум на четверть часа. Ничего не сказать, умело. Но кто этот второй? Про него Соловей ничего не говорил, и это мне совсем не нравилось. Как он смог обдурить меня, заставив поверить в то, что у него нет оружия? Как сумел удрать, прежде чем я потянулся к курку?… Эти мысли заполняли моё сознание на протяжении тех пятнадцати минут, что я потратил на отдых. За это время я успел отладить прицел «грозы», поудобнее разместил кобуру с «Найтхоком» на ремне, и перекусил, так что теперь мог без труда выдержать долгий переход до Агропрома. И всё же приближение сумерек мне совсем не нравилось. Да и всё прочее в этом задании тоже.
Из укрытия я вышел когда было около девяти вечера. Сумерки сгущались, и передвигаться приходилось вдвойне аккуратнее, чтобы увидеть незаметные в этот период аномалии. А ещё приходилось двигаться вдвойне тише, ведь вечер был на удивление тихим временем суток, когда все твари зоны замолкают, и её окутывает тишина. Сейчас тишину нарушали лишь одиночные выстрелы из «сиги» где-то на Янтаре, но для тех мест стрельба была делом обыденным, как восход солнца. Здесь же, на границе с Агропромом, тишина была абсолютной. Почти на самой границе секторов зоны я так усердно соблюдал конспирацию, что чуть не налетел на отряд мародёров, прикорнувших у самой дороги. Часовые меня, конечно, не заметили, и я даже поначалу подумал что они тоже спят, но, прислушавшись, услышал тихий шепот одного из бандитов. Чтож, и это испытание я преодолел успешно…
Следующая помеха поджидала меня уже на дороге к Агропрому, и имя этой проблеме было кровосос. Мутант, так же как и я, передвигался как можно тише, но мощные лапы всё равно создавали шум. Только благодаря этому я вовремя залёг в траве, и был спасён. Мутант прошел в полуметре от меня, настолько поглощённый идеей тихой ходьбы, что даже выпавший из разгрузочного жилета магазин его не вспугнул. Стрелять в мутанта я при всём желании не мог. И не потому, что это было не очень эффективно против матёрого кровососа, а потому, что звуки выстрелов привлекли бы ко мне внимание бандитов с Агропрома. Я даже выключил ПДА, чтобы его не смогли отследить, и теперь двигался подобно призраку зоны. Но сохранить своё появление в тайне я, всё же, не смог. Через пять минут после встречи с кровососом, я зацепил растяжку, и окрестности содрогнулись от мощного взрыва. В абсолютной тишине этот звук был подобен грохоту выброса, и в моей голове тут же возникли ассоциации с тем сном, в котором погибает Ворон, и генерал Заречный попадает под выброс.
Взрывом меня отбросило на несколько метров. Вот и началась чёрная полоса. — Подумал я, приземляясь на каменистый холм. Но это было лишь начало. Согласившись на эту работёнку, я даже не представлял себе, во что превратится рейд. Трижды я чудом спасался от пуль, с десяток раз избегал смерти на клыках мутантов, а всё для чего? Чтобы получит пару тысяч за, как выразился Соловей, рядовой рейд. Но эта работа оказалась отнюдь не рядовой.
Я потряс головой из стороны в сторону, пытаясь восстановить расплывающееся перед глазами изображение, и увидел тех, о ком и подумать не смел. Трое военных в угловатых бронекостюмах шли от НИИ в мою сторону. Идущий первым отдал какой-то приказ, и один из бойцов занял позицию за остовом старого УАЗа. Второй продолжил движение вместе с командиром.
–Это здесь. — Услышал я голос офицера совсем рядом.
Двое бойцов стояли сейчас около того места, где я налетел на растяжку, внимательно оглядывая место взрыва.
–Я же говорил полтергейст. — Проговорил один из солдат.
–Может быть. А может, и нет. — Отозвался офицер. — Шива сказал, что к нам гость идёт, так что осмотреться всё равно надо.
Шива? Я попытался вспомнить эту кличку. Пару недель назад в сети появилась информация о том, что мародёр по кличке Шива со своим отрядом напал на военную колонну. Миротворцы тогда потеряли убитыми пятнадцать человек.
Я отполз в сторону, и посмотрел на военных в бинокль. У этих троих тоже не было с собой ПДА, как и у незнакомца в ангаре. Но это полбеды. Присмотревшись, я разглядел на спине одного из бронекостюмов три пулевых отверстия. А значит, это были вовсе не военные, а переодетые мародёры Шивы. И именно к нему сейчас направлялся Стекольщик. Пройти незамеченным мимо этих троих я при всём желании не смог бы. Если бы даже мне удалось миновать лже-офицера и солдата, второй автоматчик, оставленный в засаде у УАЗа заметил бы меня. А значит, надо было действовать быстро и предельно агрессивно, чего эти трое ожидать не могли. Я поудобнее разместил «грозу» между камней, и прицелился в одинокого солдата, оглядывающего холмы. Щёлкнул переключатель на одиночные, и палец лёг на курок. Сейчас я промазать не мог…
Выстрел оказался просто отличным. Разрывная пуля снесла бойцу пол головы, и тот, выпустив автомат, осел на траву. Двое других заметались в поисках укрытия, что упрочила мою уверенность в том, что они никакие не солдаты. Солдаты бы заняли позицию, и пока один накрывал огневую точку врага, второй бы обошел с фланга. Но эти двое не были обучены даже примитивной тактике ведения боя. Солдат тут же открыл беспорядочную стрельбу, а офицер откатился в небольшую ложбинку, где его и настигла пуля. Третий выстрел заглушил автоматные очереди последнего солдата, и Агропром вновь погрузился в тишину…
Теперь мне необходимо было проникнуть на территорию Агропрома, что было гораздо сложнее всего, произошедшего сегодня. Я выбрал для визита на базу бандитов правую дверь. Точнее правые ворота, являющие миру захламлённый двор. Там не было такого огромного количества вышек охранения, наспех сколоченных миротворцами после второй катастрофы. А ещё там было достаточно колодцев, ведущих в подвалы Агропрома, так что при случае я мог без труда скрыться в них от преследователей.
Но всё оказалось не так просто. Как только я поравнялся с огромным забором, высотой в два человеческих роста, за полоской шлагбаума мелькнул человек в экзоскелете с эмблемой неизвестного мне клана. Эмблема на шлеме незнакомца напоминала змею, овивающую кристалл. Это могла быть эмблема Монолита, но у сектантов был совсем другой знак.
Человек в экзоскелете прошелся мимо шлагбаума, и вскоре я услышал, как скрипнула дверь в бытовку. Дождавшись, пока голоса броненосца и кого-то ещё начнут доноситься из кирпичного здания, я проскользнул под шлагбаумом, тихо метнулся мимо окна бытовки, и присел за стволом большого дерева. Как раз вовремя. Как только я спрятался, дверь бытовки вновь отворилась, и из неё вышел высокий человек в камуфлированном бронекостюме. Это был ещё один лже-военный. Он осмотрелся, и направился к трёхэтажному комплексу Агропрома. Немного погодя, оттуда же вышел и сталкер в экзоскелете. На его шлеме располагался включённый фонарь, прорезающий сумеречный туман, укрывший зону. Не знаю, сколько я просидел за деревом, но явно не меньше часа. Всё это время человек в экзоскелете стоял перед шлагбаумом, не двигаясь с места. Он смотрел в сторону дороги, откуда недавно пришел я. Наконец ему это надоело, и он направился вслед за напарником.
Как только дверь в основное здание хлопнула, я выбрался из своего укрытия. Час сидения в засаде не прошел для меня даром. Я сумел отследить через ПДА полтора десятка маячков, обозначающих мародёров. С трудом я отыскал среди них индикатор Стекольщика. Но в то, что мародёров на Агропроме всего пятнадцать мне не очень-то верилось. Некоторые из них могли заблокировать свои ПДА, как это сделал я. Так оно и вышло.
Когда я уже дошел до главного здания Агропрома, сверяясь с миникомпьютером, из-за угла одноэтажного дома показалось сразу трое хантеров, которых на экране ПДА видно не было. Спрятаться я уже не мог.
Пустив по головам мародёров длинную очередь, я отпрыгнул в сторону главного здания, и вторая очередь ушла уже от земли. Все трое как по команде залегли на землю. Если я и зацепил кого-то из них, то в этом было мало проку. Теперь от двери в главное здание меня отделяло всего несколько метров. Сжимая в правой руке «грозу», я поднялся на ноги, и, пригибаясь, направился к зданию. Но, не успел я преодолеть и половины пути, как дверь распахнулась, и на пороге возник здоровяк в экзоскелете. Он в два прыжка настиг меня, и, схватив мощной рукой за запястье левой руки, поднял над землёй. Я извернулся, ударил ногами в грудь броненосца, и всадил ему в блестящее забрало маски оставшуюся часть рожка «грозы». Здоровяк покачнулся, и отпустил мою руку. Я бросился прочь от двери, и укрылся за металлическим ящиком, стоящим вдалеке от здания. Как только я надёжно спрятался за укрытием, по ящику застучали пули разномастного оружия. В стрекоте я различил грохот калашей, снайперской винтовки и пистолетов-пулемётов.
На крыше главного комплекса возник человек со штурмовой винтовкой «Руджер», и начал стрелять, не давая мне высунуться.
–Справа обходи. — Заголосил хантер на крыше, и я выпустил в него длинную очередь, но пули лишь чиркнули по железному навесу.
Мародёр укрылся за кирпичным выступом, и продолжил что-то кричать. Но я его уже не слышал. У меня появилась отличная идея, как попасть в главный комплекс Агропрома. Я отступил на шаг, огляделся в поисках люка, ведущего в подземку, но два лаза, попавших в поле моего зрения, были закрыты тяжелыми металлическими блоками. А тем временем мародёры теснили меня всё дальше к забору, откуда спастись было уже нельзя. Дождавшись, пока в оконном проёме одноэтажки возникнет человек с автоматом, я выпустил в его сторону гранату из подствольника. Выстрел оказался просто потрясающим. По зданию прокатилась волна огня, и из противоположного окна вылетело горящее тело стрелка. Одновременно с этим пропали с экрана ПДА ещё два индикатора, и это говорило о том, что как минимум ещё двое бойцов Шивы отправились в мир иной. Пользуясь замешательством мародёров, я перезарядил оружие, и перебежками направился к горящему зданию, около которого заметил единственный люк. Но некоторые из мародёров уже спешили за мной. Человек в экзоскелете, которого я так и не смог убить, был одним из таких. Он подпрыгнул на полметра, и прижал меня к асфальту. Вот только с людьми в этих суперкостюмах я пересекался не раз, и знал, что и у этих ходячих танков достаточно слабых мест. Например, в районе плеча, где крепятся все электронные схемы, костюм можно было прострелить, и вывести из строя всю электронику и механику компьютера, обездвижив цель. Это я и сделал. Как только огромная фигура оторвалась от земли, «гроза» взметнулась вверх, и тяжелая разрывная пуля покинула ствол штурмовой винтовки.
Пуля в плечевую артерию заставила бойца в экзоскелете отшатнуться. Как только он сделал шаг назад, я вскочил на ноги, и, прикрываясь незадачливым противником, скользнул в люк подземки.
–Не стрелять! — Закричал кто-то сверху, но несколько человек уже принялись поливать свинцом лаз.
Эффективности эта стрельба не принесла, ведь к этому времени я уже был в нескольких десятках метров от лаза, пытаясь отдышаться.
–Выкурите его. — Прохрипел чей-то голос с металлическими нотками, и в люк со звоном полетели гранаты.
Три металлических конуса ударили о ступени лестницы, и разлетелись в разные стороны. Взрыв сразу трёх гранат в туннеле подземки мог стать для меня последним приключением, чего мне очень не хотелось. Пригибаясь, чтобы не задеть куски арматуры и провода, свисающие сверху, я добежал до конца коридора, но свернуть за поворот туннеля не успел. Три яркие вспышки одна за другой озарили коридор, и меня окатила волна жара. Но звуков взрыва я не слышал. Уши заложило, и в мозг не проникло ни единого звука. Но это не мешало мне дофантазировать, какой грохот сотряс подземку. Яркое пламя заполнило три бетонных пролёта, и остановилось в пятнадцати метрах от меня. Но это не было везением. Пламя сдерживала какая-то аномалия вроде трамплина, через которую я перепрыгнул, пытаясь убежать от взрыва. Но и это было не везением. Скорее, неосознанным расчетом. А потом я потерял сознание…
Когда я пришел в себя, и ко мне вернулся слух, в голове звенело, а сердце стучало так, будто в груди поселился выводок дятлов. Без чувств я пробыл не больше минуты, так как огонь, пожирающий картонные коробки, стоящие в тоннеле, ещё не погас, а мародёры не спустились проверить, что случилось с их жертвой.
Поднявшись на ноги, я оглядел коридор. Тусклый свет, проникающий из полузакрытых люков, освещал изувеченный катастрофой туннель Агропрома. Оранжевая лампочка крутилась под потолком, отбрасывая яркие блики на стены, вдоль которых тянулись провода в толстой оплётке. Тишина снаружи не давала мне покоя. Если хантеры думали, что их фокус с гранатой удался, всё объяснялось, но если они что-то задумали, надо было действовать стремительно. Я поглядел на ПДА. Все оставшиеся в живых после перестрелки мародёры находились в главном здании, а двое из них курсировали между воротами, выполняя роль караула. Вот только среди значков, обозначающих людей не было того, который меня сейчас интересовал. Маркированный фиолетовым цветом значок Стекольщика пропал из поля зрения радара. Я переключился на карту зоны, и увидел его. Метка Стекольщика перемещалась в сторону Ростка. Он не бежал, а медленно шел, обходя аномалии, и временами останавливаясь, скорее всего, пропуская стаи мутантов. Ну и что теперь? Как я теперь его догоню?
Я посмотрел на единственный путь, по которому можно было догнать удаляющегося сталкера — на тёмный коридор подземки. Но это было безумием. Никто ещё по своей воле не проходил через это подземелье. И дело было даже не в мутантах, живущих в подземке: не в контролёрах, расхаживающих по мокрым подвалам, не в кровососах, подкарауливавших жертв за углом, не в снорках, готовых спрыгнуть с потолка, и вцепиться в горло. Дело было не в аномалиях, через которые пройти было практически невозможно. Дело во всём и сразу.
Пару лет назад военные пытались зачистить эти подземелья, и направили туда тридцать пять отборных бойцов из числа Военных сталкеров. Они вошли в подвалы, но ни один из них не вышел на связь через пять минут, как было условлено. Об отряде больше ничего не слышали. Кто-то говорил, что они попали в какую-то аномалию, а кто-то, что встретились с таинственными «тенями» — демонами зоны. Вот только проверять эти версии на себе никто не рисковал. Но теперь у меня не было выбора. Я даже не мог повернуть назад. Люк наверняка заминировали, и переход через подземелье был необходим.
Проверив боезапас, я глубоко вздохнул, и шагнул в пустой коридор. Этот шаг в туннель был решающим. Я ступил на путь, с которого уже не мог сойти. Фонарь рассёк темноту, и луч остановился на лице странного существа, стоящего в тёмном коридоре. Я чуть не вскрикнул, когда узнал его. Это был Смертник — мой хороший друг из Долга. Лицо его было искажено от ужаса, а в глазах застыл потусторонний холод.
–Он не должен открывать… — Проговорил зомби утробным голосом. — Он выпустит их… Ты должен остановить его…
Глаза Смертника внезапно просветлели, и он растворился в темноте коридора. Потом я сотни раз прокручивал эту сцену в голове, как сон с глобальным выбросом, смерть Ворона и расстрел молодого мародёра, но почти всегда списывал это на последствия взрыва и нервное перенапряжение. Тогда я ещё не знал, чем всё закончится.
А пока я шел по тёмным коридорам, освещая себе путь, и стараясь не проморгать притаившихся мутантов. Но их здесь просто не было. Ни одной кровожадной зверюги, способной напасть на одинокого сталкера. Их как будто что-то спугнуло, но вряд ли это сделал взрыв. А что тогда? Или кто? Я перешел в очередной коридор, и остановился перед хорошо освещённой комнатой, через которую этот коридор вёл. В комнате стояло двое. Они были полупрозрачны, и напоминали призраков, которых видит сталкер, приближаясь к «выжигателю». Первый, в мундире с погонами полковника крепко сжимал в руке оранжевую папку с документами.
–Необходимо ужесточить безопасность людей, работающих в зоне… — Заговорил полковник.
–Так надо. Но мы… — Попытался возразить учёный, стоящий напротив, но полковник и слушать не хотел.
–Профессор Новиков в курсе? — Проронил вояка.
–Он…ознакомлен с директивой. — Учёный снова мельком взглянул на военного. — К две тысячи шестому году мы закончим программу.
–Нет времени. — Отозвался полковник. — Часть персонала из лабораторий «Икс» надо эвакуировать немедленно, а второстепенные проекты свернуть.
–Тоесть как свернуть? Крылатые ракеты с искусственным интеллектом уже на стадии тестирования…
–Вот этим и займётся Новиков. — Строго сказал военный.
–А проект «Авалон»? — Не понял учёный.
–Мы переводим проект под особый контроль профессора Климова.
–Но это не честно…
–»Это» — не ваша забота Максим Алексеевич. — Проронил офицер, и вышел из комнаты.
Его полупрозрачная фигура прошла сквозь меня, и растворилась во мраке. И это уже не были глюки из-за взрыва. Это не были призраки зоны.
Я видел то, что произошло в этих подвалах много лет назад. Причём, очень давно. Если верить тому учёному, в далёком две тысячи пятом году. А про какие эксперименты они говорили? Что вообще всё это значит?
Как только тени рассеялись, я увидел винтовую лестницу, ведущую наверх, а это значило, что катакомбы закончились. Но такого просто не могло быть. Однажды я уже бывал в подвалах Агропрома, и, не пройдя и половины пути, истратил на это полдня.
Я взглянул на экран ПДА. Стекольщик остановился около одной из стоянок сталкеров на опушке леса, наверное, намереваясь отдохнуть. Значит, у меня появлялся шанс нагнать его прежде, чем он скроется в лесу. Я ступил на лестницу, и отпрянул назад, увидев себя самого, спускающегося вниз. Позади меня шел тот самый человек в балахоне. Он держал наизготовку МП-5. Две полупрозрачные фигуры прошли мимо меня, и тоже растворились во мраке. А что это? Это не прошлое. Я никогда не спускался в подземку в компании этого типа. Это не могло быть моё прошлое. Тогда что это?…
Я попытался отбросить подобные мысли, и зашагал вверх по лестнице. Металлические ступени под моими ногами жутко скрипели, будто готовые вот-вот обломиться, чтобы незадачливый сталкер рухнул вниз. Преодолев большую часть ступеней, я внезапно ощутил на себе чей-то ледяной взгляд. Обернувшись, я увидел внизу убитого мною паренька. Мародёр с развороченной пулями грудью стоял на нижней ступеньке, крепко сжимая руками ржавые поручни.
–Ты должен его остановить… — Проговорил он. — Я больше не буду…
Две бессвязные реплики призрака заставили меня отшатнутся. Он говорил то же, что и Смертник десять минут назад. И эти бессвязные фразы имели смысл, но какой, я не мог понять. Кого остановить? Стекольщика? Я зажмурился, а когда вновь открыл глаза, призрак исчез.
Я поднялся по лестнице, и остановился перед дверным проёмом, за которым была большая комната. Вся она была заполнена трупами. Десятки бойцов в форме военных сталкеров и полуистлевших разгрузочных жилетах лежали на кафельном полу, освещённые тремя люминесцентными лампами. У всех их были спецавтоматы «вал».
Я внимательно оглядел комнату. Возникло ощущение, что погибшие стреляли в разные стороны, а потом друг в друга. Видимо, призраки зоны довели их до этого.
Я аккуратно обошел тела Военных сталкеров, и подошел к двери на противоположной стороне комнаты. Но вот то, что случилось, как только я повернул ручку двери, было и вовсе невероятным. Точнее, это выглядело так, будто я это уже видел: Вот дверь отворилась, и до меня долетели слабые попискивания крыс. Я был на финишной прямой. Ещё несколько шагов, и я бы выбрался из затхлых подвалов. Но «если бы» на то и существует, чтобы говорить это, когда что-то не удалось. Ах, если бы…
Я ступил в последнюю комнату, по другую сторону которой виднелся лаз. Мне следовало подумать о безопасности, но я так сильно хотел выбраться из полной призраков подземки, что не заметил его. Мародёр в чёрном балахоне, стрелявший в меня в ангаре, спрятался в тёмном углу комнаты. Он ждал меня. Как я понял, мародёры ждали меня и здесь, и у лаза, в который они кидали гранаты. Они ждали, и я попался. Хантер возник у меня за спиной, как будто материализовавшись из пустоты. Он метнулся ко мне, и через секунду держал под прицелом. Предохранитель МП-5 щёлкнул, и я понял, что дёргаться бесполезно. В голове промелькнул тот спуск по лестнице, который я видел со стороны, и тут же придумал, как освободиться.
–Вот ты и попался, приятель. — Проговорил незнакомец, и толкнул меня обратно на лестницу.
Но я и не собирался ему подчиняться. Ещё несколько минут назад я разглядел на столбе, к которому была приварена винтовая лестница, несколько кусков арматуры. Они были расположены горизонтально на высоте двух метров. Оказавшись на уровне арматуры, я резко подтянулся, и ударил ногами в грудь своего конвоира. Мародёр отлетел назад, и растянулся на полу среди костей Военных сталкеров. И это уже была его ошибка. Я спрыгнул на лестницу, и прицелился в лежащего хантера. Капюшон его чёрного балахона упал на плечи, и я увидел лицо незнакомца: резкие черты, острый нос, выступающие скулы. Чем-то этот человек напоминал героя голливудских боевиков. Но теперь новоявленный Рембо был повержен. Он попытался подняться, но я уже знал, что делать. Я вскинул автомат, и выстрелил. Но, как и в случае со Стекольщиком, я недооценил противника. Мародёр внезапно подтянул колени к груди, и через мгновение уже был на ногах. Его окровавленное лицо мелькнуло в полутьме комнаты, и он исчез. Растворился в пустоте.
Если он хотел меня прикончить, это ему явно не удалось, а если задержать, то вполне… Теперь я стоял на границе тёмного леса, в который углублялся одинокий сталкер, бывший целью моего похода. Ловко. Даже слишком. Меня нокаутировали в первые часы боя. Говорят, хороший боец бьёт дважды — по голове и по крышке гроба. Но Стекольщику даже не придётся тратить на меня своё время. За него это сделают тысячи мутантов, вышедшие сейчас на охоту. Конечно, я мог вернуться, и обойти этот лес стороной, чтобы встретить Стекольщика по ту сторону, на Ростке. Но что-то мне подсказывала, что он вовсе не направляется туда. Он пытался меня в этом убедить, а сам тем временем обдумывал очередной план расправы с надоедливым убийцей.
Я глубоко вздохнул, и шагнул в темноту леса. Именно в этот момент ночную мглу Агропрома разорвали мощные прожекторы, и несколько групп мародёров открыли огонь по кронам елей, отрезая мне путь к отступлению. Поднеся к глазам бинокль, я разглядел в свете прожекторов человека в капюшоне и громилу в экзоскелете. Вот это и называется «дежавю»…

Категория: Александр Тихонов - На пороге тайны | Дата: 27, Октябрь 2009 | Просмотров: 594